А время уходит - Мэри Хиггинс Кларк

Обсудив по телефону гастрономические пристрастия и установив, что обоим нравится североитальянская кухня, Джонатан и Дилейни встретились в ресторане «Примула». Это было всего лишь третье их свидание, но Дилейни поймала себя на том, что в обществе Джона ей спокойно и уютно.

Она поинтересовалась, как продвигается его расследование.

– Побывал у Лукаса Харвина. Объяснил, что веду расследование по заданию «Вашингтон пост». Рассказал о существовании цепи фармацевтов, охватившей Вашингтон, Нью-Йорк и Нью-Джерси и, как мы полагаем, обеспечивающей рецептурными лекарствами богатых и влиятельных людей. Он заверил меня, что это останется между нами и дальше информация не пойдет.

– Какое впечатление он на тебя произвел?

– С первого взгляда видно – человек убит горем. При нашей встрече с ним была жена. Она, как мне показалось, с бедой справляется лучше, но не скажу, что намного. Стивен был их единственным ребенком. Она рассказала, что раньше надеялась когда-нибудь увидеть внуков, а теперь ждать больше нечего. Наркотики убили не только Стивена, но будущие поколения.

– У Лукаса Харвина есть какие-то предположения насчет того, где его сын мог раздобыть эти таблетки?

– Как он сказал, это была не какая-то дешевка, которую можно взять на любом перекрестке. Стивен определенно купил что-то по рецепту, но аптечные пузырьки в его квартире были без этикеток. Значит, в аптеке, куда он за этим отправился, знали, что к чему, и принимали меры, чтобы не оставить следов, то есть название учреждения на пузырьке. Полиция, конечно, проверяет сотовый Стивена, ищет врача или фармацевта, которому он мог звонить. Интервью с Харвином будет моей первой колонкой в «Вашингтон пост» и выйдет завтра. Основная тема – жизнь Стивена и понесенная семьей потеря. О нашем расследовании, разумеется, не будет сказано ни слова.

– А что потом?

– Хочу наведаться в парочку клубов, куда захаживают знаменитости средней руки, – понизив голос, доверительно сообщил Джонатан.

– Знаменитости, падкие на наркотики?

– Вот именно. Мир вертится вокруг них. Имена некоторых тебе, наверное, знакомы, но вряд ли тех, которые везде появляются только в сопровождении телохранителей. Постараюсь сойтись поближе с кем-нибудь из этой группы и посмотреть, что будет дальше.

Официант уже убрал со стола тарелки, и Джон обратился к Дилейни:

– Я по мере возможности следил за процессом над Бетси Грант по твоим телерепортажам. Понимаю, ты стараешься быть объективной, но что сейчас думаешь о ней?

Дилейни посмотрела ему в глаза, но ответила не сразу.

– Иногда у меня возникает такое ощущение, будто я наблюдаю, как ее положили в гроб и теперь забивают гвозди в крышку гроба. Свидетельские показания говорят не в пользу Бетси. Я имею в виду эмоциональную вспышку за столом, когда ее ударил Тед Грант. Вдруг почувствовавшая себя плохо сиделка. Включенная сигнализация. А теперь еще профессор Питер Бенсон, бойфренд. Бетси встречалась с ним за день до обеда с коллегами мужа.

– Есть ли какая-то вероятность, что это мог сделать он?

– Никакой. Во время убийства Питер Бенсон находился в Чикаго, чему имеется подтверждение. Он встречался с профессорами, которых собирался пригласить на работу в свой университет.

– Судя по тому, что ты рассказываешь, ничего хорошего Бетси Грант не ждет.

– Так оно и есть. Но… Если б ты ее видел… Она такая милая. Ей сорок три, но с виду ей столько не дашь. Такая стройная, а когда сидит рядом с этим своим адвокатом, то кажется даже не хрупкой, а… – Дилейни задумалась. – Какое слово я хочу вспомнить? Да, знаю, беззащитной, ранимой. У меня душа за нее болит.

– Я читал где-то, что она преподавала историю в средней школе в Нью-Джерси.

– Да, в Паскак-Вэлли. Я звонила директору школы, Джинн Коэн. Она сказала, совершенно ясно и определенно, что Бетси Грант была замечательной учительницей, что ее любили дети, уважали и ценили коллеги и родители. По словам директрисы, два года назад Бетси Грант взяла отпуск по уходу за больным мужем. Джинн Коэн абсолютно уверена в том, что Бетси не могла лишить кого-то жизни, тем более мужа, которого она любила всем сердцем. Что скорее небо упало бы на землю, чем она совершила бы такое злодеяние.

– Сильно сказано, – прокомментировал Джонатан.

– И вот что еще. По-моему, Роберт Мейнард ведет ее защиту недостаточно активно. Например, если она убила доктора Гранта – я говорю «если», – то почему ударом по затылку? Все свидетели говорят, что после сцены за обедом ему дали дополнительную дозу успокоительного. Предположим, она входит в спальню, каким-то образом усаживает мужа, бьет по голове пестиком и возвращается в спальню… Бессмыслица.

– Тебе бы защищать Бетси Грант.

– Я бы не отказалась. Хотя есть небольшая проблема. У меня нет юридического образования. Но, думаю, я справилась бы с этой работой лучше.