Формула счастья - рецепт беды - Борис Бабкин

– Погоди, – начал худой немолодой мужчина, – хреновина какая-то получается. В Москве создали наркотик, а мы ничего о нем не знаем, в то время как мусульмане тут как тут, вовсю охотятся за новым зельем. Уже есть несколько трупов. Это как-то связано с охранным агентством Марковского. Найдите мне подробную информацию об этом.

– Конечно, Иван Иванович, – сказал один из троих стоящих у двери крепких молодых мужчин, – мы постараемся все выяснить, и немедленно…

– Слышишь, Аннушка? – раздраженно проговорил худой. – Они постараются. Уже есть трупы, а они только глаза раскрыли. Вы понимаете, что происходит? В столице изобретают наркотик, а мы возимся с караванами из Афгана и платим бабки. А сколько теряем при доставке! У нас в Москве кто-то делает прекрасный наркотик, и я узнаю об этом от своего друга из США. Каково? Да вас убить мало.

– Я тебе давно говорила, Ванечка, – раздался из соседней комнаты женский голос, – что надо периодически менять команду. Что они у тебя в последнее время делали, чтоб их было нельзя заменить?

– А я так и сделаю. На кой хрен мне такие братки, мать их. Я же не раз говорил: докладывать обо всем, что происходит в столице. И так они уже пролезли на мою территорию. Скоро появится сильный, пока неизвестный наркотик, а я ни сном ни духом. Мне америкашка так насмешливо говорит: «Иван, ты в курсе, что в Москве война идет из-за какого-то гения? Новый наркотик изобрел парнишка». А что я скажу? Что я ни хрена об этом не слышал?

– Да они просто питаются за твой счет, все эти накачанные придурки. – В комнату вошла миловидная женщина. – Сейчас силы уже не надо, все можно решить цивилизованно. Я сегодня же вылетаю в Москву, и завтра ты будешь знать все.

– И в натуре, на кой хрен мне нужна ватага, если такая баба имеется. Я позвоню Трясине, он тебя встретит.

– Не стоит, – возразила женщина. – Почему же он тебе ничего не сказал о новом наркотике? Если не знает, то грош ему цена. А если знает и молчит, с ним вообще разобраться надо. Я никогда не доверяла Трясине.

– И зря, – насмешливо проговорил вошедший в комнату невысокий худощавый мужчина. – Что толку напрасно трезвонить, если слышал только базарок – есть умелец, который сделал классную наркоту из наших отечественных трав и еще какой-то хрени. Об этом всегда базары гуляли, ты, Колун, в курсе. Я перетер кое с кем из головастых, но меня на смех подняли. А потом случайно встретил одного чувака, он тоже про эту хренотень чешет. Я надавил на него чуток, и Рубанок расклад дал, что встретил одного кореша. Тот в запой ушел, братана у него замочили на хате у каких-то чоповцев. Из фирмы Яшкиной. Ты его помнишь? Оказывается, он парнишку, который изобрел новую дурь, курканул где-то. В общем, эта хренотень есть. Фраерка этого изобретательного шарят. И ментовня пока не в курсе.

– Вот это дела, – пробормотал Колун. – А мы и знать не знаем. Ништяк мне кентяра из Вашингтона звякнул. Во, блин, значит, в Москве у нас черножопые блатуют.

– Они, так кентяра шепнул, ищут того изобретателя. И братан кента работал на кого-то из этих. Он из кодлы Кольки Капитана, тот любил мусором прикинуться. А может, и впрямь в ментах ходил.

– Все, – кивнул Колун, – надо выходить на Яшку и фраерка того подпрячь к работе. Если действительно такая хреновина есть. Прикинь, Аннушка, – он хлопнул женщину по упругим ягодицам, – это ж какие бабки мы иметь будем. Так ты, Трясина, нам подсобишь в столице с чернозадыми разобраться? Мало их, блин, скинхеды мочат. Вообще приборзела чернота, изо всех дыр лезут как тараканы.

– Я слышал, – кивнул Гродницкий, – и хотел бы знать, насколько эта информация правдива. Кто и как близко подошел к адресу этого умельца?

– Я знаю, что поиск ведет Эдик Суров, – ответил высокий молодой мужчина. – На кого он работает, неизвестно. Но он в последнее время весьма существенно поправил свои дела. Так что можно предположить, что…

– Уточни, каким образом он поправил свои дела, – перебил Гродницкий. – И не мешает узнать, на кого он работает. Но это надо сделать, не привлекая внимания. А я решу, будем мы заниматься этим или нет. О подобном мечтают многие, но, к сожалению, это только игра воображения. И выдавать, пусть прекрасные, фантазии за действительность непозволительно. Нужны доказательства, а уж потом решение принимать. Но следует поторопиться. Я хочу знать все, что знает хозяин этого Сурова. Но это надо сделать так, чтоб не спугнуть его.

– Я все понял, Дмитрий Андреевич, сделаю.

– Да, – вздохнул Гродницкий, – если бы подобное было правдой, никаких денег и сил не пожалел бы. Это, считай, весь мир в твоих руках. Я жду подробного отчета послезавтра. А теперь вернемся к делам насущным. Сколько мы потеряли за последние два месяца?

– Много. Почти…

– Объясни мне, пожалуйста, Доллар, почему так происходит? У нас что, шпионы имеются? Я подсчитал потери – получилось, что за два месяца я заработал всего пять тысяч долларов. Да я с магазинов больше имею. И знаешь, что я решил? Не платить вам больше. Пусть хоть это как-то сократит убытки. Отправляйся в Москву и все узнай. Послезавтра жду с подробным докладом. Иди. – Доллар вышел. – Странно. Ни ФСБ, ни МВД, ни даже Управление по борьбе с наркотиками ничего не знают. Как бы хотелось, чтобы это была не сказка.