Жизнь по закону Мёрфи - Бекки Чейз

– Будешь так громко кончать – перебудишь всех соседей, – с довольной улыбкой сообщил он.

Поцелуем я заставила его заткнуться.

В коттедж мы возвращались поодиночке. Я зашла первая и планировала задержаться в коридоре, чтобы уломать Сатира на второй раз, но в прихожей наткнулась на Англичанина. Ему посреди ночи зачем-то понадобилось передвинуть акваланги. Пренебрежительно взглянув на меня, он снова склонился к баллонам, а я демонстративно гордо перешагнула через его ноги и направилась в спальню. Прикрыв за собой дверь, я прижалась к ней ухом, дожидаясь появления Сатира, но вместо звука шагов я услышала ссору.

– И давно ты трахаешь наследницу? – в тихом голосе Англичанина звенела ярость.

Вот чем объяснялся его внезапный приступ брезгливости – он видел нас в пикапе. Сатир, как всегда, ответил, не выбирая выражений. Надо бы запомнить парочку ругательств – применю на практике, когда мать будет настаивать на очередной глупости. 

– Как это удобно – молоденькая и богатая, – не унимался Англичанин. – Да еще и «Руно» получит, и ты станешь хозяином нашего веселого зверинца…

Снова это «Руно»! Даже отец сбавил обороты, когда Джейсон напомнил про шоу. Если оно настолько важное, почему я о не знаю? 

– Заткни пасть!

Я никогда еще не слышала у Сатира таких угрожающих ноток в голосе. Неужели Англичанин не зря подозревает его в меркантильности? Меня бросило в жар. Сатир не мог спать со мной из-за денег. Не он был инициатором сближения, а я. Или это такой специальный трюк – довести меня до состояния, когда я сама захочу затащить его в постель? Я сжала виски ладонями, пытаясь не думать о плохом, но зерно сомнения медленно давало ростки. Англичанин ошибается. Нельзя так искренне имитировать эмоции. Особенно во время секса. К тому же Сатир был готов отвести меня в Вегас. Тогда почему он просто не поставит Англичанина на место? И зачем предупреждал, что я могу пожалеть?

На лестнице послышались шаги. Я осторожно выглянула в коридор – мимо тенью промелькнул Джейсон.

– Ты хоть похорон Сандры дождался? – Англичанин напрашивался на драку.

Рассвирепев, Сатир кинулся к нему, чтобы ударить.

– Не сейчас, – осадил его Джейсон, удерживая за локоть. – Завтра Фарелли и девчонка уедут, и разбирайтесь, сколько угодно.

Ступени снова ожили от глухого топота – спустился заспанный Священник. И, не разбираясь, кто прав, а кто виноват, вытолкал сопротивляющегося Англичанина на улицу. Тот и из-за двери продолжал сыпать обвинениями:

– Или ты специально дал им ее похитить? Чтобы заняться этой молоденькой сучкой.

Сатир кинулся, было, следом, но Джейсон снова встал на пути.

– Она и так узнала слишком много.

В этот раз предостережение было услышано.

Не дожидаясь, пока меня заметят, я прикрыла дверь и решительно шагнула к шкафу. Если правду и дальше собираются от меня скрывать, я узнаю ее сама! Нужно всего лишь включить ноутбук и просмотреть записи на жестких дисках. Распахнув дверцу, я едва сдержала стон разочарования – чехол и его содержимое исчезли. Я приподняла сваленную в кучи одежду на каждой полке и переключилась на кушетку, но ни ноутбука, ни жестких дисков в комнате не нашла. Я была в бешенстве.

– Убедись, что она спит.

Услышав голос Джейсона и звук приближающихся шагов, я нырнула под одеяло и, с трудом сдерживая гнев, постаралась выровнять дыхание. Дверь приоткрылась, но никто не входил – Сатир выжидал. Я не шелохнулась. Подозреваю, что он не поверил в мой маленький спектакль, но желания объясняться у него не было, и уличать во лжи меня не стали. Сатир поднялся на второй этаж вслед за Джейсоном, а я продолжила обыск. Перетряхивая вещи, я корила себя за непредусмотрительность. Ведь могла же заняться дисками раньше, а не слоняться по дому.

Поиски нельзя было назвать успешными, но к утру список моих трофеев состоял из четырех пунктов: обрывка сигаретной пачки, мятой страницы журнала, посадочного талона и паспорта. На обрывке кто-то весьма неразборчиво нацарапал адрес и название кафе «Бриз». Съездить туда я уже не успею, зато смогу найти сайт и позвонить. Вряд ли владелец окажется полным идиотом и ответит вопросы о визах, но если представиться подругой Кристы, можно попробовать узнать хоть что-нибудь. Список на куске страницы состоял всего из трех имен – Эр Джей, Кристен и Сэм с пометкой «водитель» – и смахивал на состав уже знакомых «следопытов». Эта находка мне тоже ничего не давала, как и посадочный талон на рейс из Красноярска в Бангкок, датированный ноябрем прошлого года, где в качестве пассажира значился Шейн Ферроуз. Уже как минимум двое связаны с Россией – это больше, чем случайность. Нужно будет проверить красноярские новостные и телевизионные сайты и поискать упоминания о шоу «Руно», если, конечно, на них есть англоязычная версия. Не факт, что это поможет в поисках правды, но начало будет положено. Самым удачным приобретением стал паспорт на имя Джонатана Руперта Холта с фотографией чисто выбритого и длинноволосого Англичанина. Не рискнув его украсть, я переписала данные и спрятала лист под матрас, к остальным клочкам бумаги. По возвращению в Нью-Йорк никто не помешает мне нанять частного детектива и установить круг знакомств мистера Холта.

За окном давно рассвело. Я продолжала машинально перекладывать вещи, но ничего нового не обнаружила. Оставался второй этаж, но его я смогу проверить позже, когда остальные встанут. В движениях и мыслях чувствовалась вялость. Присев на кровать, чтобы перевести дыхание, я поняла, как сильно устала. Намереваясь полежать несколько минут, я вытянулась на одеяле, прикрыла глаза… и проспала до обеда.

Меня разбудила Селина. Она открыла окно, чтобы впустить немного воздуха, и вместе с ним в комнату просочились звуки ожившей улицы: рокот двигателей проезжающих машин и мопедов, музыка из соседних домов, веселые крики играющих детей. Сонно хлопая глазами, я осмотрелась. Вещей в комнате заметно поубавилось – шкаф пустовал, грязная одежда на полу тоже исчезла и лишь на кушетке и кресле осталась пара рубашек.

– Мы… уезжаем? – хриплым голосом поинтересовалась я.

Весьма странное решение, учитывая, что еще вчера вечером все дожидались отца, а с утра почему-то кинулись упаковывать вещи.

– Пока просто собираемся.

Спасибо, что предупредила. Я еще успеваю перепрятать свои находки без лишних свидетелей.

– А можно мне… кофе?

Селина кивнула и вышла. Нырнув рукой под матрас, я смяла листы и сунула их в карман юбки. Теперь я радовалась, что вчера удалось обнаружить так мало – трофеи большего размера сразу привлекли бы внимание.

– Тебе с молоком? – Селина громко звенела посудой – одним кофе мой завтрак явно не ограничится.

– Да, если оно нежирное, – я заглянула на кухню.

От вчерашнего хаоса с множеством сковородок ничего не осталось. На полках царил порядок – чистая посуда выставлена стопками, чашки отдельно, тарелки отдельно. Плиту и столешницу отмыли – ни подтеков от соуса, ни следов от масла. Взяв дымящуюся чашку с кофе, я сделала глоток, продолжая наблюдать, как Селина сооружает сэндвич и перемешивает салат. Заметив мой внимательный взгляд, она отодвинула миску.