Телохранитель Каина - Владимир Гриньков

Светильников два. Горит один.

– А вон тот светильник…

– Там лапочка перегорела.

– Запасная есть?

– Это директор может выдать. Завтра утром.

– Нет, дорогая наша Нина Портнова, давайте так договоримся. Мы сейчас в каком-нибудь из номеров, где постояльцев нет, лампочку вывернем и сюда ввернем. А завтра уж вы с тем номером сами вопросы все решите.

– Ладно.

Второй этаж. Светильники. В исправности. Огнетушители. Свежие. Выход на чердак. Заперт на замок.

– Почему не опечатано?

– А зачем?

– Чтобы знать, что в ваше отсутствие никто эту дверь не открывал.

– Так ведь замок!

– А ключи от замка – где?

– В столе. Там, на первом этаже.

– И что, вы от того стола никогда не отлучаетесь?

– Отлучаюсь.

– Теперь понятно?

– Понятно.

Двери номеров. Заперты. Окно в коридоре. Запоры исправны.

– Из персонала вы одна этой ночью в гостинице?

– Да.

– Входная дверь на ночь запирается?

– Запирается.

– Бывает такое, что ночью кто-то приходит?

– Кто?

– Из персонала кто-нибудь. Или знакомые ваши на огонек заглянут.

– Нет, что вы, уже час ночи. Никого не может быть.

– В таком случае, если вдруг звоночек в дверь, а вы этого гостя лично не знаете – вы не открывайте ему, пока меня не предупредите. И еще: милиция у вас тут далеко?

– На соседней улице.

– Как им звонить в случае чего?

– В случае чего?

– Всякие случаи бывают. Так какой номер у них? Ноль – два?

– Нет, другой, четыре цифры. У меня внизу записано.

– Пойдемте, я перепишу. И еще «Скорой помощи» телефон. Есть у вас?

– Есть. Только «Скорая» не приезжает почти никогда.

– Почему?

– Бензина нет.

– А у милиции бензин есть?

– У милиционеров – есть. С ними если кто-то бензином не делится – они с тем очень строго.

* * *

Прежде чем отправиться спать, Китайгородцев подошел к двери номера Потемкина и легонько ее толкнул. Она не поддалась. Удовлетворившись этим, Китайгородцев направился к себе, как вдруг в коридор вышел Потемкин: он не спал, как оказалось, и даже не переодевался после дороги.

– Вы освободились? – поинтересовался он. – Я вас жду.

– Что-то случилось?

– Нет. Но сеанс гипноза – разве мы не повторим? – осведомился Потемкин. – Ваша нога – с нею надо что-то делать.

Китайгородцев подчинился без особой охоты.

Потемкин усадил его в продавленное кресло с высокой спинкой, некоторое время беседовал, старательно поддерживая усыпляющую монотонность голоса, затем приступил непосредственно к сеансу. Китайгородцев слушал гипнотизера, смежив веки. Потемкин вел отсчет, но что-то нервировало его, он наблюдал за своим подопечным и видел, что не клеится сегодня. Досчитал едва ли не до сорока, после чего раздраженно щелкнул пальцами и произнес со вздохом:

– Откройте глаза!

Китайгородцев открыл. Он смотрел незамутненным взором человека, который ни на мгновение не терял контроля над собой.

– Что происходит? – спросил Потемкин. – Вы не расслабились. Вас что-то тревожит?

– Тревожит, да, – согласился Китайгородцев, подумав. – Эти ребята, которые вас разыскивают.

– То есть вы на посту, несете службу, – догадался Потемкин. – Так у нас с вами ничего не получится, любезный. Вам нечего опасаться, – гипнотизер рукой легонько коснулся ладони собеседника, и голос его стал доверительно-вкрадчивым, совсем как у многоопытного врача. – Я введу вас в состояние транса, но точно так же смогу вас быстро из транса вывести. При малейшем же подозрении по поводу близкой опасности. Ведь это и в моих интересах, я сам себе не враг. Согласны?

Китайгородцев кивнул.

– Мы с вами договорились, – продолжал окутывать собеседника словесной паутиной гипнотизер. – А сейчас вы расслабитесь, и мы с вами повторим все с самого начала.

– И еще мне вот какая мысль не дает покоя, – вдруг сказал Китайгородцев. – Вы говорили, что можно заставить вспомнить… Если что-то знал, но потом почему-то забыл… Я хочу, чтобы вы попробовали… Возможно, что со мной что-то такое было.

– Что именно? – заинтересовался Потемкин.

– Я не знаю в подробностях…

– Но мне от чего-то надо отталкиваться, – перебил Потемкин. – Допустим, вы что-то такое знали, что вас потом заставили забыть. Я введу вас в состояние гипнотического транса, чтобы попытаться из вас это ваше запретное знание выудить. Я буду вас расспрашивать, вы будете мне отвечать. Но я должен знать, о чем вас спрашивать.

Он смотрел выжидательно.

– Я жил в доме, – сказал Китайгородцев. – Большой дом в лесу. И по ночам я в этом доме видел человека, который умер десять лет назад.

Китайгородцев замолчал. Потемкин ждал продолжения. Продолжения не было.

– Вы действительно его видели? – осторожно уточнил Потемкин.

– Я этого не знаю, – нервно дернул плечом Китайгородцев. – Мне два человека независимо друг от друга говорили, что я им про этого призрака рассказывал. А я не помню.

– Не помните – чего? Того, что призрака видели? Или того, что вы о нем кому-либо рассказывали?

– Ни того, ни другого, – сказал Китайгородцев.

Он ожидал, что Потемкин сильно удивится, но тот и бровью не повел.

– Ну что ж, попробуем, – произнес Потемкин с невозмутимым видом.

Он предпринял еще одну попытку погрузить собеседника в гипнотический транс, и снова это ему не удалось. Китайгородцев с виноватым видом разводил руками: ничего, мол, не могу с собой поделать.

– Ничего страшного, – успокоил его Потемкин. – Есть такой хороший способ – во сне. Вы разговариваете, кстати?

– Это вы о чем?

– Во сне вы разговариваете?

– Мне говорили, что за мной такое водится.

– Это хорошо, – оценил Потемкин.

– Почему?

– Потому что тот, кто разговаривает во сне, неплохо поддается гипнозу во время этого самого сна. Так что идите в свой номер, отдыхайте. Спите. А ключ от номера оставьте у меня.

* * *

Потемкин вошел в номер к Китайгородцеву, когда часы показывали три часа ночи. Прикрыл за собой дверь, замер и так стоял долго, словно статуя, свыкаясь с темнотой. Он слышал ровное дыхание Китайгородцева – так дышит спящий человек. Потом Потемкин сел на стул рядом с кроватью и снова замер, чтобы спящий, даже если он был растревожен, успокоился. Убедившись, что Китайгородцев крепко спит, гипнотизер произнес негромко и вкрадчиво: