Братство камня - Жан-Кристоф Гранже

– Почему ты меня поцеловал?

– Не знаю… – Всемогущий бизнесмен чувствовал себя неуютно. – Это вышло… само собой.

– Великий психолог Шарль Геликян никогда ничего не делает просто так. Придумай ответ поубедительней.

– Клянусь тебе, в моем поступке не было ничего преднамеренного. – Отчим Дианы нервничал все сильнее. – Все дело в очаровании момента. Ребенок спал у тебя на руках. Ты стояла в темноте – несгибаемая, полная решимости. В тот вечер ты была совсем… другой. Такой свободной. Я просто хотел пожелать тебе удачи, вот и все.

Диана взяла сумку и поднялась.

– Если так, ты правильно поступил. Удача мне явно пригодится.

Диана покинула персидского царя и стремительно пошла к выходу. Ресторан опустел: в полумраке только картины на стенах тускло блестели позолотой и слабо светились исхлестанные дождем окна.

– Диана!

Шарль догнал ее в мраморном холле. Она обернулась.

– Черт возьми, Диана, что ты пытаешься найти? Ты ведь не все мне сказала?

Диана дождалась, когда отчим подойдет ближе, и повторила:

– Я просто хочу знать наверняка. О ремне.

– Нет. – Шарль покачал головой. – Ты решила заново пережить аварию, потому что не веришь, что это была авария.

Диану восхитила проницательность психолога, с легкостью вычислившего ее помыслы.

– Именно так, – подтвердила она. – Думаю, авария как-то связана с убийством Рольфа фон Кейна. Это не случайность. Я убеждена, что все в этом непонятном деле связано с Люсьеном.

– Господи… – присвистнул Шарль.

– И не говори мне, что я сошла с ума.

Шарль побледнел:

– Хочешь сказать, тот несчастный случай на бульваре… был попыткой устранить вас?

– Я собрала не все доказательства.

– Какие именно?

– Не торопи меня.

Диана повернулась, чтобы уйти, но Шарль схватил ее за руку. От волнения он часто моргал ресницами, напоминавшими Диане крылья бабочки.

– Слушай меня внимательно. Мы с тобой знакомы шестнадцать лет. Я никогда не вмешивался ни в твое воспитание, ни в ваши с матерью отношения. Но на сей раз я не буду стоять в стороне и не позволю тебе слететь с катушек. Только не теперь.

Она ответила ему дерзкой улыбкой скверной девчонки.

– Если все, что я рассказала, плод моих фантазий, тебе нечего опасаться.

– Дурочка! Ты, возможно, играешь с огнем и сама того не понимаешь! – выкрикнул Шарль.

Диана почувствовала, что на них смотрят: официанты впервые видели Шарля Геликяна в таком состоянии.

– Ты ведешь себя неразумно. – Шарль заговорил тише. – Даже если допустить – повторяю, допустить! – что ты права, вмешиваться тебе не следует. Это дело полиции.

Он спросил, не дав ей возразить:

– Твои слова о ремне… В отчете эксперта черным по белому написано: он не был пристегнут. Так что же ты…

– Я уверена, что пристегнула Люсьена.

Лицо Шарля потемнело:

– Так что же получается? Это Люсьен?…

– Люсьен крепко спал. Я всю дорогу наблюдала за ним в зеркало.

– Получается, ремень расстегнулся сам собой?

Диана вернулась к Шарлю, наклонилась – отчим доходил ей до плеча – и прошептала доверительным тоном:

– Знаешь, как говорят: когда исчерпаны все возможные предположения, остается подумать о невозможном.

Шарль не спускал с падчерицы глаз. От напряжения у него на лбу выступила испарина.

– Что ты имеешь в виду?

Диана вспомнила кровь в машине, осколки стекла, скомканный спальник на сиденье, темную зону багажника и прошептала со священным ужасом в голосе:

– Я имею в виду, что кроме нас с Люсьеном в машине был кто-то еще.