Ужас Рокдейла - Иван Борисович Кустовинов

Кабинет триста тридцать шесть он нашел очень быстро. На номера вообще можно было не смотреть, чтобы понять, какая из дверей принадлежит начальнику. На этаже была только одна нормальная дверь — красивая, с золотистой блестящей табличкой, а не старая, с облупившейся краской и полувыцветшей надписью, каковыми были все остальные.

Ричард несколько раз постучал, но ответа не последовало, и он попробовал повернуть ручку. Дверь оказалась не заперта, и полицейский опасливо отворил ее. Внутри приемной никого не оказалось, место секретаря пустовало. Тем не менее в помещении горел свет. Патрульный не мог не заметить, что лампочка в комнате подозрительно мигает, как бы сообщая, что тут или уже произошло нечто страшное, или произойдет — и не исключено, что с ним.

Ричард уже собрался было уносить отсюда ноги, когда вдруг услышал, что из-за следующей двери, ведущей непосредственно в кабинет Макса Грина, доносится какой-то шум. Учащенно дыша, с бешено колотящимся в груди сердцем он пересек приемную и приложил ухо к двери, прислушиваясь к доносившимся из кабинета звукам.

Казалось, там кто-то ходит, передвигает вещи и чем-то шуршит. Судорожно сглотнув, патрульный осторожно чуть приоткрыл дверь и заглянул в щелку.

Внутри полицейский разглядел человека, который что-то искал в шкафчике и, судя по всему, очень торопился. Лица его не было видно, потому что он стоял к Ричарду спиной.

Немного поразмыслив и решив, что, будь это злой дух, едва ли он стал бы рыться на полочках, хранитель правопорядка решительно открыл дверь и вошел внутрь.

Услышав, что кто-то вошел, человек резко обернулся и угрюмо уставился на незваного гостя. Ричард узнал его: это был Макс Грин собственной персоной.

Начальник Управления водоснабжения и канализации был сухим жилистым стариком с близко посажеными глазами и впалыми щеками. Он обладал крайне суровым характером и обычно не отличался любезностью в общении с другими людьми, особенно если это были его подчиненные или те, кто не занимал высокого положения в обществе.

— Какого черта вам нужно? Почему вы вламываетесь в мой кабинет?

— Прошу прощения, я из полиции, меня прислали к вам по срочному делу, — четким голосом отрапортовал Ричард.

— Да неужели? — ехидно спросил Макс. — И какое же срочное дело вас сюда привело?

Патрульный немного замешкался. Он не знал, зачем его сюда послали, но никоим образом не собирался показывать свою неосведомленность и поэтому как можно более невозмутимо сказал:

— Мне велено срочно доставить вас в отделение полиции.

— Никуда я с вами не поеду! Можете передать своему капитану, чтобы он катился ко всем чертям и делал что хочет. Скажите, что я знать не знаю ни о каких ядохимикатах в моей канализации и понятия не имею, откуда он это взял. Если ему так хочется прикрыть свою задницу и свалить все эти убийства на меня, то у него ничего не выйдет: у меня тут все в порядке. И вообще, если вы сами не заметили, то я довожу до вашего сведения, что собираю вещички и уматываю из этого поганого города: хватит с меня маньяков и никчемных полицейских, которые ничего не могут сделать, — и мистер Грин с отвращением посмотрел на Ричарда.

Патрульный не знал, что ему делать и говорить после этой тирады хозяина кабинета, и глупо стоял, переминаясь с ноги на ногу.

— Вы еще здесь?! Проваливайте отсюда, я уже вроде бы сказал, что никуда с вами не поеду!

И тут вдруг на Ричарда нашла какая-то необычайная решимость. Вытащив пистолет и направив его на Макса Грина, он твердым голосом сказал:

— Прощу прощения, сэр, но, хотите вы или нет, вы поедете со мной в полицейский участок, а если вы будете оказывать сопротивление, то я вынужден буду применить силу.

Вредный старик даже несколько опешил от такого поворота событий и, видя, что парень настроен серьезно, уже несколько сбавив тон, проворчал:

— Ну хорошо-хорошо, я с вами поеду, только уберите свой чертов пистолет: не хватало еще, чтобы вы ненароком меня пристрелили.

Довольный Ричард отправил обратно в кобуру свой пистолет и пригласил Макса следовать за ним. Тому ничего не оставалось, как молча поплестись за полицейским, проклиная про себя на чем свет стоит этого дерзкого молокососа.

Когда они спустились вниз по лестнице и вышли во двор, так никого и не встретив, патрульный осторожно спросил:

— А где же все работники, почему никого нет? У вас здесь что-то стряслось?

— Одни в отпуске, а другие просто свалили из города, ничего здесь не произошло, — недовольно пробурчал старик.

— А как насчет того, что люди говорят об этом месте?

— Чего там они еще говорят?! Выражайтесь яснее!

— Я о том случае с рабочими, которые были убиты при постройке этого здания, их еще потом замуровали в стенах. Говорят, их души до сих пор обитают здесь.

— Чушь собачья! Не было никаких убитых рабочих, а тем паче их призраков, все это не более чем детские страшилки. На самом деле все было так: однажды ночью несколько ублюдков обокрали парочку кретинов и сбежали с их денежками, после чего их больше никто не видел, а поскольку те строители, которых обокрали, не стали устраивать из-за этого шумиху, местные пацанята и сочинили такую вот веселую историю.

— А вам-то откуда это известно? — недоверчиво спросил патрульный.

— Мой отец был одним из тех кретинов, которых обокрали той ночью.

Услышав это, Ричард почувствовал себя действительно очень глупо, и до самого отделения полиции с Грином они больше не обмолвились ни словом.

Джек тоже спешил как только мог, стараясь доставить священника в отделение раньше своего напарника. Они с Ричардом постоянно во всем соревновались: каждый старался сделать любое дело лучше и быстрее другого. Но сегодня — впрочем, как и всегда, — ему снова не везло. По дороге в церковь он напоролся на ржавый гвоздь, и пришлось потратить драгоценное время на замену колеса — повезло еще, что в багажнике машины, которую он взял, оказалась запаска.

На мессу Джек не ходил, да и вообще церковь Святого Матфея видел впервые, хотя и жил в Рокдейле с самого детства. Да, так часто бывает: живет человек всю жизнь в одном месте и не находит в нем ничего достойного внимания, но вот однажды случайно встречает на своем пути то, что он всегда почему-то считал скучным и неинтересным, и вдруг внезапно осознает, как он был неправ. Точно так случилось и с Джеком, когда он подъехал к храму. Выйдя из