Соседка - Си Паттисон

Я подошла к каминной полке и уставилась на брешь, где должна была находиться фотография моя и сестры. Я ясно видела след от ее рамки на покрывающем каминную полку тонком слое пыли. Я была совершенно сбита с толку. Я никогда не передвигала эти фото – у меня не было на то никаких причин, и я ясно помнила, что видела оба эти снимка на их всегдашних местах еще вчера вечером, когда готовилась лечь спать. У меня мелькнула было мысль, что, возможно, я куда-то переместила фотографию минувшей ночью, но я быстро отвергла это предположение. Мои сонные страхи всегда следовали одному и тому же шаблону, и взять какую-то вещь и переставить ее на другое место – нет, это совершенно не вписывалось в стереотип моих действий. Я, конечно, могла опрокинуть ее, когда отбивалась от несуществующего противника – но в таком случае она валялась бы на полу где-то рядом. А ее там не было.

Я стояла, оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не пропало ли из комнаты что-нибудь еще, и меня мало-помалу начало охватывать странное предчувствие беды. У меня было такое чувство, будто прямо у меня над головой назревает разрушительный ураган. Я схватилась за край каминной полки. Что со мной происходит? Моя работа, мои отношения с Томом, нормальный сон… все это ускользало от меня, словно убегающие прочь морские волны. Мои мысли путались, но одна из них приходила мне на ум снова и снова: не побывал ли кто-то в моей комнате минувшей ночью? Я нахмурилась и потрясла головой. Это предположение нелепо; должно существовать какое-то другое объяснение. Мне было отчаянно необходимо поговорить об этом с моей лучшей подругой. Если кто и сумеет разобраться во всей этой истории, то это Меган с ее хладнокровным и здравым подходом к вещам. Но, к сожалению, она все выходные будет пропадать на работе. Что ж, по крайней мере, у меня есть Сэмми. Я знала, что она сейчас дома, – мне было слышно, как она ходит по кухне прямо подо мной.

* * *

– Это случилось опять, да? – сказала она, едва увидев мое лицо. – Опять сонные страхи?

– Это так бросается в глаза?

– Давай просто скажем, что твой вид говорит о том, что ночь у тебя была тяжелой. – Сэмми выдвинула из-под стола один из стульев и жестом предложила мне сесть. – Хочешь чаю?

– Кофе, пожалуйста, – или инъекцию адреналина. Тот из этих двух вариантов, который легче осуществить.

– Так погано, да?

– Ага.

Сэмми сочувственно улыбнулась.

– А ты что-нибудь из этого помнишь – я имею в виду твой кошмар?

Я запустила пальцы в свои растрепанные волосы, остро осознавая, что вид у меня сейчас просто жуткий по сравнению с Сэмми, которая, как всегда, выглядела безупречно.

– Только обрывки. Кажется, я от чего-то пряталась – а может быть, от кого-то; точно я не знаю. Проснувшись, я обнаружила, что нахожусь здесь, на кухне, и не где-нибудь, а под этим самым столом!

На лице Сэмми мелькнуло выражение ужаса.

– Но ты не помнишь, как спустилась на первый этаж?

– Не помню.

Она сочувственно покачала головой.

– Бедняжка. А я-то удивлялась – почему один из стульев оказался опрокинут, когда я зашла сюда утром.

– Был опрокинут? – Я поморщилась. – Извини, я этого даже не заметила.

– Тебе нет надобности извиняться. – Сэмми начала ложкой насыпать в кружку растворимый кофе. – Вся эта история, должно быть, действует на тебя просто чудовищно, и у меня в голове не укладывается, что тебе приходится страдать от этого с самого детства. Как это началось? Эти страхи случились из-за какого-то события или же без всяких причин?

Я рассмеялась – невесело и резко.

– О, я отлично помню, с чего все началось – с развода моих родителей. Я просто обожала своего отца, и вдруг – как гром среди ясного неба – он исчез. Думаю, мне никогда в жизни не было так страшно, как тогда. И ситуацию усугубляло то, что я держала эти свои чувства в себе, никому не говоря, каково мне. Наверное, моему мозгу пришлось искать для них какой-то выход.

Сэмми перестала готовить кофе и пристально смотрела на меня.

– И этот твой страх проявился в кошмарах?

– Думаю, да. – Я опустила взгляд на стол и начала рассеянно собирать кристаллики соли, высыпавшиеся из солемолки. – А ты поддерживаешь близкие отношения со своими родителями?

Она на секунду замялась, и, подняв глаза, я увидела, как изменилось выражение ее лица. Под придающим ему свежий вид тональным кремом и бесцветным блеском для губ проступило что-то еще: тоска, чувство одиночества, ощущение утраты… чувства, пронесшиеся по ее бледным чертам, словно слайды, которые показывает проектор.

– Моя мать умерла, и у меня нет никакой связи с отцом, – бесцветным голосом сказала она.

– Должно быть, для тебя это тяжело, – сказала я, коря себя за то, что спросила ее о родителях. – А как насчет братьев и сестер?

– У меня их нет, – ответила она, включив электрочайник. – Я была единственным ребенком. – Она ущипнула себя за переносицу. – Извини, но, если ты не против, я предпочла бы не говорить о моей семье – это вызывает у меня тяжелые воспоминания.

– Разумеется, я не против, – быстро сказала я.

Встав из-за стола, я подошла к задней двери дома. Сегодня сад выглядел особенно красиво. Бегонии полностью распустились, и я была рада увидеть, что кто-то наконец-то взял на себя труд подстричь газон.

– Знаешь, Сэмми, мне бы хотелось думать, что мы с тобой подруги, – сказала я, слыша, как в чайнике начинает закипать вода.

За моей спиной Сэмми смущенно прочистила горло.

– Мне тоже.

– Я хочу поблагодарить тебя за то, что последние пару недель ты оказывала мне такую поддержку. Мне правда очень помогало то, что я могу кому-то рассказать о своих кошмарах.

– Мне это было совсем нетрудно. Жаль только, что я не знаю какого-то конкретного средства, которое могло бы тебе помочь.

Я повернулась и посмотрела ей прямо в глаза.

– Я хочу, чтобы ты знала – ты тоже можешь со мной поговорить… если почувствуешь, что тебе это нужно. Похоже, нам обеим в прошлом иногда приходилось несладко.

Она начала было что-то говорить, взяв чайник с его подставки. И принялась наливать воду в чашку с кофе не глядя, поскольку смотрела на меня. В следующее мгновение кипяток уже обливал все ее левое предплечье. Вскрикнув от боли, она уронила чайник на кухонный стол и схватилась за обваренное предплечье правой рукой.

– Скорей, подставь его под холодную воду, – бросившись к ней, сказала я. Я видела, что в ее глазах блестят слезы, когда включила кран с холодной водой и осторожно взяла ее за руку. На ней была полотняная блузка с длинными рукавами и манжетами, туго обтягивающими запястья. – Позволь, я засучу твой рукав.

Неожиданно, ни с того ни с сего, Сэмми резко вырвала свою руку из моей.