Парни из Билокси - Джон Гришэм

Все знали, что Хью крутился возле клубов, вход в которые был им строго запрещен. Он не был хвастуном, но дал понять, что уже был близок с некоторыми девушками, работавшими в семейном бизнесе. Хью никогда не рассказывал своим друзьям о Синди и не признался бы под дулом пистолета, что сильно влюбился в юную проститутку. Теперь эта история осталась в прошлом, а он переключился на других девушек под постоянным присмотром Невина Нолла. Ребята в шутку обсуждали, как бы пробраться с ним в какой-нибудь клуб и поглазеть на стриптизерш. Хью, однако, знал, что на самом деле они мечтают об этом, и был полон решимости как-нибудь показать им комнаты наверху.

Дэнни наигрывал «Твое лживое сердце» — песню, которую исполнял Хэнк Уильямс, известный певец, несколько раз выступавший в Хорватско-американском культурном центре Билокси. Хэнка отлично знали и в барах, а о его пьяных выходках ходили легенды. Ребята громко и фальшиво подпевали. Светила полная луна, было тихо, и никаких других судов, кроме их катера вокруг. Возле берега Джоуи поднял подвесной мотор, и «Каролина» тихо ткнулась носом в песок пляжа. Перетащив вещи на берег, парни разбили две палатки и развели костер, а потом разложили на решетке гриля четыре толстых стейка рибай. Конечно, каждый считал, что знает лучше других, как их правильно приготовить. Когда мясо прожарилось, парни с удовольствием приступили к трапезе, запивая стейки пивом. Наевшись, они болтали до полуночи, любуясь прибоем и слушая тихий плеск волн. В ста ярдах к востоку горел еще один костер, а с запада доносился женский смех.

Они заснули поздно и проснулись от жаркого солнца. Искупавшись, отправились на разведку и встретили девушек. Те были немного старше, и в компании парней. Они приехали из Пасс-Кристиан, маленького городка в двадцати милях к западу от Билокси, и держались дружелюбно, дав, однако, понять, чтобы их не беспокоили.

Джоуи провел приятелей по острову к пирсу, куда только что причалил паром с туристами. На пирсе продавались хот-доги и газированные напитки, и ребята, перекусив, смотрели, как причаливают и отплывают катера. Возле старого форта они увидели группу военнослужащих ВВС, шумно игравших в пляжный волейбол. У них было полно пива, и они пригласили новых гостей составить им компанию. Военным было лет по двадцать, они приехали из разных уголков страны и не стеснялись в выражениях. Кит подумал, что лучше вежливо отказаться, но Хью захотел поиграть. После часа игры на жарком солнце было решено сделать перерыв на пиво и купание в океане.

Ближе к вечеру ребята вернулись в свой лагерь и устроили себе долгую сиесту. Они устали, обгорели на солнце, выпили слишком много пива, что привело к обезвоживанию, поэтому имело смысл восстановить нарушенный баланс. Когда солнце село, они развели костер и зажарили на ужин хот-доги.

Рано утром в воскресенье Хью всех поднял и сказал, что им нужно торопиться. На выходные было запланировано еще одно мероприятие, о котором они слышали, но никогда не видели. Ребята сняли лагерь, оттолкнули «Каролину» от берега и направились к маяку Билокси. Через час они причалили к пристани и разгрузились. Хью порадовался, увидев свою новую блестящую машину на месте целой и невредимой. Он повез их из города на север по автостраде номер 49 и через несколько миль свернул на проселочную дорогу, которая вела в глубь сосновой рощи. Вдоль покрытой гравием дороги было беспорядочно припарковано множество легковых машин и пикапов. Приехавшие на них мужчины направлялись к старому амбару с облупившейся жестяной крышей. Хью тоже припарковался, и все направились к амбару, но вскоре их остановил охранник с дробовиком.

— Вы еще не доросли, чтобы попасть сюда, — рявкнул он.

Ничуть не растерявшись, Хью ответил:

— Нас пригласил Невин Нолл.

Сразу подобрев, охранник кивнул:

— Ладно, ступайте за мной.

Из амбара доносились голоса и крики возбужденных мужчин. У входа ждала очередь. Охранник подвел их к боковой двери, велел подождать, после чего исчез внутри.

— Это все еще незаконно, верно? — поинтересовался Джоуи.

— Еще как! — со смехом ответил Хью. — Лучшие петушиные бои на Побережье.

Появился Невин, и Хью представил его трем друзьям. Они о нем слышали раньше — Хью много о нем рассказывал.

— Ребята, держитесь сзади, подальше от толпы, — предупредил Невин. — Сегодня утром аншлаг.

Они прошли в узкую дверь и оказались в другом мире.

Амбар превратили в арену для петушиных боев. В самом центре располагалась большая, заполненная песком круглая площадка площадью около двадцати квадратных футов. Она была окаймлена дощатым барьером в два фута высотой, чтобы петухи не могли убежать, а поверх него тянулась узкая стойка, на которую зрители с первого ряда могли опереться локтями или поставить напитки. Позади возвышались ярусы со скамейками, с которых зрители смотрели вниз на происходящее. За последним рядом скамеек, в проходах и у выходов в беспорядке стояли шезлонги, старые театральные кресла, церковные скамьи, табуреты, бочки и прочее, на чем тоже можно было сидеть. Присутствовали здесь только мужчины, теснившиеся плечом к плечу. Над площадкой висел толстый слой сигарного и сигаретного дыма, который тщетно пытались разогнать несколько больших корпусных вентиляторов. Температура на улице была не меньше тридцати двух градусов, а возле площадки еще выше. Многие жевали табак, и кое-кто из зрителей на передних сиденьях сплевывал прямо на песок. Почти у каждого в руке был высокий бумажный стаканчик с напитком, а бутылки передавались по кругу.

Мужчины вели себя шумно, громко разговаривали и даже добродушно покрикивали друг на друга через площадку. Все ждали следующего боя, и их настроение вот-вот должно было измениться. За секцией сидений в одном из углов два человека в белых рубашках и галстуках трудились за прилавком, получая наличные, записывая ставки и отчаянно пытаясь держать азарт под контролем. В другом углу голоса стали громче, послышались крики, и из внешних загонов вышли два хендлера и направились к площадке. У каждого в руках был петух, и, вступив на площадку, они высоко подняли птиц, чтобы толпа могла ими полюбоваться.

Петухи от природы агрессивны по отношению ко всем самцам одного и того же вида. Хорошие заводчики выбирали самых крупных и быстрых и разводили их снова и снова, добиваясь увеличения силы и выносливости. Они тренировали их, заставляя бегать длинные дистанции и преодолевать полосу препятствий, пичкали стероидами и адреналином, чтобы повысить шансы на победу. Для повышения агрессивности их две недели до боя держали в изоляции в небольших темных ящиках. Оба хендлера проявляли крайнюю осторожность, потому что на ногах их петухов были закреплены острые как