Бойся самого худшего - Линвуд Баркли

— Вы намекаете, что пакетик мой, верно? Так что же это, выходит, я его тут спрятал, а затем пригласил вас, чтобы вы нашли. И если в мой дом проникали дважды — один раз, чтобы спрятать наркотик, а затем во второй раз, другие люди пытались его найти, — как же они, черт возьми, его просмотрели? Все перевернули вверх дном, а наркотик, лежащий почти на виду, не заметили? Вашему сотруднику хватило на это десяти минут. Странно, не правда ли?

Дженнингз молчала, задумчиво потирая подбородок.

— Наркотик можно было положить в подушку и после того, как в доме был совершен погром.

— Зачем прятать сюда? — показал я на подушку. — Чтобы я быстро его обнаружил?

Она внимательно посмотрела на меня:

— А если это ваш наркотик?

— Как же это вы себе представляете? Я захожу в дом, вижу беспорядок и сразу же иду в спальню, достаю из кармана пакетик и прячу в подушку. А потом звоню в полицию. Замечательно.

— Мистер Блейк, у вас есть адвокат? — спросила детектив Дженнингз.

— Мне он не нужен.

— Может понадобиться.

— Нет. Мне необходимо, чтобы вы помогли разобраться в происходящем и нашли дочь.

— Кстати, вашей дочери не нужно было сюда вламываться. Бить окно в подвале. Ведь у нее были ключи.

— Вы думаете, что это Сидни была здесь? Вернулась и спрятала наркотик в мою подушку?

Кип Дженнингз подошла ближе. Почти вплотную.

— Насколько хорошо вы знаете свою дочь, мистер Блейк?

— А вы хорошо знаете свою?

Она и бровью не повела.

— Вы знаете всех ее приятелей? Куда она уходила по вечерам? Знаете, с кем она общается по Интернету? Вы уверены, что Сидни никогда не пробовала наркотики? Вам известно, ведет ли она половую жизнь и насколько активно?

— Никто из родителей этого не знает, — сказал я. — Невозможно представить, чтобы Сидни была как-то связана с наркотиками.

— Послушайте, мистер Блейк, ваша дочь пропала. Ее автомобиль брошен. На нем найдены следы крови. Вам что, этого мало?

— Но я не…

— Вам нужно наконец осознать, что это возможно. Что Сидни могла быть замешана в каких-то нехороших делах. Могла связаться с нехорошими людьми. Он говорила вам, что работает в отеле. Это оказалось неправдой. Но она могла лгать вам и насчет всего остального.

Я вышел из комнаты не дослушав. Направляясь на кухню, крикнул другому полицейскому:

— Уходите!

— Что?

— Уходите из моего дома.

— Оставайтесь на месте, мистер Талботт, — твердо проговорила Кип Дженнингз, появившись сзади. — Мистер Блейк, вы не имеете права приказывать полицейским. Ваш дом — место преступления.

— Но мне нужно начинать уборку, — бросил я в ответ. — Привести все в порядок.

— Пока нельзя. Вы начнете что-то делать, только когда я разрешу. И вам придется сегодня найти другое место для ночлега.

— Вы выгоняете меня из собственного дома?

— Да, именно это я и делаю. Ваш дом является местом преступления, включая спальню. Особенно при выявившихся обстоятельствах.

Я расстроенно взмахнул рукой:

— Мне казалось, что вы призваны помочь.

— Я веду расследование, мистер Блейк. Это моя помощь. До сих пор мне казалось, что вы со мной честны. Рассказываете все, что знаете, ничего не скрываете. Но теперь у меня зародились сомнения. Вот почему, я думаю, вам следует поговорить с адвокатом.

— Вы серьезно намереваетесь обвинить меня в хранении наркотиков?

Она посмотрела мне в глаза:

— Я дала хороший совет, и, думаю, вам следует его принять.

Я молчал, и она продолжила:

— Вас намеренно заманили в Сиэтл, чтобы порыться в доме. Может быть, к этому причастна ваша дочь.

— Это невозможно, — сказал я. — Женщина, с которой я говорил по телефону, была не она.

Дженнингз пожала плечами:

— С ней мог быть кто-то еще.

Из всего, что тут наплела Дженнингз, это предположение показалось мне самым смехотворным.

Но злиться уже не было сил.

— Я забыл сказать вам еще кое-что.

— Говорите, — сказала Дженнингз.

— За домом моей бывшей жены кто-то наблюдает.

Она нахмурилась:

— Что значит «наблюдает»?

— Сьюзен несколько раз замечала машину, которая подолгу стояла недалеко от ее дома. Она даже заметила, что там кто-то курил. Это ведь не полиция?

— Насколько мне известно, нет, — ответила детектив. — Она записала номер машины?

— Нет.

— Скажите ей, чтобы в следующий раз записала. И я проверю, что это за машина.

— Спасибо.

Мой взгляд блуждал по разгромленной кухне и случайно остановился на открытом ящике шкафа, где лежали деньги.

И я подумал, что, наверное, пора побеседовать с Эваном.

По пути в «Бобс моторс» я попал в место, где вели дорожные работы. Здесь на сравнительно небольшом участке была лишь одна полоса. Я не стал суетиться и пропустил «тойоту-сиенну». Водитель меня поблагодарил взмахом руки.

Следом попросился вперед синий мини-вэн. Я и его пропустил, заметив сзади надпись «Цветы от Шоу». И вспомнил Айана, который наверняка сидит там за рулем.

Он тогда очень невнимательно смотрел фотографию Сид. Может, стоит попросить его взглянуть еще раз?

Айан включил указатель правого поворота.

Я повторил его маневр и последовал за ним в старый жилой район с деревьями, образующими навес над улицей. Он остановился у двухэтажного дома в колониальном стиле, а я проехал еще метров двадцать.

Айан вылез. Были видны свисающие из ушей белые проводки, которые прятались в кармане рубашки. У него был такой же плейер, как у Сид. Он достал из машины большой букет и понес к дому.

Я вылез и подошел к его машине. Айан позвонил в дверь. Открыла женщина, взяла цветы, потом он быстро пошел обратно.

Увидев меня у машины, вздрогнул.

— Здравствуй, Айан, — сказал я.

Он вытащил из ушей наушники.

— Что?

— Ты Айан, верно?

— Да.

— Мы разговаривали недавно, когда миссис Шоу закрывала в конце дня магазин. Я показывал тебе фотографию моей дочки.

— Да. — Он открыл дверцу машины.

— Взгляни, пожалуйста, еще раз, — попросил я, доставая фотографию из пиджака.

— Я же сказал тогда, что ее не знаю.

— Это займет всего секунду, — настаивал я.