Последний секрет - Алессандра Р. Торре

— Негласный аукцион проходит хорошо, — объявил он и кивнул в сторону балкона, где на длинных стеклянных столах были выставлены несколько дюжин разных лотов. Пока я смотрела, женщина в расшитом бисером платье и с огромным изумрудным кольцом нагнулась за ручкой. Я провела весь прошлый месяц, добывая вещи для аукциона, от спа-отдыха на Аляске до вступительного взноса в загородный клуб «Менло».

— Франклин сказал, ты добавил пару гостей к списку. — Я пробежалась рукой по его коротким темным волосам, легонько потянула за густую прядь.

— Новая сотрудница нашей компании, — кивнул он. — Доктор Райдер и ее муж.

Каким невероятным сексизмом с моей стороны было предположить, что доктор Райдер — мужчина. Я вспомнила, как он упоминал о новом сотруднике, каком-то мотивационном коуче для его команды. Мы ужинали, и я отвлеклась на странный вкус паштета, едва уделяла внимание его восторженному упоминанию о докторе, который, по его мнению, был способен поднять моральный дух в «Уинторп Технолоджис».

Деньги подняли бы моральный дух. Команда потратила четыре года на новый медицинский прибор, который мог бы заменить кардиостимуляторы, проходить через металлодетекторы и более чем в два раза уменьшить риск аллергических реакций, инфекций и послеоперационных осложнений. Распределение прибыли в команде и система премий были привязаны к запуску нового продукта, уже отложившемуся на восемнадцать месяцев дольше ожидаемого. Все устали и были расстроены. Мы потеряли нашего главного технического специалиста в прошлом месяце, а в рядах царила общая атмосфера раздора.

Уильям был сверхумен, решителен и очарователен. Он также был беспощадным трудоголиком, ценившим деньги больше, чем персонал, и требовавшим перфекционизма без оправданий. Ведение команды никогда не было его сильной стороной, и я опасалась, что работники «Уинторп Тэк» скоро взбунтуются.

— А вот и она. Нина, — тепло произнес он с такой улыбкой, по которой и нельзя было сказать, что его команда работала в Рождество или лишалась премии в наказание за поражение в суде с Управлением по санитарному надзору за качеством еды и лекарств. — Это моя жена, Кэтрин.

— Кэт, — сказала я, протягивая руку. Ее хватка, по моим ощущениям, могла бы раздавить яйцо, и я сдержалась, чтобы не поморщиться.

— Мэтт Райдер, — просиял ее муж, тоже пожимая мне руку. — У вас чудесный дом. Он бы и при землетрясении выстоял, если бы понадобилось.

— Надеюсь, проверять не придется, — засмеялась я и не упустила, как ее рука ревниво обернулась вокруг его. Смешное действие, если учесть, как сильно мой муж затмевал ее супруга. — Спасибо вам обоим, что пришли. Эта вечеринка в поддержку благого дела.

— Это для Центра сценических искусств, верно? — спросил мужчина, сосредоточенно сдвинув светлые брови. Справа на груди его рубашки виднелось бледно-золотое пятно. Шардоне? Текила?

Я оглядела рубашку Уильяма, без удивления обнаружив, что она безупречна, а мой муж в такой же готовности к фотосессии, как и к вечеринке.

— Верно. Вы знаете Атертон? Центр находится на Миддлфилд Роуд.

— Мы все больше осваиваемся здесь. К слову, мы как раз заключили контракт на покупку дома по соседству, — сообщила женщина с неестественно белоснежной улыбкой.

Я замешкалась, удивленная ответом:

— Вы имеете в виду прямо по соседству? Старый дом Бэйкеров?

«Дом» это мягко сказано. Это была местная развалюха под снос, конфискованная в уплату долгов и таскаемая по судам последние пять лет. Если бы ее когда-нибудь выставили на продажу, я захотела бы снести всю постройку и расширить нашу зону с бассейном и сад.

— Ага, — улыбка доктора Нины Райдер стала еще шире. — У Мэтта есть знакомые в банке. Он занимается недвижимостью.

— Сносом, — поправил ее муж с самоуничижительной улыбкой, отразившейся морщинками вокруг его глаз. Я мгновенно прониклась к нему симпатией.

— Значит, вы будете сносить этот дом?

— О, нет, — поспешно покачал головой он. — Мы не можем позволить себе застройку с нуля, по крайней мере по соседским стандартам. Мы сделаем ремонт, а потом решим, что дальше.

Тратить даже доллар на эту мусорную кучу было ошибкой. Ее нужно было снести подчистую, удалить бассейн и залить новый фундамент. Я улыбнулась:

— Ну что ж, если вам когда-нибудь срочно понадобятся деньги, мы его у вас купим. Я давно положила глаз на тот участок. Я хотела бы расширить нашу зону бассейна до самого края вида.

— Благодарю за предложение, — сказал он, проводя рукой по редким волосам на своей голове. — Но мы с Ниной хотим оставить дом, особенно из-за близости Атертона к ее новой работе.

— Не могу передать, как я рада присоединиться к команде «Уинторп Тэк», — сказала она и взглянула на Уильяма. От меня не ускользнуло, как ее глаза оценивающе задержались. Но, опять же, в этом городе не было ни одной женщины, которая когда-нибудь не присматривалась бы к моему мужу. С одной стороны, он притягивал своими внешностью и харизмой, а с другой — постоянно множащимися рядом с его именем значками доллара.

— И какая конкретно у вас должность? — поинтересовалась я и взглянула на Уильяма, пытаясь вспомнить, как называлась позиция. Как-то странно.

— Я — мотивационный директор, — сообщила Нина.

— Никогда о таком не слышала, если честно, — призналась я, стараясь сохранять ровный тон, чтобы не раздразнить ее. — Это что-то из сферы персонального коучинга?

— Это не совсем коучинг, — она практически незаметно поджала губы, что выдала натянувшаяся кожа у ее рта. — Я ответственна за поддержание высокой мотивации и энергии в коллективе. Я буду работать с командой, помогая им достигать их целей, преодолевать препятствия и устранять проблемы, которые могут мешать продуктивности работы. Поразительно, как маленькие изменения и поправки в жизни человека могут приводить к огромным результатам.

— У доктора Райдер отменная рекомендация от «Плимут Индастрис». Нам посчастливилось украсть столь ценного работника, — выдал Уильям, поднял свой бокал в сторону доктора и отпил глоток.

— Вы бы видели ее прощальную премию! — добродушно сказал ее муж, поворачивая голову вслед за пронесенной мимо тарелкой крабовых котлеток. — Извините, — быстро сказал он, а затем кинулся за официантом, оставляя нас наедине со своей женой.

Прощальная премия? Такое вообще существует? Я наблюдала, как Мэтт проталкивается сквозь толпу, окликая официанта с крабами.

— А вы какого рода доктор?

— Психическое здоровье и психология. Я — доктор наук, а не медицинский специалист, — небрежно произнесла она, пожав плечами и чуть не выплеснув вино из бокала на белый коврик 1940-х годов из овечьей шкуры, купленный в Новой Зеландии.

— Что ж, я рада видеть вас в команде, — улыбнулась я, и ее взгляд стал внимательнее.

— Вы работаете в компании, Кэт? — Она взглянула на Уильяма. — Я думала, вы остаетесь дома и управляете, эм… фондом? Так это называется?