Не видя зла - Екатерина Сергеевна Богушева

Туманский долго искал меня и наконец нашёл.

Больно. Больно осознавать, что вся моя жизнь была ложью. Оказывается, мой собственный брат пошёл против меня. Предал, продав неизвестному, который зачем-то решил стравить две и без того враждующие семьи города, используя в чёрной корысти играя, меня, как разменную монету.

Хочу быть такой какой была моя мама. Она была хорошей женщиной, и неё совсем-совсем не было врагов. Маму все любили. Вместе с отцом Артёма они погибли. Именно поэтому я и не общаюсь с дедом. Когда-то он был начальником порта. Весь город был под ним. Потом отказался делиться с новыми группировками. Моих родителей похитили. А дед… он отказался платить выкуп из принципа. Как итог маму с отцом убили…из-за этого мы не общались…

— Лада Петровна. Батюшка просит вас присоединиться к нему за завтраком. Вы уже проснулись? Тогда спускайтесь

Стук в дверь и знакомый голос за ней вернули к реальности. Переодевшись в светлые джинсы и свободную, чёрную футболку, я спустилась в гостиную, где за накрытым столом уже восседал Туманский. Подошла к Палачу:

— Ты звал меня?

— Пригласил.

Туманский сделал несколько глотков крепкого кофе, и отложив в сторону свой планшет, с улыбкой на меня взглянул — Ты бледная. Как моя внучка?

— У меня мальчик

Заметила ему, но Туманский не унимался

— Я хочу чтобы тебя осмотрел мой врач. Человек, которому я всецело доверяю

Я решила, что спорить с ним глупо. Он заботится обо мне и о моём ребёнке.

Поскольку это мой отец, можно позволить себе принять от него помощь.

Поэтому, я лишь только улыбнулась, нарезая ароматный бекон в своей тарелке и отправляя румяные, хрустящие кусочки к себе в рот

— Хорошо. Ты поедешь со мной или…

— Поеду с тобой, разумеется! Правда сейчас у меня дела, но через пару часов, мы с тобой поедем

Туманский неожиданно широко мне улыбнулся, и…

— Скажи мне, Ладушка. Ты же не одна от меня и от Каримовского щенка бегала? Кто та добрая душа, которая помогла тебе?

Я задумчиво протянула

— Ну… я думала, ты знаешь. Твой человек помогал мне всё это время. Лютый…

Улыбаюсь, вспоминая любимого человека. Однако, Туманский моей радости не разделял. Напротив. Нахмурился. Повертел в руке бокал с коньяком — Между вами что-то есть?

Киваю

— Да. Мы вместе

— Я не хочу чтобы ты общалась с ним дальше.

Я едва не подавилась соком который пила. Что, простите?

— Что ты такое говоришь? Почему я не могу общаться с ним, если я его люблю.

Палач качнул головой, начал грозно и громко

— Потому!!! Я не…

Тут же успокоился, замолк, выдыхая, разжал сжатые кулаки, и уже спокойно ответил

— Милая моя девочка. Послушай меня, внимательно. Я не собираюсь указывать тебе кого любить или с кем тебе жить. Но, я хочу чтобы ты была счастлива. И… детка, я знаю Виктора. Он никогда и ничего не делает просто так. К тому же, считай меня параноиком, но… этот пацан слишком кристально чистый. Понимаешь о чём я?

Киваю… внутри собирается обида. С чего он решил будто с Лютым не чисто?

Возможно, он ошибается. Но… с другой стороны, Палач получше меня разбирается в людях.

— Считаешь, он не тот кем кажется? Тогда не понимаю, зачем ты сделал его своей правой рукой, и доверяешь ему

К моему удивлению, Туманский лишь усмехнулся, попивая алкоголь. Янтарная жидкость в бокале отливала золотом: — Лада. Я бы никогда не доверил вести свои дела безродному пацану с прошлым проблемного и экстравагантного боксёра. Для этих целей у меня есть свой особенный человек. Профессионал. Что до доверия, Палач не доверяет никому.

В клинике было светло и пахло свежими фруктами. Рядом с диваном на котором мы сидели, на журнальном столике стояла ваза белого цвета, в которой благоухали дивным ароматом нежно розовые розы. Уж не знаю, какие деньги сюда вкладывает Палач, но нас с ним приняли как настоящий «VIP» особ. Предложили подождать на диванчике. Предложили чай или сок, подали свежие фрукты. Приветливая девушка администратор поинтересовалась целью моего визита, и тут же записала на приём.

Приём вёл молодой мужчина. Широкоплечий, в белом халате. Быстро опросил меня и провёл ещё одно УЗИ. Итог которого приятно меня удивил

— ….многоплодная беременость примерно 12–13 недель.

— В каком смысле, «многоплодная»?!

Не поняла я, на что мужчина пояснил

— У вас близнецы. Могу сказать пол обоих, если хотите

Я кажется сошла с ума. Он видимо что-то путает. Как такое вообще возможно?

— Вы уверены? Доктор из клиники в которой я наблюдалась, сказал у меня один ребёнок. Мальчик

— Не стоит забывать, что не всегда удаётся установить двойню на ранних сроках. Иногда, лишь после 15–16 недель это становится возможным. Но, благодаря нашему новейшему оборудованию, такие сложные вопросы мы легко решаем. У вас два эмбриона. Оба развиваются по срокам. Пол, говорить или хотите сюрприз?

Пожимаю плечами. Какой уж сюрприз?

— Говорите

— Мальчик и девочка

Мне сразу становится так хорошо. Счастье переполняет. Тепло струится по телу.

«Мальчик и девочка». Сын и дочь. Разве могла я о подобном мечтать?

Рекомендует поменьше нервничать, назначает какие-то французские витамины.

Прогулки на свежем воздухе. В общем ничего нового. Распрощавшись, получила уходя смс приглашение с датой и временем следующего приёма.

— Ну что там мой внук?

Туманский улыбаясь, берёт меня за руку, я улыбаюсь отцу в ответ

— Близнецы… мальчик и девочка Судя по лицу Палача, он доволен новостью

— Это получается, я дважды стану дедом? Так а я всё в доме для пацана обустроил. Это же надо теперь и для малышки всё приготовить!

Смеясь, Туманский кивая заключил меня в объятия

— Поехали, это надо отметить!

Однако… покинуть клинику мы не успели. Прямо за своей спиной слышу знакомый голос, и по телу сразу же бегут мурашки… а внизу живота слегка тянет… черт! И что за реакция такая у моего тела на присутствие этого страшного мужчины?

— А со мной отметить не хочешь, родная? Мы всё таки…

пока женаты Каримов весь в чёрном, выглядит враждебно и вызывающе улыбается

— Что тебе нужно?

— Я пришёл сюда поговорить со своей женой… и никто не вправе запретить мне!

Глава 24

«Он унижал её своей слабостью, своей пассивностью, этой свой детской капризностью. Он унижал в ней женщину, он унижал в ней человека. И самое ужасное, что он даже не догадывался об этом.»

Лада

Мысли путались, тело ныло, словно его подвергли жесточайшей