Винодел - Алан Джекобсон

— Она помогла мне найти эту жертву в Валлехо.

— Это все прекрасно, — сказал Нанс уже громче, — но где, интересно знать, убийца?

— Послушайте, — сказала Вейл, — я не затем сюда пришла, чтобы отстаивать правомочность психологических портретов. Но все-таки я сюда пришла. Отвечаю на ваш вопрос: да, они приносят определенную пользу.

— Кстати говоря, а зачем вы сюда пришли?

— Я не…

— Я обратился к ней за помощью, — сказал Брикс.

Вейл изумленно уставилась на него.

— Нам самим не хватило бы знаний, — продолжил он. — Думаю, мы бы как-нибудь справились: помыкались туда-сюда, упустили пару важных нюансов, но в итоге таки поймали бы негодяя. Но ситуация, на мой взгляд, складывается неоднозначная. А поскольку на кону стоят жизни молодых женщин, я решил, что лучше будет привлечь ФБР. Прежде чем появятся новые жертвы.

Нанс хотел было что-то возразить, но Брикс не позволил ему этого сделать.

— Мне не нравятся методы агента Вейл, но в этой своей хреновине она точно ас. Так что, если шериф Оуэнс не возражает, Вейл продолжит сотрудничество с нами, а мы переходим к другим вопросам. Шериф?

— Я учился в национальной академии в Квонтико. — Он смотрел перед собой, чтобы не пересечься взглядами с высокопоставленными гостями. — Агент Вейл была одним из моих преподавателей. Я говорю «да».

Брикс обвел чиновников взглядом и, не услышав больше возражений, сказал:

— Что ж, тогда продолжим. Какие продвижения по индивидуальным заданиям?

— Прежде чем мы продолжим, — сказала Вейл, — я хочу поделиться с вами одним важным наблюдением. Новая жертва позволяет нам усовершенствовать концепцию доступа, о которой я упоминала раньше в связи с Викторией Камерон. У нас теперь есть — предположительно — три жертвы одного преступника. Всех обнаружили в разных местах. Это означает, что мы располагаем тремя списками лиц, имеющих к ним доступ. Лица, имеющие доступ к объекту А — винной пещере «Серебряный гребень»; лица, имеющие доступ к объекту В — раскопанной пещере «Черный колокол»; лица, имеющие доступ к объекту С — городку Валлехо. К сожалению, в Валлехо труп подкинули, а где было совершено убийство, мы не знаем. Если нам удастся заново открыть то дело и определить место преступления, то можно уже искать людей, которые имели доступ ко всем трем. Это поможет сузить круг подозреваемых.

— Интересно, — сказал Нанс.

Диксон кивнула.

— Можно начать с объекта А. Мы с Карен взяли в винодельне список гостей.

Вейл посмотрела на Брикса, ожидая, когда он озвучит свой конфликт интересов. Он выдержал ее взгляд — она первой отвела глаза.

— Наши сотрудники, не включенные в опергруппу, уже работают с перекрестными ссылками и пока не обнаружили ничего любопытного. Местных жителей мало, половина из них — женщины. По поводу остальных наводятся справки. С ними обязательно побеседуют, поинтересуются на предмет алиби. Я буду держать вас в курсе.

— С объектом В будет сложнее, — сказал Фуллер. — Территория огорожена, но пробраться внутрь не составляет особого труда. И если даже отбросить этот вариант, все равно кандидатов очень много: прислуга, повара, садовники, ремонтники. Всех их могли запросто пропустить через ворота. Боюсь, ваша концепция доступа ничего не даст.

Вейл задумалась над ответом, но ее опередил Люго:

— Я встречался с Кевином Камероном. Карен и Роксана тоже подъехали туда, и мы задали ему несколько стандартных вопросов. Он уверяет, что врагов у Виктории не было. Разве что владельцы «Серебряного гребня» вроде как поссорились с кланом Монтальво лет сорок назад…

— Мы поговорили с Фредериком Монтальво, — вмешалась Диксон. — О смерти дочери сообщили ему мы. Сами понимаете, какая у него была реакция… Но ни мне, ни Карен не показалось, что это как-то связано с…

— Подождите, — перебил ее мэр Приско. — Монтальво и владельцы «Серебряного гребня» воевали много лет, а вы считаете, что это не имеет значения?

— Мы рассматриваем все версии, — сказала Вейл. — Но поскольку мы имеем дело с серийным убийцей, а с его психопатическим поведением семейные свары согласуются плохо, мы пока не видим связи. Тем не менее повторюсь: мы разрабатываем эту версию. — Она снова покосилась на Брикса.

Тот откашлялся.

— Вы только… не сомневайтесь: мы знаем, как вести расследование. Уж это мы умеем, господин мэр.

— Я не сомневаюсь, — поспешил оправдаться Приско. — Простите, я просто… встревожен.

— Мы все встревожены, — сказал Оуэнс. — И подходим к этому делу со всей серьезностью.

— Поэтому, я считаю, нам следует перейти на новый уровень, — заявила Вейл. — Если вы хотите ускорить процесс, мы должны будем выманить убийцу из логова. Сыграть на его слабостях.

Зимбровски недоуменно поправил очки.

— Каких таких слабостях?

— Он принадлежит к нарциссическому типу, — пояснила Вейл.

— Это еще доподлинно неизвестно, — уточнил Фуллер.

— А по-моему, известно. Исходя из того, что мы наблюдали.

— И как это повлияет на дальнейший ход расследования? — спросил Приско.

— Нарциссы чувствуют свое превосходство над всеми остальными людьми. Они понимают, что поступают неправильно, но им все равно. А главное, они ищут признания. Возможно, вы помните убийцу по прозвищу Зодиак, орудовавшего в тысяча девятьсот…

— Даже не произносите это имя, — предупредил ее Зимбровски.

— Дело так и не раскрыли, — сказал Приско. — Если вы начнете говорить что-то подобное прилюдно, люди запаникуют и…

— Чтобы я больше этого не слышал! — потребовал Нанс. — Ни в этой комнате, ни за ее пределами.

Вейл обвела всех присутствующих взглядом, ожидая хоть чьей-то поддержки. Но копы или опускали глаза, или вертели ручки и теребили уголки папок.

Тогда она сказала:

— Не хочу никого обидеть, но я здесь затем, чтобы советовать, как быстрее поймать убийцу. Меня не должно волновать то, что волнует вас… Не знаю уж, о чем вы тут беспокоитесь. Если мы выйдем на связь с убийцей, он может рано или поздно себя выдать. А мы пока что не сдвинулись с мертвой точки. Вот об этом лучше бы поволновались.

Последовала долгая пауза, после чего мэр сказал:

— Как мы можем выйти с ним на связь, если не знаем, кто он такой?

— При помощи СМИ. Подключить телевидение, газеты…

— Вы с ума сошли! — возмутился Фуллер. — Начнется паника.

Вейл скрестила руки на груди.

— Скотт, у меня было впечатление, что вы прочли все книги Дугласа, Ресслера и Андервуда. Вы должны понимать, что я права.

— Я в этом сомневаюсь. В этих книгах мало пишут о нарциссизме. Более того, вы еще даже не уверены, нарцисс ли он. Так что вариант со СМИ исключается. Давайте для начала поищем новые улики, новые ритуалы, а потом уже будем решать, страдает ли он нарциссическим расстройством.