Границы выбора - Семён Неизвестный

– Надеюсь, тур в Испанию не пропадёт. Отдохнуть необходимо, прошедший год был не лёгким. В крайнем случае, куплю новый. – Размышлял Борисов, сидя за рулём своей машины, которая на большой скорости приближалась всё ближе и ближе к деревне Дрозды, в которой проживала его престарелая тётка, и нашёл себе временное убежище, как он предполагал, его двоюродный брат, Колычев Степан. Он, конечно, не был уверен на все сто процентов, что найдёт Степана у тётки, но решил это проверить, а заодно попробовать завладеть деньгами из сумки Степана. Только не знал Борисов, что параллельно с ним в этом же направлении ехали два сотрудника милиции Еловска, но выехали они днём раньше.

Колычев очнулся от непродолжительного забытья. Повернулся несколько раз с боку на бок, но, как ни старался, заснуть не смог. Тихонечко встал с кровати. Двигался осторожно, чтобы не разбудить Пелагею. Ветер несколько раз стукнул старенькими ставнями о бревенчатую стену дома. Он посмотрел в окошко, наткнулся взглядом на густую темень и успокоился. Посветил зажигалкой, подняв её над головою. Неутомимые стрелки стареньких ходиков показывали три часа ночи. Он прошёл на кухню, зачерпнул ковшиком воду из ведра, сделал несколько глотков и вернулся в кровать. У Пелагеи он поселился семь дней, тому назад. И ни разу ещё не смог нормально выспаться. В воспалённом от постоянной бессонницы мозгу, не давала покоя, только одна мысль: – «Удастся ли ему нелегально, морем добраться до берега Турции».

С колен Мосина, испуганно, вспорхнула молоденькая, полуобнажённая танцовщица его заведения и скрылась за внутренней дверью, потому что к нему в кабинет ворвался Серов.

– Ты чё, с инструмента сорвался?

– Удав, нам удалось отыскать нору этого хорька!

– Какого Хорька?

– Филина.

– Так ты уточни, Хорька или Филина?

– Конечно, Филина! Ты чё, спишь?!

– Так с этого и надо было начинать.

– А я с чего начал?!

– Тогда чего маячишь передо мною? – Заорал Мосин. – Взял людей и за ним.

– Я на минуту к тебе. С собой беру Шустрого и Бобра. У меня там смотрящий корешь, на нарах парились вместе, он выручит людьми и стволами. Не везти же нам железо через пол страны.

– Разумно, Серый. Главное, доставь его сюда живым и с баблом.

– Будь готов принять, он крепкий орешек.

– И не такие кололи. Со следака наблюдение сними.

– Зачем?

– Не вижу смысла сидеть у него на хвосте.

– А если он надумает навестить Филина?

– Встретишь его там, никуда он от тебя не денется.

– Как скажешь.

Джип Серого на въезде в город встретил сильный дождь и уголовный авторитет Хмурый.

– Дождь встречает плохая примета, – проворчал Бобёр.

– Почему? – Поинтересовался Шустрый.

– Не знаю, так говорят.

– Не парься. Беззубые старухи и не такое наплетут.

После дружеских объятий и не более чем дружеских поцелуев, как это принято в среде крутых и могущественных, Хмурый усадил Серого к себе в машину, а водителем в его джип отправил одного из своих телохранителей. Джип Хмурого, варварски нарушая дорожные правила и скоростной режим движения, рванул в сторону его загородного особняка.

– Баню, сауну, что предпочитаешь? – спросил Хмурый у Серого, как только они переступили порог его дома.

– Подождут и баня, и сауна, сначала, давай делишками займёмся.

– Серый, как скажешь, но от обеда, надеюсь, не откажешься?

– Вот здесь ты прав, пахавать не помешает.

– Стол накрыт, пошли, а заодно и делишки перетрём.

– Дорогу показывай, а то заблужусь в твоих хоромах.

– Какие это хоромы. По меркам этой местности, живу скромно.

– Интересно, как тогда здешние барыги живут?

– Не бедствуют, сам увидишь.

– Сначала, надо дело сделать.

– Не суетись, сделаешь ты свое дело. Никуда оно от тебя не денется.

К участковому инспектору, Шустову Юрию Михайловичу выбрался из города на рыбалку младший братишка, Серёга. Приехал без предупреждения, в субботу днём. Юрий Михайлович, как раз собирался баньку топить.

– Вовремя, ты Серёга, подъехал, заодно и попаришься. Деревенская банька, сам знаешь – это сила, – обнимая брата, сказал Юрий Михайлович.

– Согласен, брат, согласен. Но всё должно быть в меру, а никак в прошлый раз. Я еле пришёл в себя, после парилки.

– Смотрю, ты окончательно городским жителем заделался. Даже удовольствие попариться, стал уже отмерять крохотными порциями.

– Что делать, – вздохнул Серёга. – Не мы такие – жизнь такая. Сижу по самые уши в кредитах, вот поэтому и считаю всё и каждую минуту, а прелести жизни тем временем мимо пролетают.

– Главное, не надо унывать, брат. Выйдешь после баньки и, ни одной мрачной мыслишки в голове не останется. Все улетучатся вместе с парком.

– Знаю брат. Поэтому и приехал отдохнуть.

– Чего племянника и невестку не привёз?

– Вовка приболел. Температура у него. Валя не рискнула с ним ехать.

После баньки, как было заведено, расположились братья на веранде, выпили по стопке домашней самогонки, настоянной на травах, и вели неторопливый разговор о жизни. Супруга Юрия Михайловича, чтобы им не мешать ушла к соседке. Вдруг, со своего места, навострив уши, вскочила дворняга Юрия Михайловича, весь вечер дремавшая у входа на веранду.

– Господи, кого там на ночь глядя несёт? – Забеспокоился Юрий Михайлович. И точно, через минуту у ворот дома, сверкая фарами в вечерних сумерках, остановилась машина. Юрий Михайлович встал из-за стола и пошёл посмотреть. Собака, громко лая, побежал к воротам впереди хозяина. Перед воротами стоял милицейский уазик, из него вышли двое. Один из них обратился к Юрию Михайловичу.

– Добрый вечер. В этом доме участковый живёт?

– Ну я участковый, а вы по какому вопросу? – Приехавшие, достали документы и протянули Юрию Михайловичу. Он, подсветив фонариком, ознакомился и вернул.

– Проходите. Машину можете оставить около дома, никто её не тронет, не беспокойтесь.

– Хорошо, только сумки заберём, а машина вернётся назад – сказал тот, который был повыше, майор Ермаков. Когда они вошли на веранду, Юрий Михайлович познакомил их со своим братом.

– Знакомьтесь, это Андрей, это Виктор, а это мой младший брат, Сергей, приехал в гости из города. Банька ещё не должна остыть. Давайте-ка с дороги снимите усталость, путь не близкий был у вас.

– Не откажемся, – ответил за обоих Ермаков. Юрий Михайлович проводил приехавших в баню, а сам взялся готовить нехитрый ужин. Помыл молодой картофель и поставил на газовую плиту отвариваться в мундирах. Затем из холодильника достал овощи и чашку с котлетами. Приготовив салат, поставил котлеты в микроволновку.