Самый вкусный друг - Лана Новак

— Не подсматривай! Это сюрприз.

— Но я же видел уже немного…

— Только немного. И больше не смотри.

Алвин слегка надул губы, но на друга обижался недолго. Да и Джошуа вскоре остыл.

— Пойдём на улицу играть?

— Бежим!

Мальчишки со звонким смехом сбежали по лестнице вниз дома, а затем выскочили и на улицу. Темнело, но никто их не разгонял и не отправлял домой. Джошуа попросту обходили стороной.

Джошуа забрался под одеяло и долго вертелся в кровати. Ему не давала уснуть мысль о том, что чего-то не хватает. Что его друг неполноценный. Зажмурив покрепче глаза, Джошуа стал думать. Тело, руки, ноги… Джошуа даже одел его, но почему тело так и оставалось просто телом?

Глаза. Улыбчивые задорные глаза.

Джошуа встрепенулся и сел на кровати, глянув в сторону шкафа.

— Точно… Ты же меня не видишь. Тебе нужны глаза!

Озарённый внезапной догадкой, Джошуа улёгся спать. Как и всегда, на рассвете он сразу после завтрака убежал играть. И, как и все последние дни, на самом деле он уходил за пределы деревни. Он стыдился того, что обманывал маму, но знал, что та и вовсе запретит ему выходить из дома, если прознает, куда он бегает.

— Мне нужны глаза!

Джошуа едва ли не ворвался в магазинчик, но в этот раз старушка не вышла к нему. То ли не услышала, то ли была занята.

— Мисс Беккай?..

Джошуа побрёл по магазинчику, осматривая жуткие сладости. Насекомых. Части человеческого тела. Но он-то искал кое-что конкретное. И точно знал, в какой части магазинчика хранились подобные предметы.

Джошуа прижал ладони к стеклянному прилавку, когда увидел прозрачную круглую вазочку с желейными глазами. Белые яблочки с розовыми прожилками, а цвет радужки можно было выбирать вечно! На Джошуа смотрели десятки глаз: карие, голубые… зелёные.

— Зелёный…

Джошуа в восторге дыхнул на стекло, из-за чего оно запотело. Он лихорадочно потёр стекло, чтобы ничего не проглядеть.

— Мисс Беккай!

Тишина. Джошуа начинал нервничать, поскольку не уходил из деревни надолго. Вдруг мама начнёт его искать? Долго ждать было нельзя. Набравшись решимости, Джошуа пролез за прилавок и встал со стороны продавца.

Он сразу высыпал несколько монет на стол, чтобы хозяйка увидела их, когда вернётся в домик. Открыв дверцу прилавка, Джошуа вытащил вазочку с глазами и высыпал их на стол перед собой.

— Зелёные, нужны зелёные… — тихо бормотал он себе под нос, пока убирал лишние цвета обратно в вазу. Наконец перед ним на столе лежали три пары зелёных глаз. Все разного оттенка. Джошуа склонил голову и стал всматриваться в цвета.

— Этот тёмный, этот какой-то серый… Они не похожи.

Джошуа успел расстроиться оттого, что здесь нет того цвета, который он искал. А брать что попало он не хотел. Ведь тогда ничего не получится.

— Где же мне его искать? — Джошуа расстроенно осматривал ящики, начиная терять надежду на то, что все получится. Что он сможет…

Его взгляд остановился на дверце с замком перед самым носом. Под прилавком. В эту дверцу мисс Беккай залезала, когда Джошуа просил что-то особенное… Когда искал именно те пальцы, которые подошли бы ногам и рукам. В замке дверцы торчал ключик. Недолго думая, Джошуа повернул его и тихо открыл дверцу, скрывающую, на первый взгляд, полный мрак.

— Фу…

Джошуа сморщился в тот же миг, как открыл дверцу, и изнутри на него дыхнуло тухлятиной. Он закрыл ладонью нос и рот, но все же раскрыл дверцу шире. Перед ним лежали три ровные стопки с париками и бледными масками. Вот что ещё упустил Джошуа! Волосы!

Он распахнул дверцу ещё шире и шлёпнулся на копчик, закашлявшись. Тошнотворный запах все равно залез в ноздри, хотя Джошуа старательно прикрывался. Убрав руку, он поднял воротник футболки и натянул его на нос, будто это могло помочь лучше руки. Увы, горький запах все равно просачивался сквозь одежду.

— Точь-в-точь то, что нужно!

Джошуа забыл даже про запах, когда увидел парик тёмно-русого цвета. Рядом с ним лежала резиновая маска, и около неё устроилась маленькая шкатулка. Три таких комплекта лежали рядом друг с другом, но Джошуа схватил лишь один. Ухватившись пальцами за маску, Джошуа понял, что держится не за резину. Этот материал был более мягким, более… хрупким.

— Порвётся. — Джошуа осмотрелся около прилавка и нашёл холщовый мешок, в который быстро закинул парик, маску и шкатулку. Ему стало страшно, вдруг хозяйка решит, что посетитель ворует, поэтому хотелось оставить побольше монет и убраться куда подальше.

Затянув мешок покрепче, Джошуа закрыл ящик и стянул футболку с носа.

Пора было бежать домой, но его остановил тихий звук за самой спиной. Что-то смачно хлюпало. Джошуа медленно обернулся и увидел, что дверь подсобки, из которой всегда выходила хозяйка, слегка приоткрыта. Звук шёл оттуда.

— Может, стоит сказать ей, что я заходил?..

Он перекинул мешок через плечо и несколько минут тупо смотрел в дверь. Хлюпанье не прекращалось. Стало страшно и любопытно. И страшно любопытно. Джошуа топтался на месте, уговаривая себя пойти домой, и в то же время убеждая себя: надо поздороваться и предупредить, что он сам взял нужные покупки.

— Не съест же она меня!

Эта фраза помогла Джошуа принять решение. Он пошёл в сторону подсобки и аккуратно толкнул деревянную дверь от себя. Та стала медленно отворяться, проливая в комнату полосу рассеянного солнечного света из основной части магазина. Джошуа молчал, не осмеливаясь вновь позвать хозяйку. А то и вовсе потерял дар речи от увиденного.

В подсобке оказалось жутко темно. Около стен на столах стояли редкие свечи, отбрасывая отсвет на внутренний антураж.

Стены сплошь в камне, с багровыми разводами и в маленьких коврах. Печь в самом углу подсобки пожирала бревна, закинутые в неё явно совсем недавно, они отзывались тихим треском. На столах тут и там стояли кастрюли и миски.

И много, много шоколада… Джошуа пришлось прищуриться, чтобы глаза привыкли к тёмному освещению, а он смог разобрать, что же на самом деле видит перед собой.

Беккай сидела в самом дальнем и тёмном углу, куда едва пробивался свет настенной свечи. Она держала что-то в руках, то отдаляясь, то приближаясь. И каждый раз, когда её голова отодвигалась, она громко чавкала.

Старуха запрокинула голову, подставив её под освещение, и блаженно замычала. Все её лицо было измазано кровью, а зубы быстро-быстро перемалывали то, что только что откусили. По подбородку стекала вязкая алая жидкость, задерживаясь на кончике подбородка. Крупная капля качнулась на краю лица,