Кровавый орел - Крейг Расселл

Когда Соня завернула за угол, Фабель сообщил Анне и Паулю по рации о ее приближении.

– Мы с Вернером двигаем за ней. У меня ордер на арест Клугманна. Когда она откроет дверь, войдем вместе с ней.

Он вынул из кобуры «вальтер», передернул затвор, проверил предохранитель и сунул пистолет обратно в кобуру. Затем повернулся к Вернеру:

– С ним лучше не шутить. Скорее всего Клугманн сдастся без сопротивления, но если вздумает ерепениться… Профессионал.

Вернер Мейер проверил свое оружие.

– Голубчик и трепыхнуться не успеет, – солидно обронил он.

Полицейские вышли из автомобиля и пошли за Соней.

Когда они миновали «БМВ», к ним присоединились Анна и Пауль, отставая шагов на двадцать. Соня, с двумя пакетами в руках, повернулась, чтобы спиной открыть тяжелую дверь в железных воротах, – и скользнула взглядом по преследователям. Но не насторожилась. Четверка детективов прошла за женщиной через арку в мощеный двор; Фабель слышал, как сандалии Сони быстро застучали по камням. У двери Соня опять поставила сумки на землю и достала ключи. Именно в этот момент она увидела четверку чужаков.

– Ганс! – завопила она на весь двор. – Ганс!!!

Фабель был удивлен выражением ужаса на ее лице. Похоже, она приняла их за других, каких-то смертельно опасных людей. Он поднял левую руку в успокаивающем жесте, но в сочетании с массивным черным «вальтером» в другой руке жест не казался убедительным.

– Соня, не пугайтесь! Мы из полиции и хотим только поговорить с Гансом…

К выражению ужаса на лице Сони теперь примешалась растерянность. Трое мужчин рванули мимо нее по лестнице наверх, а миниатюрная Анна Вольф толкнула Соню в сторону от парадной двери и прочь от возможной линии огня так энергично, что та едва удержалась на ногах.

Фабель и Пауль вжались в стены по обе стороны от двери в клугманновскую квартиру.

– Полиция Гамбурга! – крикнул Фабель и кивнул Вернеру. Тот с силой пнул дверь ногой пониже замка, и она распахнулась.

Фабель, Вернер и Пауль ворвались в квартиру. Вернер и Пауль прикрывали, а Фабель двигался вперед, водя пистолетом в вытянутых руках вправо-влево, словно фонарем. Из квадратной прихожей двери вели в кухню, гостиную, ванную и две спальни. В квартире было чисто и светло, но обстановка самая дешевая. Фабель сунул пистолет в кобуру, вышел на лестничную клетку и махнул стоящей внизу Анне Вольф. Та привела Соню наверх. Фабель приказал Паулю принести Сонины пакеты, брошенные у парадной двери.

Анна заботливо усадила дрожащую Соню на кушетку в гостиной. Фабель присел перед ней на корточки.

– Соня, где Ганс?

Полячка пожала плечами, и из карих глаз наконец хлынули долго сдерживаемые слезы.

– Понятия не имею, где Ганс, – сказала она между всхлипами. – Был тут, когда я утром уходила. Он не говорил, что куда-либо собирается. Сидел безвыходно в квартире с тех пор, как погибла та девушка. Сильно убивался. А вы здесь из-за нее?

– Мы его ни в чем не обвиняем. Нам нужно только задать ему несколько важных вопросов.

В карих Сониных глазах теперь была смесь страха и враждебной ярости.

– Ладно, Соня, поговорим позже. Сначала я должен отлучиться. – Фабель повернулся к Анне и Паулю: – Ну-ка пошли. Надо перемолвиться. Снаружи.

Когда они втроем оказались на лестничной площадке, по лицам Анны Вольф и Пауля Линдеманна было ясно, что они знают, о чем шеф хочет с ними «перемолвиться». Анна Вольф заранее подняла руки, прося пощады.

– Я, конечно, жутко извиняюсь, шеф, но мне невдомек, как этот тип сумел проскользнуть мимо нас. Мы контролировали все входы и выходы…

– Значит, не все! – процедил Фабель, стараясь не давать волю гневу. – Клугманн на данный момент – единственное, что у нас есть. А вы дали ему смыться! – Сердито ткнув в них пальцем, он добавил: – Вы его потеряли. Вы же его и найдите!

– Будет сделано, шеф, – почти в один голос сказали Анна и Пауль.

– А для начала обойдите квартиры соседей.

Фабель вернулся в гостиную, сел на кушетку рядом с Соней и уперся локтями в колени.

– Ну, успокоились немного?

– Да пошли вы все…

– Хотел бы я знать, за кого вы нас приняли в самом начале. Ну-ка расскажите!

Соня резко повернулась к Фабелю и, удивленно моргая, переспросила:

– За кого я вас приняла? Что вы этим хотите сказать?

По истерично-вызывающему тону он сразу понял, что она что-то скрывает.

– Я знаю, не очень-то приятно, когда вооруженные полицейские врываются в ваш дом, но вы явно кого-то боялись больше полиции. Кого?

Соня молча смотрела в пол.

– Соня, скажите лучше правду. Ганс влип в какие-то неприятности? Если он в опасности, мы в силах выручить его. Только помогите его найти. Насколько нам известно, ничего дурного он не совершил – за вычетом того, что умолчал о некоторых вещах. Если он на этот раз будет откровенен с нами, мы его тут же отпустим.

Соня разрыдалась. Фабель по-отечески обнял ее за плечи.

– Честное слово, я не знаю, где он… – пробормотала женщина и, указав на сотовый телефон на столе, добавила: – Это его. А он без телефона никогда из дома не выходит!

Она повернулась к Фабелю, простодушно тараща большие глаза. Фабель вспомнил слова Махмуда «душевная такая».

Гаупткомиссар взял сотовый и нажал кнопку повторного набора. Высветился тот же номер, по которому Клугманн кинулся звонить, обнаружив труп Моник. Фабель молча показал экранчик Вернеру Мейеру – тот откликнулся многозначительным взглядом. Фабель сунул клугманновский сотовый себе в карман и снова занялся Соней.

– Так за кого же вы нас поначалу приняли? – спросил он. – В ваших интересах сказать правду.

– У Ганса были кое-какие дела… с иностранцами. Они то ли русские, то ли украинцы. Ганс старался меня в это не вмешивать, но я знаю, что эти типы чрезвычайно опасны. И похоже, его отношения с ними разладились. Несколько дней назад он велел мне на звонки в дверь не отзываться и никого в дом не пускать. Сказал: «Если я дома, то дверь любым гостям буду открывать сам». – Она опять всхлипнула. – Вот я и решила, что вы – те типы, которых он так опасался…

– Успокойтесь, Соня, теперь вас никто не тронет. Мы оставим человека для наблюдения за вашей квартирой. Он будет тут, пока мы не найдем Ганса.

Итак, русские или украинцы… Фабель вспомнил рассказ Махмуда о новой украинской банде. Эти ребята выкручивают руки Улугбаю. А Клугманн работает на Улугбая… Тут есть своя логика. Однако Клугманн всего лишь мелкая сошка в организации Улугбая и в рамках по-настоящему большой войны между бандами вряд ли кому интересен…

Фабель успокаивающе улыбнулся Соне.

– А где он сейчас, по-вашему? Может, просто вышел по делам или прогуляться?