Чужое терзанье - Вэл Макдермид

Тони дождался, когда за ней закроется дверь, и лишь потом подошел к Кэрол. Она стояла, молча наблюдая, как доктор Вернон, позвякивая металлом, меняет хирургические инструменты.

— Кэрол, я еще раз повторю свои слова: такой сценарий просто невозможен. Если Дерек Тайлер в самом деле совершил те убийства, за которые его осудили, то абсолютно невероятно, что кто-нибудь еще мог получать удовлетворение от точного воспроизведения его преступлений. Это противоречит психологической правде. Кто-то режиссировал все убийства, создавая картину, которую мы должны были увидеть.

— Но ведь эксперты…

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — перебил ее Тони. — Кэрол, вашей группе нужно проверить, не закралась ли в те материалы ошибка, и, если обнаружите ее, вам придется разыскать пациентов или осужденных, выпущенных из тюрьмы или психиатрического госпиталя после двухлетней отсидки. Это единственное объяснение такого перерыва. Я готов рискнуть своей репутацией и заявляю, что тот, кто убивал два года назад тех женщин, убил и Сэнди Фостер.

Кэрол уставилась на него, и где-то в уголке ее сознания забрезжила неясная догадка.

— Тони, а что, если наш убийца сделал ставку именно на это?

— Не понимаю. — Он озадаченно посмотрел на нее.

Кэрол торопливо заговорила, слова будто пытались опередить друг друга:

— Что, если человек, убивший Сэнди Фостер, как раз и пытался убедить нас в судебной ошибке? Сэнди — случайная жертва, а истинные намерения убийцы — добиться отмены приговора Дереку Тайлеру?

Тони склонил голову набок, размышляя:

— А это может сработать? Ты могла бы построить на этом апелляцию? Несмотря на все супервеские улики против Тайлера?

— Ну, если очень сильно постараться… Да еще если в свидетелях окажется кто-то вроде тебя и поставит на кон свою солидную репутацию — тогда это возможно.

— А-а-а, — протянул Тони. — Значит, ты, как я понимаю, не хочешь, чтобы я кричал об этом на каждом углу?

— Особенно в том случае, когда рядом бродят юристы или журналюги, — уточнила Кэрол. — Но все же — как ты считаешь? Достаточна ли, на твой взгляд, такая мотивация?

— Трудно сказать. Это должен быть некто, страстно болеющий всей душой за Дерека Тайлера и достаточно умный, чтобы знать, за какую ниточку дернуть, чтобы мы запрыгали. Такое развитие событий не кажется мне достаточно правдоподобным, однако чего не бывает на свете! — Он улыбнулся. — Теперь я знаю, почему наше сотрудничество такое успешное. Ты мыслишь как сыщик, а я — как сумасшедший.

* * *

Вернувшись из морга в спецгоспиталь «Брэдфилд Мур», Тони испытал что-то вроде облегчения. Охранник на входе сообщил ему, где искать Дерека Тайлера. Поскольку тот не числился буйным, ему позволялось ходить в столовую вместе с другими тихими пациентами.

Впервые оказавшись в столовой, Тони кисло подумал, что если пациенты, попав сюда, еще не страдали от депрессии, то скоро она у них начнется. Это было помещение с низким потолком, где витали запахи прогорклого жира и тушеной капусты. Стены были выкрашены в два цвета — индиго и желтый — согласно канонам цветотерапии, которую Тони считал в душе лженаукой. Любой положительный эффект от такого декора сводили на нет царапины и пятна, покрывавшие стены от пола до потолка. Сквозь небьющиеся оконные стекла виднелись чахлые кустики рододендронов и лавра.

Он попросил санитара показать ему Тайлера, поставил на поднос гороховое пюре и макароны с сыром и выбрал столик в стороне, откуда было удобно наблюдать за человеком, виновным в смерти четырех проституток, за больным, который обвинял во всем Голос — мол, тот звучал в его голове и побуждал совершать убийства. Некоторые пациенты исподволь поглядывали на Тони, другие открыто таращили глаза, но никто не пытался к нему подойти.

Тайлер оказался нескладным, тощим парнем лет двадцати пяти. Как скупец над золотом, он сгорбился над яичницей с колбасой и жареной картошкой, а голову наклонил так, что Тони видел лишь его бритую макушку и татуировку на костлявых руках.

Тони рассеянно проглотил ланч и запил безвкусную пищу крепким чаем. У Тайлера он не заметил психических тиков, характерных для больных с неврозом навязчивых состояний. Тайлер ел медленно, противоестественно медленно. Тони решил, что это вполне удачная и разумная стратегия, помогающая коротать время.

Тайлер почти до конца подчистил тарелку, и тут на стул рядом с Тони присел Эйден Харт.

— Я не ожидал, что увижу вас здесь сегодня, — сказал он.

— Все в порядке, я не потребую оплаты сверхурочных, — улыбнулся Тони.

— Между прочим, в ресторане для персонала кормят намного лучше.

— Знаю. Мне хотелось взглянуть на пациента.

Харт кивнул:

— Дерека Тайлера? — Заметив удивление Тони, он добавил: — Мне только что сообщил об этом охранник. Чем вызван ваш интерес?

— Брэдфилдская полиция обнаружила прошлой ночью жертву убийства. Меня попросили консультировать следствие по части психологии преступника.

При упоминании полиции Харт встрепенулся, в его глазах вспыхнул интерес. Тони решил, что был прав, когда, опираясь на первое впечатление, уверенно поместил Эйдена Харта на полку с табличкой «карьерист». Как раз то, что ему нужно. Врачом ему будет проще манипулировать, чем профессиональными политиками. Правда, придется контролировать каждое слово и не сболтнуть лишнего, ведь тема скользкая.

— На первый взгляд это убийство выглядит копией тех, которые совершил Дерек Тайлер, — объяснил он.

Харт погладил чисто выбритый подбородок:

— Интересная ситуация.

— О да, безусловно. — Тони допил чай. — Для подобных преступлений он кажется слишком молодым.

— Я полагаю, что иногда возможны отклонения в ту или иную сторону от средней нормы, — моментально возразил Харт.

— Вот почему я всегда предупреждаю копов, что наша наука далека от точности. Что вы можете сказать о нем?

Харт искоса взглянул на Тайлера: тот все подчистил и теперь смотрел в пустую тарелку.

— Очень мало. Он у нас числится среди наиболее замкнутых пациентов. Он не агрессивный, как раз наоборот, абсолютно пассивный. В каком-то смысле он вообще не доставляет хлопот, при этом совершенно не поддается лечению: не принимает лекарств, отказывается от всех процедур. Не желает общаться с окружающими. Он не кататоник, сознание у него не отключено — просто предпочитает этого не делать.

— С ним случались эксцессы?

— Лишь однажды. В палатах есть радио. Пациенты могут слушать любую из дюжины настроенных станций, а мы используем эту систему для трансляции внутренних объявлений. Дерек никогда не пользовался приемником, но однажды радио внезапно заговорило само собой и не выключалось. Дерек Тайлер вышел из себя: разгромил все в палате, бросался на сиделок. Пришлось сделать ему укол. Пока не унесли приемник, он отказывался войти в палату.