Курьер из Страны Советов - Нина Стожкова

В родной советской таможне Кузнецов был уверен на все сто. Каждый раз к моменту его появления в «Шереметьево» туда поступало «откуда надо» четкое указание – пропустить Ивана Петровича Кузнецова без лишних вопросов. Советскую таможню Кузнецов проходил уверенно, словно коридор родной редакции «Страны Советов». Это и был коридор, только «зеленый». Государство в лице ЦК КПСС и КГБ обеспечивало ему, верному солдату партии, грамотное прикрытие и беспроблемный вылет с опасным грузом в страны «вероятного противника».

На чужих границе и таможне все было намного сложнее и тревожнее, но и там он ни разу не провалил задание партии. Никогда в жизни Иван не праздновал труса. Во время второй мировой военкор Кузнецов ради эффектны кадров лез на рожон, в самое пекло. Летал с пилотами на опасные боевые задания. Летчики под любым предлогом старались его, шестнадцатилетнего, не брать на борт, берегли жизнь пацана, такую короткую и пока не сбывшуюся. Однако Иван был упертым и в итоге всегда оказывался в самолете на месте стрелка. Он дошел до Берлина без единого ранения и в душе верил, что его ангел-хранитель, словно преданный личный охранник, четко делает свою работу. Кузнецову нравилось рисковать. Во время загранкомандировок он получал адреналин, без которого, как без наркотика, уже не мог обходиться. В Москве, случалось, Иван хандрил, бывало и сердце пошаливало, однако за границей, когда выполнял «деликатные поручения» партии, чувствовал себя отлично, словно опытный врач-реаниматолог сделал ему укол адреналина прямо в сердце. Как в шпионском фильме, по ту сторону советской границы от него требовалось одно: сохранять самообладание и дружески улыбаться таможенникам западных стран, всем своим видом демонстрируя, что, дескать, недосуг разводить тары-бары, ждут важные дела. Держать лицо было непросто, но офицер КГБ Кузнецов ни разу не провалил задание партии и органов безопасности. Он передавал секретарям компартий чемоданы, набитые долларами, быстро и четко, соблюдая все необходимые бумажные формальности, словно был не фотожурналистом, по сути – богемой, а трудился клерком в банке. Ни одна пачка с твердой валютой не прилипла к его рукам.

Иван Петрович, конечно, серьезно рисковал, путешествуя за границу с крупными суммами наличных долларов в чемодане. Оказаться в западной тюрьме – удовольствие сомнительное. И все же курьер партии Кузнецов верил в удачу и сознательно шел на риск. Порой Иван Петрович посмеивался про себя: дескать, его ангел –хранитель давно уже не в гимнастерке, а в модном западном «прикиде», и выдает себя лишь белоснежными крыльями за спиной.

Итогом опасных поездок стала обеспеченная жизнь, возможность путешествовать и повидать мир. Иван считал себя счастливым человеком: у него была любимая работа со свободным графиком посещения офиса, возможность жить, как хочется и снимать, что хочется, и самая ценная привилегия – плевать на распоряжения редакционного начальства. К тому же рискованные вояжи обеспечили Кузнецову право одеваться по-западному, вести себя на службе свободно и раскованно, словно он давно уже живет в демократической стране, и при этом пользоваться всеми привилегиями советского номенклатурного работника.

ЦК КПСС в конце восьмидесятых активно помогал компартиям зарубежных стран. Западные коммунисты, бедные, как церковные мыши, постоянно находились на грани разорения. Деньги компартии «Большого Брата» спасали положение, с ними западные коммунисты-функционеры чувствовали себя, как у Христа за пазухой, и казалось, что так будет продолжаться вечно.

После августа 1991 года жизнь начала стремительно меняться. Партия самораспустилась, и деньги, выделенные на поддержку компартий капстран, оказались как бы бесхозными. Кое-кто из бывших функционеров партии и сотрудников госбезопасности раньше других раскусили, к чему идет дело. Они поняли, что настал «час икс»., когда появилась реальная возможность прибрать «бесхозные» деньги к рукам и обеспечить себя на долгие годы. Иван Кузнецов был далеко не дурак и, конечно, тоже все понимал и все видел. Все чаще он задумывался: ради кого теперь, после перемен в стране, он рискует свободой? Ради алчных и нечистых на руку людей?

Это был главный вопрос, не дававший в ту ночь Кузнецову уснуть в небе над Атлантикой.