Пояс шахида - Лев Пучков

— Нужна граната.

— Угу… Какая?

— «Эргэдэшка», видимо… Да, «эргэдэшка» пойдет.

— Угу… Нет проблем.

— Еще… Еще «ствол» нужен. На всякий случай. Желательно с глушителем. Желательно не очень дорогой. «Тэтэшник» меня бы устроил. И — пара обойм.

— Магазинов, — машинально поправил Герасим. — Обойма — устройство для совместного размещения патронов в целях быстрого снаряжения оружия. Мы что — это не проходили?

— Да, магазинов, — послушно кивнул Сергей. — Проходили. Пара магазинов.

— Может, наоборот?

— В смысле — «наоборот»?

— Последовательность. Сначала — «ствол» с глушителем, а на всякий случай — граната?

— Да, пожалуй, — кивнул Сергей, подумав самую малость. — Точно — именно в такой последовательности…

— Плохая затея, — насупился Герасим.

— Не понял? — удивленно вскинул брови Сергей. — Проблемы с «железом»? С каких это пор?

— «Железо» как раз не проблема, — Герасим пренебрежительно дернул пустым рукавом. — Мне лично ты не нравишься.

— Вот как? Ну-ка, ну-ка…

— Да ни хрена оно не «ну-ка»! — осерчал Герасим. — Ты иди, крепко подумай, проведи рекогносцировку, составь план, проведи тактико-строевую тренировку «насухую» — потом приходи и спрашивай, чего тебе надо. А то — гранату, а на всякий случай — «ствол». Ха!

— А я ничего пока делать не собираюсь, — спокойно глядя в глаза учителю, сказал Сергей. — Мне эти ингредиенты понадобятся позже, в процессе.

— Мне по барабану, чего ты там будешь делать и когда оно тебе понадобится, — буркнул Герасим, обозначив степень независимости ученика. — Это твои дела. Но запомни — хуже нет иметь дело с типом, который собрался чего-то натворить и до мельчайших подробностей не продумал план. Этот тип — самоубийца, потенциальный труп и подстава для тех, кто с ним связался.

— Тип все продумал, — подмигнул учителю Сергей. — Но у типа — восемь равнозначных вариантов. В каждом присутствует либо «ствол» с глушителем, либо граната, либо обе составляющие сразу. На каком варианте остановиться — пока не определился.

— Ты мне не рассказывай, чего ты там придумал, — на помнил Герасим. — Мне это до пи…ды, дорогой друг. Продумал — молоток. Вообще, на дебила ты не похож, это я сразу понял, как тебя увидел. Ты просто смотри — береги себя. Есть типы, что живут долгую жизнь и творят всякие гадости. А есть — которые ярко сгорают на первом же мероприятии.

— Лекция окончена? — вежливо поинтересовался Сер гей.

— Чего? Да ну тебя в задницу! При чем здесь лекция? — слегка смутился Герасим. — Просто обидно, если спалишься сразу — получится, что я хреновый учитель и зазря потратил полгода.

— Мне кажется, тебе не придется за меня краснеть, — безо всякой позы, простенько пообещал Сергей. — Я не из клана камикадзе. У меня долгосрочный проект.

— Долгосрочный так долгосрочный, — Герасим испытующе глянул на Сергея. — Тут давеча какие-то болваны в Одинцове чеченский гараж спалили… Не слыхал?

— Точно — болваны, — Сергей взгляд выдержал — только плечом шевельнул непроизвольно. — Гараж-то им чем не угодил?

— Глупости это, — осуждающе покачал головой Гера сим. — Ребячество. Спалиться — не фиг делать. А толку — ноль.

— Как знать, как знать… Одного английского поджигателя двадцать лет ловили, — Сергей делано зевнул — ох уж эти англичане, мазер их так! — Жители пяти деревень, которые он терроризировал, долго терпели и боролись, но в конечном итоге переехали в другое место. Представь ситуацию: поймать урода не могут, а горит все регулярно — как по распорядку… В общем, выжил дурак-поджигатель мирных граждан.

— Сам придумал? — заинтересовался Герасим.

— Есть серия — «Преступления века». Там только факты. Если интересно — могу принести… Так что насчет «железа»?

— «Железо»… — как-то по-новому глянув на ученика, пробормотал Герасим. — «Железо»… Хм… Ладно. «Железо» я тебе сделаю — нет проблем. Завтра с утра приезжай. Триста баксов привези.

— Триста — за все?!

— Ага. Своя цена. Для тебя — без наценки…

…При разработке идеологической части программы самым здоровенным и на первый взгляд непреодолимым камнем преткновения была проблема разделения кавказцев по категориям, или основным характеризующим признакам.

Армяне, грузины и осетины — тоже кавказцы, даже если они москвичи в третьем поколении. Между тем в числе лучших друзей семьи, сколько помнит Сергей, всегда числились господа Валиевы, Дзарасовы, Чуниашвили, Кохадзе и Чантурия. А товарищ Назарян — коммерческий директор фирмы «Ира», из-за которой, собственно, и получился весь ералаш, был лучше родного брата и сделал для семьи больше, чем все, вместе взятые, кровные родственники.

В связи с этим возникал мучительный вопрос: как в ходе партизанской войны поступать с вышеперечисленными нациями, к которым относятся все эти хорошие товарищи?

«А! — прозрел было Сергей. — Это же все — христиане. Братья по вере. А мочить надо мусульман — иноверцев. Нет проблем!»

И тут же вспомнил татарина Радика Нигматулина — школьного друга, кабардинца Руслана Джугова и аварца Диму Магомедова — товарищей по клубу единоборств. Родители — потомственная интеллигенция, сами мальчишки — правильнее некуда, хоть сейчас в витрину, как эталон в назидание не просыхающим от пива тупоголовым тинейджерам славянских корней. Их теперь что — тоже под зачистку?