Точка кипения - Али Найт

Даже не знаю, куда мне идти. Я вне себя от того, что произошло. Когда я спряталась под столом в офисе, я подумала: кто же преследует меня? Как оказалось, это не какой-то преступник, лица которого я не знаю, а мой собственный муж. Я бреду уже полчаса, не понимая, где нахожусь. «Позвонил мужчина, и звонок поступил до того…» От этих слов у меня перехватывает дыхание. Неужели Пол позвонил в полицию? Неужели он знал, что я буду продолжать искать зацепки? Неужели это он навел их на меня? Я слишком устала от этих мыслей и не могу идти, поэтому, когда мимо проезжает такси, взмахиваю рукой.

— Куда, красавица?

Пальцы водителя нетерпеливо барабанят по рулю, потому что ответа все нет. Наконец я называю ему адрес Джесси, так как даже мысль о возвращении домой просто невыносима. Двадцать минут спустя я выхожу возле ворот шашлычной и звоню в ее дверь. Мимо проносится грузовик, и я протираю глаза от пыли. Джесси сложно назвать жаворонком, и это проверка, насколько крепко она спит. Надеюсь, что не очень. Через пять минут дверь наконец открывается, и я вижу, как Джесси от удивления меняется в лице.

— Кейт, что ты здесь делаешь? У тебя все нормально?

Она открывает дверь пошире. Непослушные волосы торчат в разные стороны, но зато на ней яркое, красивое кимоно. И выглядит она сонной, но радостной.

Снизу к ее комнатам наверху ведет длинная лестница, но, вместо того чтобы подняться, она опирается о дверной проем, преграждая мне путь.

— Я могу войти?

Она медлит несколько секунд.

— Конечно.

Я поднимаюсь за ней в кухню и вижу на столе пустую бутылку из-под вина и два стакана.

— Ой, я не вовремя? У тебя кто-то есть?

Я оглядываюсь, только сейчас осознавая ее нежелание меня впускать.

— Кейт, у тебя все хорошо?

Раздается какой-то истеричный смех, и она странно смотрит на меня, а я подношу руку ко рту. Джесси явно смущена. Ее глаза то и дело возвращаются к дверям спальни.

— Там кто-то есть! Это…

Я поворачиваюсь к закрытой двери и чувствую, как Джесси прикасается к моей руке.

— Кейт, пожалуйста…

Ее теплая ладонь лежит на моем локте с каким-то сочувствующим намеком. Новый ночной наряд, картина, что висит на стене в ее коридоре, она такая же, как возле монитора Пола… Я резко толкаю дверь, и кто-то накрывается с головой одеялом. За эти дни я просто погрязла в уловках и загадках. Я хватаюсь за одеяло и стягиваю его, словно срываю пелену, которая отделяет меня от правды. И лицом к лицу сталкиваюсь с незнакомым лысым голым мужчиной. Тот факт, что это не Пол, ничуть не уменьшает моей злости.

— Вам стоило бы быть со своей женой, — шиплю я.

— Кейт…

Он выглядит таким испуганным, словно его застукала собственная жена.

— Блин, но ему правда стоит сейчас быть с ней.

— Кейт! — На этот раз голос Джесси звучит гораздо громче и настойчивее. Она оттаскивает меня назад в кухню. — Что ты делаешь?

— А что ты делаешь, мать твою?

Ее бледное лицо становится багровым. Она разъярена, и сильнее, чем я когда-нибудь видела.

— Живу своей жизнью, и если тебе это не нравится, то мне чертовски жаль!

Ее слова приводят меня в чувство. Я начинаю плакать, а она скрещивает руки на груди.

— Прости меня, я не это имела в виду.

Но она лишь внимательно смотрит на меня.

— Можешь простить меня?

Ее молчание говорит «нет» громче, чем любые слова.

— Я подумала, что это Пол!

Джесси набирает полные легкие воздуха, но прежде, чем успевает что-либо сказать, я перебиваю ее:

— Пол завел роман. Или у него был роман.

Я говорю и плачу одновременно, не в состоянии рассказать ей остальное и выложить свои настоящие страхи и подозрения. Но не только этот мужчина в спальне сдерживает меня. Рыдания в доме лучшей подруги… Интересно, способна ли наша дружба сохранить секрет, что я держу в себе? Я не знаю, настолько ли она крепкая. Может быть, рассказав об этой проблеме, я так и не почувствую облегчения.

Джесси вздыхает:

— И ты прости.

— Ты не понимаешь…

— Ты имеешь в виду, я не могу понять?

— Нет, я не это имею в виду.

— Именно это.

Враждебность вернулась, мы двигаемся в неправильном направлении.

— Я забралась в его офис, чтобы найти доказательства этого. Меня арестовали, и я провела эту ночь в тюрьме.

У меня снова начинается истеричный смех.

Матери, которых я знаю, будут ошарашены и вытаращат глаза от таких невероятных новостей, но темп жизни Джесси таков, что она считает это обычным делом.

— Ты любишь его?

Мои всхлипывания прекращаются, и я пристально смотрю на нее.

Люблю ли я? Могу ли я любить мужчину, который убил кого-то? Должна ли я? Разве любовь не безусловна? Я открываю рот, чтобы ответить, но не знаю, что сказать.

— Кажется, ты сомневаешься. — Пауза. — Если ты любишь его, борись. Если нет, уходи.

— Уходи?! — Я качаю головой. — Все гораздо сложнее.

— Вовсе нет.

Открывшаяся дверь спальни прерывает ее речь. Высовывается мистер Женатик, завернутый в старый халат Джесси.

— Адам, это Кейт.

Он робко кивает.

— Муж Кейт завел интрижку, — добавляет Джесси, объясняя, почему я здесь в такое странное время и в таком состоянии.

В эту секунду я безоговорочно ее люблю. Адам смотрит в пол, словно надеется, что там чудесным образом появится дыра, в которую он сможет провалиться. Джесси так и не поняла, что мое появление здесь сильно напоминает сцену, которую однажды закатит ему его собственная жена.

— А знаешь, Кейт, может быть, это и хорошо.

— Да как это вообще…

— Это делает Пола человеком. Он не идеален, и у него есть те же недостатки, что и у всех нас. Не пойми меня превратно, но ты сама вознесла Пола на пьедестал. И как он ни пытался, но просто не смог постоянно стоять там по стойке смирно и в конце концов упал.

Адам протягивает мне платок. Маленький добрый жест, за который я ему очень благодарна.

— Ты даже не удивляешься этому.

Я сморкаюсь и одновременно вижу, как Джесси пожимает плечами. Я замираю.

— Что?

Она откидывается назад и смотрит на меня.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Она снова колеблется, на этот раз на секунду дольше.

— Я…

— Рассказывай!

— Да нечего рассказывать.