Ловушка - Харлан Кобен

Когда Уэнди вернулась, Попс готовил на кухне яичницу.

— Где Чарли?

— Спит.

— Час дня уже.

Он взглянул на часы.

— Угу. Есть хочешь?

— Нет. Вы, мальчики, где были прошлой ночью?

Орудуя сковородкой, словно всю жизнь проработал в закусочной, Попс только приподнял бровь.

— Сговорились молчать?

— Вроде того. А ты где была?

— Заехала с утра в «Клуб отцов».

— А поподробней?

Она рассказала.

— Грустная история, — заметил Попс.

— Которая, пожалуй, немного подняла мне самооценку.

Он пожал плечами.

— Если больше не можешь прокормить семью — считай, достоинство отрезали. Не чувствуешь себя мужиком. Потерять работу — катастрофа хоть для грузчика, хоть для паразита-яппи. Для яппи, наверное, хуже — тех общество приучило: вы — это ваша работа.

— А теперь работы нет.

— Угу.

— Может, следует иначе понимать, что значит быть мужчиной.

— Глубокая мысль.

— И ханжеская, да?

— Именно, — согласился Попс, посыпая яичницу тертым сыром. — Но с кем тебе еще поханжествовать, если не со мной?

Уэнди улыбнулась:

— Больше не с кем.

Он отошел от плиты.

— Точно не хочешь попробовать уэво?[15]Фирменное блюдо. Я тут на двоих сготовил.

— Да, попробую.

Перекусили. Она рассказала о Филе Тернболе, «Клубе отцов» и о том, что Фил, похоже, чего-то недоговаривает. Вскоре явился Чарли — в драных трусах-боксерах, огромной белой футболке и с классическим вороньим гнездом на голове. Уэнди как раз прикидывала, насколько мужской вид у ее сына, когда тот разлепил глаза и хрустнул костяшками пальцев.

— Ты как себя чувствуешь?

— Хреново поспал, — пояснил сын.

Уэнди закатила глаза и пошла наверх к компьютеру, погуглила Фила Тернбола — почти никаких упоминаний, только взнос в политфонд и — по поиску в фотографиях — групповой снимок двухлетней давности: Фил, его жена — миниатюрная блондинка Шерри и компания на благотворительной дегустации вина. Тернбола отметили как сотрудника фирмы по ценным бумагам «Барри бразерс траст». Надеясь, что пароль еще не сменили, Уэнди вошла в базу данных СМИ, которой пользовался ее канал. По идее все должно быть в открытом доступе, но на самом деле получалось иначе. Хочешь раскопать нужную информацию — плати.

В разделе новостей пусто. Хотя пару раз в нелестных статьях всплыла «Барри бразерс» — в основном по поводу того, что съезжала из родного офиса на углу Парк-авеню и Сорок шестой улицы, где провела много лет. Уэнди узнала адрес: здание «Лок-Хорн», улыбнулась, достала телефон — ну да, за два года номер никуда не делся, — посмотрела, заперта ли дверь, и нажала «вызов».

Ответили мгновенно:

— Весь внимание.

Человек говорил надменно, свысока — одним словом, лицемерно.

— Привет, Уин. Это Уэнди Тайнс.

— Ты определилась.

И тишина.

Она почти видела это невозможно красивое лицо, светлые волосы, ладони домиком и пронзительные, словно бездушные серые глаза.

— Хочу попросить об услуге. Нужна информация.

Он молчал.

Уин — Уиндзор Хорн Локвуд-третий — не спешил помочь.

— Знаешь что-нибудь о «Барри бразерс траст»?

— Что-нибудь знаю. Тебя именно это интересовало?

— Какой же ты зануда.

— Люби меня и за мои недостатки.

— Случалось разок.

— Ах да. Мурр.

И снова тишина.

— «Барри бразерс» уволили сотрудника по имени Фил Тернбол; хочу выяснить почему. Поможешь?

— Перезвоню.

Щелк.

Уин. В светской хронике о нем чаще писали — и Уэнди с этим соглашалась — как о всемирно известном плейбое. Голубая кровь, наследник старого капитала — очень старого, из тех, чьи владельцы, едва сойдя с «Мэйфлауэра», немедленно затребовали расписание гольф-клубов. Уэнди встретила его два года назад на официальном мероприятии, где Уин свежо выделялся своей открытостью. Он предложил секс — без церемоний, обязательств и драм, всего на одну ночь. Поначалу ошарашенная мисс Тайнс подумала: черт возьми, почему нет? С ней такого еще не случалось, а тут невозможно красивый и обаятельный мужчина предлагает безупречный шанс (живешь только раз, верно?) одинокой современной женщине. Человеческим особям, как заметил Попс, нужен секс. Поехали к нему, в апартаменты «Дакота» на Сентрал-Парк-Уэст. Уин оказался чудесным — милым, внимательным, забавным. Вернувшись утром домой, она прорыдала два часа подряд.

Зазвонил телефон. Уэнди посмотрела на часы и удивленно заморгала: не прошло и минуты.

— Алло?

— Фила Тернбола уволили за растрату двух миллионов. Приятного дня.

Щелк.

Как назывался тот клуб? «Бленд»? Это в Риджвуде. Она припомнила, что однажды была там на концерте, открыла сайт с афишей — точно: вечером там «открытый микрофон»; даже приписали «Специальный гость — новая рэп-сенсация Тенефлай».

В дверь постучали.