Перерождение - Джастин Кронин

Досидев на кухне монастыря до половины одиннадцатого, сестра Арнетт приняла решение. Только что сказать? С чего начать? С Эми? Девочка появилась, когда Лейси была в монастыре одна, что случалось нередко. Сколько раз Арнетт пыталась вытащить ее «в люди»: на склад, на прогулку, в магазин — куда угодно… Лейси вечно отказывалась, делая отрешенное лицо: «Спасибо, сестра, но лучше в другой раз». Три, четыре года подобных отговорок, и вот из ниоткуда появилась Эми, которую Лейси якобы знала. Если звонить в полицию, начать придется с самого начала, то есть с детства Лейси и трагедии на поле.

Арнетт взяла трубку.

— Сестра Арнетт!

Арнетт обернулась: сестра Клэр! Та самая Клэр, которая явилась на кухню в футболке и спортивных брюках, хотя должна была давно переодеться; та самая Клэр, которая продавала недвижимость, которая не только успела побывать замужем, но и развелась, которая до сих пор хранила в шкафу черное платье для коктейлей и туфли на высоком каблуке. Сейчас все эти проблемы отодвинулись на второй план, а мысли сестры Арнетт были о другом.

— Сестра Арнетт, — встревоженно начала Клэр, — на подъездной аллее машина.

Настоятельница положила трубку на базу.

— Какая еще машина?

— Кажется… — Клэр замялась. — Кажется, это полиция.

Сестра Арнетт подошла к двери в тот самый миг, когда непрошеные гости нажали кнопку звонка. Она отодвинула занавеску на торцевом окне и выглянула на улицу. На залитых солнцем ступеньках крыльца стояли двое мужчин: один чуть за двадцать, второй постарше, но, по меркам Арнетт, все равно молодой. В темных костюмах и галстуках, оба напоминали распорядителей похорон. Явно представители закона, но не полиция, а кто-то серьезнее и официальнее. Старший заметил Арнетт, дружелюбно улыбнулся, но не сказал ни слова. «Симпатичный, хотя, в принципе, ничего особенного», — машинально отметила монахиня, оценивая правильные черты лица и ладно скроенную фигуру гостя. На висках уже появилась седина, сейчас блестевшая от капелек пота.

— Так мы откроем? — спросила сестра Клэр. Рядом с ней стояла сестра Луиза, которая спустилась вниз, услышав звонок.

Арнетт сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Да, разумеется! — Дверь она открыла, а сетчатый экран оставила запертым на защелку. Незваные гости приблизились.

— Что вам угодно, господа?

Старший достал из нагрудного кармана небольшой бумажник, раскрыл, и Арнетт увидела крупные буквы: «ФБР».

— Мэм, я специальный агент Уолгаст, а это специальный агент Дойл… — Бумажник тут же исчез в недрах кармана. Арнетт заметила на подбородке агента царапину: вероятно, при бритье порезался. — Простите, что беспокоим вас субботним утром…

— Это из-за Эми! — выпалила Арнетт, сама не зная почему. Просто вырвалось, или каким-то образом вырвали специальные агенты. Они молчали, а монахиня не унималась: — Так ведь? Так ведь? Это из-за Эми?

Старший из агентов ободряюще улыбнулся сестре Луизе, которая стояла чуть в стороне, потом переключил внимание на Арнетт.

— Да, мэм, из-за Эми. Вы позволите войти? Хотелось бы задать вам и другим сестрам пару вопросов.

Так они и попали в гостиную монастыря сестер милосердия, двое крупных мужчин в темных костюмах, терпко пахнущие потом. От их присутствия гостиная точно съежилась, и стало тесно. Единственными мужчинами, регулярно переступающими порог монастыря, были ремонтные рабочие и отец Фаган из местного прихода.

— Извините, но не могли бы вы еще раз назвать ваши имена? — попросила Арнетт.

— Разумеется. — Старший снова одарил монахинь уверенной, обворожительно-вкрадчивой улыбкой. Младший до сих пор не сказал ни слова. — Я агент Уолгаст, это агент Дойл… — Он огляделся по сторонам. — Эми здесь?

— Зачем она вам? — вмешалась сестра Клэр.

— Боюсь, сестры, всего я сообщить не могу. Вам следует знать одно: Эми — свидетель судебного разбирательства, которое проводит ФБР. Нас прислали, чтобы обеспечить ее безопасность.

Свидетель судебного разбирательства… Грудь сестры Арнетт судорожно сжалась: все оказалось куда хуже, чем она представляла. Эми — свидетель судебного разбирательства! Такие выражения она слышала по телевизору в детективных сериалах, которые не любила, но порой смотрела за компанию с другими сестрами.

— Что натворила Лейси?

— Лейси? — Уолгаст заинтересованно изогнул брови.

Арнетт не сомневалась: агент притворяется, что понимает, о ком речь, надеясь разговорить ее и вытянуть информацию. Она ему только что подыграла — назвала имя Лейси, которое прежде не упоминалось. Арнетт спиной чувствовала неодобрительные взгляды и многозначительное молчание сестер.

— Сестра Лейси, — с преувеличенным спокойствием пояснила Арнетт. — Она заявила, что мать Эми — ее подруга.

— Ах, вот как… — Уолгаст взглянул на молодого коллегу. — Пожалуй, с ней нам тоже стоит поговорить.

— Нам грозит опасность? — не выдержала сестра Луиза.

Арнетт обернулась и обожгла ее свирепым взглядом: молчи, мол.

— Сестра, понимаю, вы хотите как лучше, но, пожалуйста, позвольте мне самой уладить ситуацию!

— Не волнуйтесь, вы вне опасности, — терпеливо объяснил агент Уолгаст, — однако нам необходимо поговорить с сестрой Лейси. Она сейчас в монастыре?

— Нет! — Сестра Клэр вызывающе скрестила руки на груди. — Они с Эми ушли примерно час назад.

— Не знаете, куда они отправились?

Воцарилась тишина, которую нарушил телефонный звонок.

— Прошу меня извинить! — ухватилась за спасительную соломинку Арнетт и чуть ли не бегом бросилась на кухню. Сердце бешено стучало, но монахиня радовалась возникшей паузе, потому что получила время на размышление. Подняв трубку, она услышала совершенно незнакомый голос.

— Это монастырь? Извините за беспокойство, но у нас тут ваши… хм, ваши подопечные.

— Кто это?

— Простите! — Мужчина торопился и частил. — Я Джо Мерфи, начальник охраны мемфисского зоопарка.

В трубке послышался шум. «Откройте ворота! Да, да, сейчас же!» — велел кому-то начальник охраны, а потом обратился к Арнетт:

— Знаете монахиню, которая привела к нам в зоопарк маленькую девочку? Молодая женщина, чернокожая, на голове покрывало…

Жужжащая невесомость роем диких пчел заполнила сознание сестры Арнетт: этим утром, погожим мартовским утром, случилось нечто ужасное. Дверь в кухню распахнулась — вошли агенты ФБР, а за ними сестры Клэр и Луиза. Все четверо смотрели на Арнетт.

— Да, знаю. — Арнетт говорила вполголоса, но особого смысла это уже не имело. — В чем дело? Что стряслось?

На том конце провода воцарилась тишина: начальник охраны прикрыл трубку рукой, но в следующий миг Арнетт услышала детский плач и истерические вопли, фоном которых служили крики, визг и рев животных: обезьян, слонов, львов и неизвестно кого еще. Далеко не сразу монахиня поняла: звуки доносятся не только из трубки, но и в раскрытое окно кухни.