Смерть понтифика - Луис Мигель Роча

— Кому ты только что звонил? — спрашивает Сара. Они снова в «Ягуаре», но теперь девушка устроилась рядом с водителем.

— Одному немцу, который сделает тебе паспорт.

— Только для меня?

— Именно. У меня уже достаточно паспортов.

— Этот немец — надежный человек?

— Ненадежный.

— Что ты сказал?

— Я говорю: нет, мы едем к ненадежному человеку. Те, кто занимается подделкой документов, работают только за деньги, чтобы развивался бизнес. Ради заработка они готовы слить любую информацию.

— Но ведь…

— Но эти люди готовы делиться информацией, только если им заплатят. Если думаешь, что он помчится сразу же нас сдавать, то ошибаешься. Можешь не беспокоиться.

— Ну да, теперь я ощущаю просто несказанное спокойствие, — язвит девушка.

— Я рад за тебя.

Поездка длится не более пяти минут, включая парковку у многолюдного шумного паба. В боковой стене здания — полуоткрытая дверца. Сара и ее спутник поднимаются по лестнице на третий этаж. Рафаэль нажимает кнопку звонка. Мгновенно распахивается дверь.

— Привет, как дела? — радостно приветствует их немец.

— Превосходно. А у тебя?

— Изумительно! Заходите.

— Я знаю, что ты лучший специалист в своем деле, — произносит Рафаэль и, заходя, подмигивает парню.

Гансу немногим больше двадцати. Фальшивки он делает не только быстро, но и качественно: документы еще ни разу не вызывали подозрений ни у одной из служб пограничного контроля… По крайней мере, до сих пор о подобных случаях ничего не известно.

— Ну, дядя, валяй, рассказывай, чего нужно.

— Мне нужно, чтобы ты сделал паспорт для этой леди.

— «Для этой леди»… Надо же, дядя, как ты заговорил.

Ганс достает фотоаппарат и подхватывает Сару под локоть:

— Встань спиной сюда.

Стена — сплошной фон нейтрального синего цвета для фотографий на документы.

— Не улыбайся.

— Что?

— Я говорю, не улыбайся. На фотографиях для паспорта не улыбаются.

— Хорошо, не буду.

Сара напускает на себя серьезный вид — может быть, даже слишком серьезный, а Рафаэль разглядывает увешенную снимками стену.

— Кто эти люди? Так много…

— Типы, которые ко мне наведывались.

— У тебя просто прорва клиентов!

— Не могу не согласиться, — хозяин подпольной мастерской подключает фотоаппарат к компьютеру и принимается за работу. — У тебя есть какая-то любимая страна или, может быть, тебе нужно какое-то особое имя?

Сара в замешательстве. Это она не предусмотрела.

— Шэрон Стоун, — вмешивается Рафаэль.

— А что, дядя, отличное имечко! И знакомое, вроде бы…

«Гнусный тип», — думает Сара.

— А страну можно любую, из Шенгенской зоны.

— Okey, man. Есть пять тысяч?

Сара подходит к Рафаэлю:

— Откуда ты знаешь этого субчика? — тихо спрашивает девушка.

— Я его не знаю. Я знаю одного человека, который знает его.

— Кое-кто, кажется, говорил, что вы дружите много лет…

— Получается, не дружим.

Ганс стучит пальцами по клавиатуре, обрабатывая фотографию, которую только что загрузил в компьютер.

Вскоре он встает и открывает дверцу шкафа. На секунду задумавшись, достает множество незаполненных паспортов разных стран.

— А ты, подруга, будешь путешествовать только по Европе?

— Хороший вопрос. Вполне возможно, что нам придется побывать и в Америке, — глубокомысленно замечает Рафаэль.

Сара смотрит на спутника, она заинтригована:

— В Америку?

— Заметано, дядя. Тогда я сбацаю ей французский паспорт, а второй будет американским. Французский — для Европы, а второй — для другого побережья, лады?

— Отлично.

Сара наблюдает за Гансом, тот откладывает два незаполненных паспорта: французский и американский.

— А это настоящие паспорта?

— А почему, по-твоему, никто ничего до сих пор не просек? — спрашивает Ганс, словно ему задали глупый вопрос.

— Прийти сюда — все равно что обратиться в посольство, но здесь ты можешь сам выбирать себе страну и имя, — произносит Рафаэль. — Понятно, что такое удовольствие стоит дороже.