Провал - Микаэль Юрт

Казалось, он не в силах вернуться в класс. Не потому, что ему не хотелось там находиться. Вовсе нет. Мертвая девушка на стуле.

Торкель не мог смотреть на нее, не думая об Элин.

О старшей дочери, которая только что закончила первый год обучения в Стокгольмской школе гостиничного и ресторанного дела. Она училась на повара. Нашла себе летнюю работу в ресторане в районе Хурнстулль. В средней школе оценки у нее были неважные. Торкель любил ее больше всего на свете, но был почти уверен в том, что она сумела бы ответить на довольно мало вопросов из самодельного теста их преступника.

Это вовсе не означало, что она глупа, напротив, она умная, взрослая, душевная, веселая, но не обладает энциклопедическими знаниями такого типа. Большинство ее друзей – тоже, считал он, судя по тем, с кем он встречался и разговаривал. Впрочем, у нее есть нечто другое. Уверенность в себе, любознательность – она совершенно не боится новых ситуаций, верит в то, что все возможно, предприимчива, что может позволить ей далеко пойти. Наверное, дальше, чем знания, которые пришлось демонстрировать жертвам. По крайней мере, столь же далеко.

Торкель знал, что она смотрит эти программы. Во всяком случае, некоторые из них. Потому, как он надеялся, что они обладают той же притягательностью, что прежние шоу уродов. Что ее привлекают безумство, странность, исключительность – как на такое не посмотреть?

Но ей никогда в жизни не пришло бы в голову в чем-нибудь подобном участвовать.

Так он, по крайней мере, думал. Надеялся.

Ему было крайне трудно представить, что его пьяная дочь занимается в телевизионной программе сексом с одним или несколькими почти незнакомыми мужчинами. Даже если бы она, как Мирослав Петкович, просто играла роль.

Впрочем, ей скоро восемнадцать, и она может поступать как хочет. Уже поступает. Давно прошли времена, когда она перед принятием решения спрашивала его совета. Чаще всего его просто ставили перед фактом.

Вот так, и живи с этим.

Он предполагал, что она больше советуется с Ивонн. По бумагам у них совместное право опеки, но на практике дочери жили у матери с момента развода. Его работа не позволяла им жить у него каждую вторую неделю.

У него хорошие отношения с дочерьми, в этом он не сомневался, но чтобы отношения стали действительно близкими, требуется время и личное присутствие, а с этим дело обстояло неважно. Торкель сообразил, что только один раз разговаривал с девочками после окончания учебного года, причем больше двух недель назад. Он решил, что вечером обязательно позвонит им.

Чувствовал, что ему необходимо поговорить с ними, особенно после того, как увидел девушку в классе.

Торкель вышел оттуда, чтобы попросить местных полицейских постараться узнать имя этой молодой женщины. До сих пор всех жертв находили на следующее утро после их встречи с убийцей. Он попросил их проверить заявления о пропаже людей накануне, скажем, во второй половине дня, и посмотреть, не подходит ли под какое-нибудь описание эта полуобнаженная девушка. Шанс, конечно, невелик. Если жертва проживала одна, что вполне вероятно – ей на вид около двадцати лет, – то ее мог еще никто не хватиться.

Но Торкель надеялся на лучшее.

Утром им позвонили в самом начале восьмого.

Будильник мобильного телефона был у него поставлен на 6:30, но Торкель проснулся уже около шести, в необычайно хорошем настроении. Причиной наверняка был ужин накануне вечером. Быстро приняв душ, он спустился вниз, чтобы позавтракать.

Минут через сорок пять в ресторан пришла Урсула – как раз когда он обдумывал, не согрешить ли ему немножко и не взять ли ко второй чашке кофе круассан с шоколадом.

– Доброе утро, ты рано, – сказала она, многозначительно кивая на его почти пустую тарелку.

– Я проснулся и решил сразу встать.

– Значит, вчера вы не очень засиделись?

Торкель посмотрел на нее. Он ошибается или в голосе Урсулы присутствовали нотки удовлетворения?

– Да…

– С кем это ты встречался?

Торкель продолжал смотреть на нее вопросительно.

– Я видела тебя в баре. Ты был не один, – объяснила Урсула.

– Вот оно что, это моя школьная подруга. Мы вместе учились в гимназии.

– Здорово. Что она здесь делает?

– Она здесь живет. Работает в школе, где нашли Петковича. Собственно, это она его нашла.