Ложная память - Дин Кунц

Хотя кожа на руках Скита и получила довольно сильный ожог, она уже не была такой красной, как несколько минут назад. Том Вонг намазал ему руки кортизоновым кремом.

Видя жутковатую отрешенность, в которой пребывал Скит, и его упорное нежелание отвечать на вопросы, Том взял у него кровь для проверки на наркотики. Хотя сразу же по приезде в «Новую жизнь» Скит был раздет догола и его одежду и тело тщательно осмотрели на предмет спрятанных психотропных препаратов, но ничего не нашли.

— Это могла быть замедленная вторичная реакция на то, чем он накачался этим утром, — предположил Том, выходя со взятой пробой крови.

На протяжении нескольких последних лет Скит, периодически впадая в наркотическую зависимость, продемонстрировал больше странностей, чем Дональд Дак в мультфильмах, но Дасти никогда прежде не видел ничего подобного этому полукататоническому оцепенению.

Валету дома не дозволялось никаких вольностей в пользовании мебелью, но сейчас он, казалось, был настолько обеспокоен состоянием Скита, что забыл о приличиях и свернулся в кресле. Дасти, полностью разделяя тревогу ретривера, не стал сгонять Валета с запретного места. Сам он сидел на краю кровати, рядом с братом.

Скит теперь лежал, вытянувшись, на спине; его голова покоилась на стопке из трех подушек. Он глядел в потолок. В свете ночника его лицо было таким же спокойным, как у медитирующего йога.

У Дасти ни на минуту не выходила из головы та одержимость, с которой брат царапал в блокноте незнакомое имя.

— Доктор Ен Ло, — негромко пробормотал он.

Все так же пребывая вне окружающего мира, Скит заговорил впервые с тех пор, как Дасти упомянул это имя, когда он находился в ванной.

— Я слушаю, — сказал он точно так же, как и в тот раз.

— Что ты слушаешь?

— Что я слушаю?

— Что ты делаешь?

— Что я делаю? — опять переспросил Скит.

— Я спросил у тебя, что ты слушаешь.

— Тебя.

— Ладно. Тогда скажи мне, кто такой доктор Ен Ло.

— Ты.

— Я. Но ведь я же твой брат, ты помнишь?

— Ты хочешь, чтобы я это помнил?

— Ладно, но ведь это правда, не так ли? — нахмурившись, продолжал Дасти.

Лицо Скита было все таким же застывшим и невыразительным.

— А это правда? Я в растерянности.

— Я тоже.

— А что с тобой случилось? — с неподдельной серьезностью спросил Скит.

— Скит?

— Угу?

Дасти посидел в раздумье, пытаясь понять, насколько далеко от действительности мог пребывать парень.

— Ты знаешь, где находишься?

— А где я нахожусь?

— Значит, не знаешь?

— А я должен знать?

— Ты можешь посмотреть вокруг?

— А я могу?

— Это что, аттракцион Эббота и Костелло?

— Вот это?

— Оглянись вокруг, — попросил расстроенный Дасти.

Скит сразу же оторвал голову от подушек и осмотрел комнату.

— Я уверен, что ты знаешь, где находишься, — сказал Дасти.

— В клинике «Новая жизнь».

Скит вновь опустил голову на подушки. Его глаза опять уставились в потолок, и через несколько секунд в них появилось какое-то новое странное выражение.

Не доверяя своим глазам, Дасти наклонился к брату, чтобы получше рассмотреть его лицо. В слабом искусственном освещении правый глаз Скита был золотым, а левый — темнее, цвета густого меда, и от этого возникало неприятное ощущение, будто из одного и того же черепа смотрели два разных лица.

Однако вовсе не этот фокус освещения привлек внимание Дасти. Ему пришлось подождать с минуту, не меньше, прежде чем он снова увидел то, что показалось ему странным: глазные яблоки Скита быстро задвигались в орбитах, это продолжалось несколько секунд, а потом взгляд снова стал неподвижным.

— Да, клиника «Новая жизнь», — с запозданием подтвердил Дасти. — А ты знаешь, для чего ты здесь?

— Чтобы очистить организм от яда.

— Верно. Но ты принимал что-нибудь после того, как тебя осмотрели? Ты каким-то образом протащил сюда наркотики?

Скит вздохнул.

— Что ты хочешь от меня услышать?

Его глаза задвигались. Дасти считал про себя секунды. Пять. Потом Скит моргнул, и его взгляд вновь остановился.

— Что ты хочешь от меня услышать? — повторил он.

— Просто-напросто скажи правду, — подбодрил его Дасти. — Скажи мне: ты принимал здесь наркотики?

— Нет.

— Тогда что с тобой происходит?

— А ты хочешь, чтобы со мною что-то происходило?

— Черт побери, Скит!

Скит чуть заметно хмурил брови.

— Все должно быть не так.

— Что — все — должно быть не так?

— Это. — Уголки рта капризно перекосились. — Ты нарушаешь правила.

— Какие правила?

Скит чуть напряг свои худые руки; пальцы согнулись и сложились в какое-то подобие кулаков. Его глаза снова задвигались; на сей раз не только из стороны в сторону, но и круговыми движениями. Семь секунд.

БС — Быстрый сон, он же парадоксальный сон. По утверждениям психологов, такие движения закрытых глаз указывают на то, что спящий видит сны.

Глаза Скита не были закрыты, и он, хотя и пребывал в каком-то странном нездоровом состоянии, все же не спал.

— Помоги мне, Скит, — попросил Дасти, — я слегка запутался. О каких правилах мы говорим? Скажи мне, что в этих правилах говорится.

Скит ответил не сразу. Хмурая морщинка между его бровями постепенно таяла. Кожа на лице становилась гладкой и прозрачной, как рафинированное масло, пока не стало казаться, что сквозь нее просвечивают белые кости черепа. А взгляд все так же упирался в потолок.

Глаза опять задвигались, а когда БС закончился, он наконец заговорил. В голосе не чувствовалось того напряжения, что было несколько минут назад, он звучал уже не так монотонно.

— Легкий порыв, — прошептал Скит.

Эти два слова могли иметь определенный смысл, а могли оказаться выхваченными наугад из глубин памяти, как шарики из лотерейного барабана.

— Легкий порыв… — повторил Дасти. Брат не ответил, и он снова обратился прямо к нему: — Мне нужна еще помощь, Малыш.

— И волны разносят, — прошептал Скит.

Дасти обернулся, услышав за спиной легкий шум.

Валет вылез из кресла. Пес высунулся из спальни в маленькую прихожую, а за дверью обернулся и застыл там, пристально вглядываясь в помещение. Его уши были прижаты к голове, а хвост запрятан между ног, будто он чего-то напугался.