Дочь - Джейн Шемилт

Дерек Вули пожимает плечами, допивает чай и уходит, взяв с собой кусок пирога и не забыв кивнуть мне.

– Садитесь, дорогая, – говорит Мэри, закрывая за ним дверь. – Дэн – студент выпускного курса колледжа в Бридпорте – по дороге домой заехал ко мне помочь по хозяйству. Может, и вам что-то нужно? Я слышала, у вас в саду ночью упало дерево.

Мы сидим, разговариваем. Когда я встаю уходить, Дэн вскакивает и, не переставая возиться со смартфоном, открывает для меня дверь. Он мне чем-то напоминает Эда. Такое же беспокойное лицо.

Вернувшись в коттедж, я смотрю в окно на кроны деревьев, и неожиданно на секунду из них выглядывает Наоми. Обнаженная. Как на фотографии Тео.

Бристоль, 2009

Два дня спустя

Рано утром в субботу двадцать первого декабря к нам приехал Майкл Копи с двумя коллегами. Тэд, понурясь, сидел на кухне – бледный, с покрасневшими глазами. Он еще не отошел после вчерашней поездки в коттедж. Но мы уже позавтракали, и я привела себя в порядок. Пыталась мыслить рационально, хотя бы на время выключить эмоции, как учили в институте на курсе оказания срочной медицинской помощи.

Проводив детективов на кухню, я поставила чайник и достала чашки. Майкл заговорил медленно, осторожно. Рассказал о результатах проверки того, что было обнаружено в коттедже. Живущая напротив пожилая женщина заметила стоящую у коттеджа машину, и все соседи, те, кто обратил внимание, не видели никого, кроме Наоми. Криминалисты собрали с постельного белья и полотенец образцы для анализа ДНК, также взяли записи камер наружного наблюдения. Сейчас Майкл приехал с помощниками, чтобы осмотреть комнату Наоми, а потом еще раз все помещения в доме. Он планирует также побеседовать с Тео и Эдом, с каждым отдельно. Официально, в участке. Он представил коллег – Иэна, грузного мужчину лет тридцати пяти, и Пита, выходца с Ямайки. Работа может занять весь день.

Тэд встал, сказав, что ему нужно ехать в больницу. Я пошла его проводить. Закрыв за собой дверь, крепко схватила его за руку.

– Тебе обязательно надо ехать?

Тэд посмотрел на меня отрешенным взглядом. Мысленно он уже был у себя на работе.

– Конечно. Сегодня моя очередь дежурить.

– Господи, Тэд, попроси кого-нибудь тебя заменить.

Его взгляд стал жестким.

– Я не хочу уже сейчас просить коллег подменить меня. Неизвестно, как все сложится дальше. И кроме того, работу я не брошу ни при каких обстоятельствах.

Что ж, его можно было понять.

Я разбудила мальчиков. Объяснила ситуацию. Эд повернулся на бок и снова заснул, а Тео сел в кровати, беспокойно протирая глаза.

Мы с Майклом прошли в комнату Наоми. Вчера он попросил ничего там не трогать, но мне и без того не хотелось ни к чему прикасаться в ее комнате. Теперь же в присутствии Майкла я стеснялась этого неприятного беспорядка. Разбросанное нижнее белье, косметика. Тюбик красной губной помады в лужице жидкого крема, кружевные лифчики, тонкие прозрачные трусики, незастеленная кровать. Но здесь присутствовала и настоящая Наоми, за которую не было стыдно. Прислоненный к стене футляр с виолончелью, фотографии на стене, снятые на Корфу и во время празднования Рождества, в рамках, сделанных ее руками из раковин. В мисочке – самодельные браслеты. За зеркалом живописно вставлены сухие осенние листья. Она любила осень и по-детски собирала листья. Мне хотелось сказать ему, что она вообще еще ребенок. Лифчик, наверное, принадлежит подруге, как и трусики. Эти вещи я никогда прежде не видела.

Но я не видела также и тех туфель на высоком каблуке, с ремешками. И от нее прежде не пахло вином и табаком. И когда я с ней заговаривала, она не делала такое лицо. Значит, я много чего не замечала.

Майкл занялся ее книгами. Брал одну за другой и встряхивал. На второй полке за книгами обнаружилась тетрадь, которую я никогда не видела. На обложке цветы. Внутри записи, сделанные ее закругленным почерком. Дневник.

Я протянула руку.

– Мне нужно его прочитать, – сказал он.

– И мне тоже.

– Извините, но…

– Пожалуйста, дайте его мне, – пальцы на моей протянутой руке дрожали.

– Я знаю, что вы чувствуете… – начал он.

– Нет, не знаете, – ответила я и мысленно добавила: «Потому что никогда не теряли своего ребенка». Я взглянула на него. Непохоже было, что у детектива вообще есть дети.

– Вы правы, – глухо отозвался он. – Я имел дело с родителями пропавших детей, но все переживают это по-разному. Так что возьмите, прочтите. Но потом я заберу тетрадь с собой. Она способна помочь установить обстоятельства ее исчезновения.

Я села на кровать и стала листать страницы. Почерк у нее был мельче и убористее, чем мне казалось. Мой взгляд перескакивал с одной строчки на другую. Первая запись была сделана почти два года назад. В январе 2008-го. Наоми перечисляла рождественские подарки. Я перевернула несколько страниц. Август 2009-го. Три месяца назад. Мелькнули слова «папа» и «больница». Я заглянула в конец.

Завтра коттедж. Дж. 10 недель.

Это были последние слова, которые она записала. Всего неделю назад. Что значит Дж.? И десять недель?

На задней стороне тетради были разбросаны нарисованные карандашом сердечки, перекрытые тремя крупными буквами XYZ. Две крайние, X и Z, черные, а средняя – красная, с небольшим сердечком сверху, где буква раздваивалась. Но никаких имен и дат.

Хоккей первая игра на выезде. Прогуляла биологию, принесли самокрутки.

Наоми прогуливает биологию? Странно, ведь она этот предмет любила. И что за самокрутки? Неужели она курит?

Я отложила тетрадь, чувствуя головокружение. Это не она писала, а кто-то другой. Мне неизвестный. Быстро оглядев комнату, я уперлась взглядом в зеркало. Кем была эта девочка, смотревшаяся в него всего два дня назад?

Я снова начала листать дневник.

Работу Тео очень хвалили. Тут есть и моя заслуга.

Так, это понятно.

XYZ. После школы. Рассказала Н.

Снова эти буквы. И что у нее после школы? Спектакль? Может быть, надо учить роль? Н. – это скорее всего Никита. Девочка наверняка что-то знает, но как из нее вытянешь?

Майкл тем временем осматривал гардероб, внимательно изучая каждый предмет. Затем перешел к комоду, стал открывать один ящик за другим, шарить под одеждой. Я открыла дневник на начале августа, школьных каникулах. И опять те же три буквы. Возможно, инициалы. И новая буква, К.

XYZ. К почти закончен.

Раз начало августа, то к спектаклю это не могло иметь отношения. Значит, какое-то задание на каникулы?

Майкл теперь стоял рядом со мной, у кровати.