Гробовое молчание - Тесс Герритсен

В сгущающихся сумерках улица Наппа казалась мрачным, повергнутым во мглу ущельем между четырехэтажными кирпичными строениями. Джейн и Фрост стояли у здания, в котором когда-то находился ресторан «Красный феникс», и пытались заглянуть внутрь, однако между досками, закрывавшими окна, Джейн смогла разглядеть лишь рваные и почти прозрачные от старости занавески.

Фрост посмотрел на часы.

— Господин Куань опаздывает уже на пятнадцать минут.

— У тебя есть номер его мобильного?

— Не думаю, что у него есть мобильный. Я целый день пытался застать его в офисе.

— Агент по недвижимости без мобильного телефона?

— Хочется надеяться, что мы поняли друг друга. У него довольно сильный китайский акцент.

— В этом случае нам понадобится Тань. Где он?

— Сказал, что придет.

Джейн отступила на несколько шагов назад и посмотрела вверх — на ржавую пожарную лестницу и заколоченные окна. Всего неделю назад они с криминалистами ходили по крышам этих домов в поисках гильз. За углом располагался переулок, в котором обнаружили отрубленную руку неизвестной. Похоже, эта улица и это здание — отправная точка всего происшедшего.

— Судя по всему, строение давно заброшено. А ведь это отличная недвижимость в центре города.

— Только здесь произошло преступление. Тань говорит, что местные жители действительно верят в привидения. А здание, в котором обитают духи, приносит несчастья. — Фрост умолк, глядя в переулок. — Интересно, не к нам ли идет этот человек?

Пожилой китаец шел прихрамывая, будто у него болело бедро, однако в белых кроссовках «Рибок» ему удавалось передвигаться на удивление проворно — приближаясь по неровной мостовой, он с легкостью перешагнул через мусорный мешок. Пиджак был ему великоват размера на два, но мужчина носил его с шиком — ни дать ни взять опрятно одетый профессор на вечерней прогулке.

— Господин Куань?

— Здравствуйте, здравствуйте. Вы детектив Фрост?

— Да, сэр. А это моя напарница, детектив Риццоли.

Мужчина улыбнулся, демонстрируя два блестящих золотых зуба.

— Я говорить вам, я всегда следовать закону, хорошо? Хорошо? Все всегда законно.

— Сэр, я звонил вам не по этому поводу.

— Очень хорошее место здесь, на улице Наппа. Наверху три квартиры. Внизу хорошее помещение. Возможно, для ресторана или магазина.

— Господин Куань, мы хотели бы зайти внутрь и посмотреть.

— Сзади есть два места для парковки машин жильцов…

— Он пустит нас наконец в дом или же решил продать его нам? — пробормотала Джейн себе под нос.

— …строительная компания из Гонконга больше не хочет им управлять, поэтому продает за очень хорошую цену.

— Тогда почему же оно до сих пор не продано? — удивилась Джейн.

Похоже, вопрос обескуражил агента по недвижимости, и китаец внезапно умолк, оборвав рекламное бормотание. Во мраке он поглядел на Риццоли, и его морщинистое лицо нахмурилось.

— Здесь случилось плохое, — наконец признал мужчина. — Никто не хочет снимать или покупать.

— Сэр, нам просто нужно взглянуть на это место, — сказал Фрост.

— Зачем? Внутри пусто, смотреть нечего.

— Это дело полиции. Пожалуйста, отоприте дверь.

Куань неохотно вынул огромную гремящую связку ключей — такие, наверное бывают у тюремщиков. В полутемном проулке он мучительно долго отыскивал нужный ключ и засовывал его в висячий замок. Дверь с оглушительным визгом распахнулась, и все трое оказались в помещении, которое когда-то было рестораном «Красный феникс». Господин Куань нажал на кнопку выключателя — на потолке загорелась единственная лампочка.

— Это весь свет? — удивилась Джейн.

Поглядев на потолок, агент по недвижимости пожал плечами.

— Пора купить лампочки.

Джейн направилась в центр мрачного помещения и оглядела зал. Как и говорил Куань, здесь ничего не было — Риццоли видела лишь голый линолеумный пол, пожелтевший и потрескавшийся от времени. И только встроенный в стену прилавок намекал на то, что здесь когда-то находился ресторанный зал.

— Мы все помыли и покрасили, — пояснил Куань. — Сделать все так, как было раньше, но по-прежнему никто не покупать. — Он раздраженно покачал головой. — Китайцы слишком суеверны. Они даже внутрь заходить не хотеть.

И я бы не стала их винить, подумала Джейн, когда ее кожи коснулся легкий холодок. Насилие оставляет следы, сверхъестественные пятна, которые невозможно смыть мылом или уничтожить отбеливателем. В таком замкнутом сообществе, как китайский квартал, все наверняка помнят о том, что произошло в этом здании. И каждый вздрагивает, проходя по улице Наппа. Даже если этот дом снести и выстроить на его месте новый, в умах тех, кто помнит жуткое прошлое здания, обагренный кровью кусок земли под ним навсегда останется прибежищем духов. Джейн опустила взгляд на линолеум — на тот самый пол, куда пролилась кровь. Пусть стены были заново окрашены, а следы от пуль заштукатурены, в углах и на стыках пола по-прежнему остались химические следы крови. Вдруг у нее в голове всплыла фотография с места преступления, которую она совсем недавно разглядывала. Риццоли вспомнила тело, лежавшее посреди разбросанных коробок для еды на вынос.

«На этом самом месте умер Джоуи Гилмор», — поняла она.

Джейн поглядела на кассовый прилавок, и другая фотография с места происшествия будто бы наложилась на участок пола позади него — тело Джеймса Фана, одетое в опрятный жилет и черные брюки; очки официанта сдвинулись набок. Он словно забился в угол позади кассового аппарата, а рядом лежали долларовые купюры.

Риццоли обернулась и вгляделась в то место, где когда-то находился столик на четверых. Она представила себе, как за ним сидят Дина и Артур Мэллори и попивают чай, пытаясь согреться после вечерней прогулки по мартовской прохладе. Внезапно этот образ исчез, сменившись фотографиями, которые спустя несколько часов сделала полиция. По-прежнему сидевший на стуле Артур Мэллори рухнул вперед, на чашки и разлитый чай. Всего в метре от него, уткнувшись лицом в пол, лежала Дина; рядом валялся перевернутый стул, который она сбила, пытаясь убежать. Стоя в этом пустом помещении, Джейн слышала эхо выстрелов и звон бьющегося фарфора.