Тайное место - Тана Френч

– Погоди-ка. Ее прическа – это демонстрация, да? А чего именно?

Подбородок Орлы стремительно опустился до того места, где предположительно должна быть шея. Новый ракурс – хитрая, осмотрительная и коварная.

– Того, как она типа путалась с Крисом. Она, видите ли, страдает или типа того. А мы все такие: “Алле, да кому это вообще интересно?”

– А почему ты думаешь, что она встречалась с Крисом? Еще хитрее. И еще осторожнее.

– Просто мы так думаем.

– Правда? Видели, как они целовались? Может, держались за руки?

– Ой, ну, конечно, нет. Они бы не стали так откровенно всем показывать.

– А почему?

Тень чего-то странного. Страх. Орла оплошала – или подумала, что оплошала.

– Я не знаю. Просто считаю, что если бы им было все равно, что все про них знают, они бы не скрывали, что встречаются. Я только это хотела сказать.

– Но если они держали в тайне свои отношения, значит, никогда не вели себя как пара на людях, так что же заставило вас думать, что они встречаются?

– Чего? – Опять эти пустые вытаращенные глаза.

Господи Иисусе. Головой об стол. Больше не могу. Медленно и ласково:

– Почему ты думаешь, что Крис и Селена встречались? Пустой взгляд. Пожатие плечами. Орла решила больше не рисковать.

– А почему они держали это в тайне?

Пустой взгляд. Пожатие плечами.

– А ты? – вмешалась Конвей. – У тебя есть парень?

Орла слабоумно хихикнула, поджав нижнюю губу.

– И все же?

Смущенное поерзывание.

– Ну, типа того. Ой, мамадорогая, это так сложно.

– Кто он?

Смешок.

– Я задала тебе вопрос.

– Просто парень из Колма. Его зовут Грэм, Грэм Квинн. Но мы не то чтобы встречаемся — в смысле, божемой, я не обнимаю его и не говорю всем, типа он мой парень! Ну, он, конечно, вроде как парень, но…

– Ясно. – Тон у Конвей такой, что даже тупая Орла поняла и заткнулась. – Спасибо.

– Если выбрать что-то одно, – продолжил я, – чтобы рассказать о Крисе Харпере, что бы ты выбрала?

Опять вытаращилась. У меня постепенно заканчивалось чувство юмора.

– О чем?

– О чем угодно. Что тебе кажется самым важным.

– Ну… он был шикарный парень?

Хихикает.

Я забрал у нее фотографию.

– Спасибо. Ты нам очень помогла.

Подождал секунду. Орла молчала. Конвей молчала. Сидела себе на столе, писала что-то или просто чертиков рисовала, отсюда не видно. Я не собирался оборачиваться, чтобы не выглядело, будто прошу помощи.

Хулихен сдержанно кашлянула, то ли спросить что хотела, то ли просто напоминала о себе. А я о ней и забыл.

Конвей захлопнула блокнот.

– Спасибо, Орла, – повторил я. – Возможно, нам понадобится еще раз поговорить с тобой. И если вдруг припомнишь что-нибудь, что, по-твоему, могло бы нам помочь, все что угодно, вот мой телефон. Звони в любое время. Хорошо?

Орла взяла визитку с таким видом, как будто я предложил ей сесть ко мне в полицейский фургон.

– Спасибо. Еще увидимся, – прервала трогательную сцену Конвей и бросила Хулихен, уже с готовностью вскочившей со своего места: – Следующая Джемма Хардинг.

Я еще разок улыбнулся Орле. Подождал, пока они с Хулихен выйдут за дверь.

– Ну что, господибожемой, а? – усмехнулась Конвей.

– Господибожемой, мамадорогая, какогочерта, твою мать, – отозвался я.

Мы почти посмотрели друг на друга. И почти рассмеялись.

– Не она, – заключила Конвей.

– Не-а.

Я ждал. Не стал спрашивать, уж такого удовольствия ей не доставлю, но мне нужно было знать.

– Все прошло нормально, – сказала она.

С трудом сдержал вздох облегчения, буквально в последний миг. Сунул фотографию обратно в карман для следующей серии.

– Что мне следует знать про Джемму?

– Считает себя секс-бомбой, – скривилась Конвей. – Наклонялась перед Костелло пониже, демонстрируя декольте. Бедолага не знал, куда глаза девать. – И усмехнулась. – Но эта хотя бы не такая дремучая. Совсем нет.

Джемма – это примерно как вытянутая в длину Орла. Высокая, стройная – изо всех сил старается отощать до модной худобы, но телосложение не то. Симпатичная, очень даже симпатичная, но с таким подбородком еще до тридцати лицо у нее станет лошадиным. Старательно выпрямленные светлые волосы, автозагар, выщипанные брови. На Тайное Место даже не покосилась, но Конвей же предупредила, что она совсем не дура.

К стулу она прошла, как по подиуму. Села, положила одну длинную изящную ногу на другую медленным томным движением. Запрокинула голову, выгнув шею.

Даже после того, что сказала Конвей, я не сразу сообразил, с чем имею дело, не сразу разглядел за школьной формой и фактом шестнадцати лет. Джемма рассчитывала вызвать во мне вожделение. Не потому что сама хотела меня, это ей и в голову не приходило. Просто потому что я находился рядом.

И с такими я тоже в школе учился. И в их игры не играю.

Глаза Конвей двумя раскаленными булавками прожигали сквозь ткань пиджака мои лопатки.

Еще раз повторил себе: ничего особенного означает именно ничего, с чем ты не мог бы справиться.

Одарил Джемму медленной ленивой улыбкой. Понимающей улыбкой ценителя.

– Джемма, верно? Я детектив Стивен Моран. Очень приятно познакомиться с тобой.

Прокатило. Тень улыбки в уголках губ.

– У нас к тебе несколько обычных вопросов.

– Без проблем. Всё, что захотите.

Это “всё, что” немножко чересчур. Улыбка обрисовалась отчетливее. Слишком прямолинейно.

Джемма сообщила примерно то же, что и Орла. С тем же дебильным американским акцентом. Нарочито растягивая звуки, лениво, демонстративно скучая в этой школе, для которой она слишком яркая фигура. Покачивая ножкой. Внимательно следя за тем, внимательно ли я слежу за ней. Если вопросы о вчерашнем вечере и породили выброс адреналина, она никак этого не показала.

– Когда ты была здесь вчера, то звонила кому-то, – сказала Конвей.

– Да. Своему парню. – Последнее слово Джемма посмаковала и покосилась на Хулихен – определенно, телефонные звонки во время занятий запрещены, – не шокировали ли ее слова ученицы.

– Как его зовут?

– Фил Макдауэлл. Он из Колма.

Ну разумеется. Конвей села на свое место.