Наваждение - Джонатан Келлерман

На первом этаже бродили тощие девицы и пялились на косметику. Блондинка, отвечающая за лак для ногтей, указала нам на Рианну Иджанович.

Высокая худая брюнетка, стоявшая у менее значительного прилавка, улыбнулась нам сквозь ароматное облако. Перед ней высилась целая шеренга пробных ароматизаторов. Покупатели и продавщицы громко болтали в стремлении приобрести или продать очередное гениальное средство для улучшения внешности. Майло представился, и Рианна бросила на него пустой, испуганный взгляд заблудившегося маленького ребенка.

Ей было тридцать или около того. Бледная, с квадратными плечами, черными глазами, вполне приличным бюстом и лицом, которое лишили красоты слишком крупный нос и острый подбородок.

— Полиция? Я не понимать…

— Мы пришли насчет Катрины Шонски, — объяснил Майло.

— Ой-ой! — У нее получилось «оу-оу» — легкий акцент, с трудом различимый в общем гвалте.

— Не могли бы мы поговорить в более тихом месте?

Рианна похлопала по плечу другую распылительницу духов.

— Прикрой меня, ладно?

Мы вышли из магазина через центральную дверь на Уилшир, свернули за угол на Кэмден-драйв и прошли мимо въезда на парковочную стоянку.

Майло сказал:

— Иджанович? Чешка?

— Из Хорватии. У меня все документы в порядке.

— Даже если бы это было не так, меня это не касается. Мы пришли из-за Катрины Шонски, вот и все.

— Я знать Катрину только через другую девушку.

— Бет Холлоуэй?

— Мы заезжали к Бет, но она сегодня не работает, а ее домашнего адреса мы не знаем.

— Вы ее и дома не найдете, — покачала головой Рианна.

— Где же она?

— У Торренса. Познакомилась с мужчиной. — Она высунула язык.

— Не одобряете? — поинтересовался Майло.

— У нее свое мнение, у меня свое.

— Мы говорим о том парне, с которым она познакомилась в ту ночь, когда вы отправились в клуб вместе с Катриной?

— Да.

— Я слышал, вы там тоже подцепили парня, — заметил мой друг.

Черные глаза Рианны сузились.

— Кто вам сказать?

— Мать Катрины. А ей — Бет.

— Бет здорова болтать. — Девушка изобразила на пальцах уточку и похлопала большим пальцем об указательный. — Бла-бла-бла.

Майло подождал.

— Если Катрина прячется где-то от своей матери, нам на это глубоко наплевать. Если бы мы установили это, то сразу же избавились от многих хлопот.

— Я ничего такого не знать.

— Что вы имели в виду, когда сказали, что Бет слишком много болтает?

— Я держаться сама по себе, — сказала Рианна. — Бет же — типичная американка. Не хочу никого обидеть, но она делиться всем и со всеми.

— Есть ли у нее повод не откровенничать с матерью Катрины?

— Может быть, — сказала она, глядя мимо нас.

— Какой?

— Катрина ненавидеть свою мать.

— Катрина сама так сказала?

— Много раз.

— Рианна, вы имеете представление, где сейчас может быть Катрина?

— Увы. Простите, нет.

— И в последний раз вы ее видели…

— В ту ночь.

— В клубе «Зажигай!»?

— Да.

— Расскажите нам об этой ночи.

— Мы поехать в тот клуб, я быть за водителя и не должна была пить. Бет встретить Шона. У Шона есть брат, Мэтт. Бет хотела быть с Шоном, а я должна была быть с Мэттом.

— Должна?

— Она же моя подруга…

— Откуда они, эти Шон и Мэтт?

— От Торренса, — ответила девушка. — Они братья. Говорят, у них бизнес по серфингу, только это свист. Шон делать доски на фабрике, а Мэтт мечтать о карьере. — Она показала пальцем на магазин. — Все здесь хочут стать звездами кино или моделями.

— Вы тоже?

— Нет, нет, нет. Я хочу работать.

— Чем вы занимались в Хорватии?

— Изучала архитектуру.

— Значит, вы с Бет ушли с Шоном и Мэттом. И пошли…

— К Торренсу. — Снова высунутый язык. — Петом мне пришлось взять такси, чтобы доехать домой. Столько денег потратить.

— Сколько тогда было времени?

— Четыре утра.

— А Бет?

— Она остаться там, — пожала плечами Рианна. — Она и сейчас чаще там.

— С Шоном?

— Да.

— Настоящая любовь, — заметил Майло.

— Американская любовь.

— Как отнеслась Катрина к изменению в планах?

— Кричать не стала.

— Но не обрадовалась?

— Я тоже не обрадовалась. Только она больше.

— Как она выразила свое недовольство?

— Простите?

— Что она сказала, Рианна?

— Ничего. Повернулась и ушла.

— И куда она ушла?

— На танцплощадку.

— Вы не заметили, не танцевала ли она с кем-нибудь чаще, чем с другими?

— Я не видеть.

— Она в тот вечер ни на ком не концентрировалась?

— Я не видеть, нет.

— Ни на ком, за всю ночь?

— Много народу, — сказала Рианна. — И я была занята.

— Мэттом?

— Мэттом. Здесь, и здесь, и здесь, и здесь, — поморщилась она и хлопнула себя по шее, плечу, груди и заду.

— Деловой парень, этот Мэтт, — заметил Майло.

— Точно, деловой. Мистер Придурок-на-доске.

— В какое время вы с Бет сказали Катрине, что уходите с Шоном и Мэттом?

— Хотите честно? Я не знать.

— Примерно.

— Может быть, в половине второго. Они хотели оттуда убраться.

— Бет и Шон?

— Американская любовь, — повторила девушка.

— Что вы можете сказать нам о Катрине? Что она за человек?

— Кэт, мы звали ее Кэт. После всех этих разрушений никогда не звать ее Катрина.

— Она не хотела, чтобы ее имя связывали с ураганом?

— Все эти разрушения? — удивилась Рионна. — Это же как… имя плохого дикого животного.

— Катрина совсем не дикая.

— Как животное? Нет.

— А в чем еще проявляется ее характер?

— Что вы имеете в виду?