Замурованный труп - Джо Горес

— Вряд ли она соблазнилась бы. Даже с еще большей прибавкой. Она у нас любит светскую жизнь. — И с гордостью в голосе добавил: — Мадди моя внучка.

— Поздравляю.

— Норберт — сын моей сестры. Ужасно невоспитанный, не правда ли? Хочет быть одним из этих новомодных адвокатов, защитников бедняков; боюсь, ему придется туговато... За ваше здоровье.

«Дикая индейка» пошла просто замечательно; такого сорта виски не нуждается ни в добавке, ни в закуске, ни даже в словесном одобрении. Хоукли вздохнул и закрыл бутылку.

— Чарлз М. Гриффин? Что вы хотели бы о нем знать?

Кёрни на мгновение задумался. Куган, инспектор по залоговым обязательствам, предупредил Хоукли, что к нему приедет частный детектив. Почему же он так упорно уклонялся от встречи? Неужели это имеет какое-нибудь отношение к Гриффину? Сомнительно.

— Я хотел бы знать его теперешний адрес.

— Ничем не могу вам помочь, — быстро ответил Хоукли.

— Мы предполагаем, что в среду он совершил нападение на одного из наших людей, — сказал Кёрни. — Полиция квалифицировала это покушение на убийство как дорожное происшествие, и мы не пытались их разубедить. Пока не пытались.

Хоукли задумчиво наблюдал за ним.

— Что вы хотите сказать?

— Я лично занимаюсь этим делом; во всяком случае, когда требуется мое вмешательство.

— И большая у вас контора? — вдруг спросил Хоукли.

— Достаточно большая. Пятнадцать агентов в Сан-Франциско и Окленде, чья деятельность простирается на город, полуостров, Ист-Бей и Марин. Девять филиалов от Эврики до Лонг-Бич. Три отделения со своими лицензиями в корпорациях, я уже не говорю о себе.

Последнюю фразу он добавил не случайно: три дополнительные лицензии означали, что, если, какому-нибудь влиятельному человеку в Сакраменто удалось аннулировать лицензию самого Кёрни, это не могло бы помешать деятельности ДКК.

Хоукли прочистил горло; он понял скрытый смысл сказанного собеседником.

— Вы интересуетесь исключительно Чаком Гриффином?

— У меня нет никаких тайных намерений, — уверил его Кёрни.

— Ах, черт, — с сожалением воскликнул старик. — Я все же не могу вам помочь, хотя боюсь, что вы мне не поверите. В 1927 году отец Чака Гриффина был одним из моих первых клиентов. Ему не хватало деловой хватки, в конце концов он разорился и в 1953 году погиб в автомобильной аварии. Я был очень расстроен, когда Чак надул Кугана с залогом, и это после того, как я за него поручился. — Хоукли сухо рассмеялся. — В ловкости ему не откажешь. — Он нажал на кнопку звонка. — Мадди, принесите, пожалуйста, адрес Гриффина. Это где-то на Маунт-Дьябло-стрит.

Кёрни почувствовал легкое возбуждение; в файлах ДКК не было никаких упоминаний об этом адресе.

— Дом номер 1377, мистер Хоукли, — с ворчливыми нотками в голосе сообщила Мадлен. — Но письмо, направленное по этому адресу, тринадцатого марта этого года вернулось с пометкой: «Адресат не проживает».

— Это все, что у меня есть, мистер Кёрни. Наше письмо Чаку, посланное с Калифорния-стрит, вернулось сюда. С февраля от Чака не было никаких писем. Я посылал Нор-берта на Маунт-Дьябло-стрит, но там никто даже не слышал о Чаке. Конечно, Норберт...

— Ладно. — Кёрни встал. Чертовски любопытный старый хрыч, но у него нет ни времени, ни желания разрешать эту загадку.

— Приятно иметь с вами дело, сэр.

— И с вами. — Хоукли также встал. В нем было шесть футов три дюйма роста, но весил он, вероятно, не больше, чем сам Кёрни с его ста семьюдесятью фунтами. — Надеюсь, вы оценили мою «Дикую индейку»?

— Я профессионал, Хоукли. И интересуюсь только тем, за что мне платят.

— Хорошо бы в этом грешном мире было побольше таких, как мы, — с ханжеским видом вздохнул старый адвокат.