Убийство со взломом - Колин Харрисон

– Ну и что? – с вызовом бросил Джонс.

– Я, конечно, не уверен, – сказал Питер, непонятно почему пойдя на попятную, возможно, потому, что детектив занял оборонительную позицию. Времени опровергать версию полицейских, выдвигая вместо нее что-то другое, и тем самым портить с ними отношения, у него не было. – Но думаю, что преступник выжидал, зная, что Уитлок должен вернуться.

– Верно, – сказал Вестербек.

– Что, конечно, не объясняет, почему оба убийства он совершил по-разному.

Ответом ему было глухое молчание.

– Человек, имеющий пистолет, – продолжал Питер многозначительным, несмотря на свои попытки быть дипломатичным, тоном, – обязательно воспользуется им, предпочтя его другим равноценным способам убийства. Ну а человек, не имеющий пистолета, воспользуется тем, что у него под рукой. Что скажете на это, Вестербек?

– Он убил ее в драке, не думая, что будет услышан, потом дождался возвращения парня. Застрелил его из пистолета и ушел. По-моему, все просто.

Вот она, простота. Для него, Питера, это было особое слово. Важнейшее понятие для квакеров, ценность которого Питеру постоянно внушали в детстве. Веди жизнь простую и мирную, старайся приносить пользу людям. Как же мало тех, кто следует этим заветам. Питер рассеянно взглянул в лицо девушке. У него возникло смутное желание склониться к ней и поцеловать ее в щеку неясным благоговейным поцелуем, как бы благословляя почившую от лица живых. Он испугался, не есть ли это признак наступающего безумия, подумал, что такое вполне возможно, и постарался сосредоточиться на обстоятельствах дела. Соседка, как сказал Джонс, услышала крики девушки и вызвала полицию. Девушка умерла за час до того, как был застрелен Уитлок, а когда в квартиру ворвались полицейские, Уитлок был мертв. Следовательно, выстрелы раздались уже после вызова полиции. А соседка, как только что сказал Вестербек, слышала выстрелы до того, как вызвала полицию. В докладе наблюдается логическая неувязка – услышать выстрелы и вызвать полицию соседка не могла, если только до приезда полиции она не звонила дважды. Тогда становится понятным, почему соседка настаивала на том, чтобы взломать дверь. Строго говоря, полиция и не стала бы этого делать ради чего-то менее существенного; встревать в домашние распри они терпеть не могут, предпочитая, чтобы такого рода конфликты разрешались сами собой. Но что было очевидно и о чем полицейские проболтались, сами того не ведая, было то, что прибыли они на место спустя час после звонка – немыслимая, дикая медлительность, и за это время племянник мэра и получил свое. Интересно, поняли ли это детективы?

– Вы сказали, что соседка, звоня в полицию, уже слышала выстрелы? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Да, именно так.

– Значит, это был второй звонок.

– Почему это? – удивился Вестербек.

И Питер не удержался.

– Вообще-то, ребята, это скорее по вашей части, чем по моей. Но ладно уж, послушайте. Вот вам последовательность событий. Первое: раздаются крики девушки, соседка их слышит и, как результат, звонит в полицию. Когда полиция наконец-то после второго звонка появляется, девушка, которая кричала, уже целый час как мертва, что явствует из окоченения, а парень застрелен за несколько минут до этого. Девушка умерла после звонка, но до того, как раздались выстрелы; потом слышатся выстрелы, соседка звонит в полицию вторично, и полицейские прибывают.

Полицейские молчали, видимо рассердившись.

– Где сейчас соседка, что видела парня? – спросил Питер.

– Как я и сказал, в участке на углу Восьмой и Рейс. Она его опознала, о чем сделала официальное заявление.

Если гибель племянника мэра может быть связана еще и с нерасторопностью полиции, дело приобретает дурной оборот. Но на окончательные выводы Питер не решился бы. Дежурный на номере 911 переадресовывает звонки диспетчеру, в то время как компьютер сортирует звонки, относя их по степени важности к различным категориям от нуля до шести. На звонки категорий пять и шесть полиция обычно не реагирует, а в бедных районах города полицейские частенько не отзываются и на звонки категорий три и четыре, сигнализирующие об уличных драках, из опасений самим быть раненными или пострадать каким-нибудь иным образом.

И, словно прочтя мысли Питера и желая как-то дискредитировать прокурора, Джонс тихонько пробормотал:

– Берджер, наверное, не совсем в порядке, да? Поэтому не приехал?

– Берджер в Гаррисберге. Вернется в город к обеду. И не приехал он поэтому.

Питер осмотрел закатившиеся глаза девушки, потрогал ее виски, скулы, подбородок. Потом оглядел комнату:

– Ну а вы что считаете, как это было?

– По-моему, преступник вылез через окно на пожарную лестницу, а оттуда, поднявшись, перемахнул на соседнюю крышу.

– Откуда такие подробности? – возразил Питер. – К тому же это никак не объясняет, зачем Уитлоку понадобилось раздеваться в холодной кухне. Если только преступник, когда влез, закрыл окно, а потом опять открыл, уже перед уходом.

– Ну да.

– Возможно. Тогда, значит, преступник вообще забрался через окно, что может быть предположением и ошибочным. Пусть кто-нибудь починит входную дверь и заодно посмотрит устройство замка. Как он закрывался и открывался – ключом снаружи или кредитной карточкой, сунутой в щель.

– Правильно. – Джонс записал это себе, чтобы не забыть. – А теперь вам надо осмотреть тело, да и мне хватит отлынивать.

Он протянул руку и стянул простыни. Девушка была худенькая, голая. Кроме слипшихся от крови волос там, где была рана, тело не пострадало и сейчас лежало нетронутое, гибкое, благостно тихое. Руки свесились по бокам, словно она спала, покорно отдаваясь на волю осматривающих ее, как, впрочем, оно и было. Питер провел ногтем по животу девушки, отметив отсутствие подкожного жира и крепкую мускулатуру. Груди у нее были маленькие, с тугими сосками. Даже не видя, он мог предположить, что зад у нее изящный и соблазнительный. И, подумав об этом, он почувствовал себя свиньей.

Осторожно, одним пальцем, он приоткрыл ей рот и, наклонившись, осмотрел зубы. Они были безукоризненны.

– Следы насилия имеются? – спросил он.

– Никаких, но точный ответ даст лаборатория. Думаю, она гимнастикой занималась – такая стройная, – сказал детектив.

– Считаете, что стройные все, кто занимается гимнастикой? – возразил Питер. – Девушка – исключение. Впрочем, выясните, не посещала ли она какой-нибудь спортивный клуб, танцевальный класс или что-нибудь такое.

Питер вгляделся в лицо девушки. Землистая бледность – следствие оттока крови – уже начала расползаться по лицу, но первоначальный цвет ее кожа сохранила; кожа была превосходной, как это часто можно наблюдать у негритянок, даже и пятидесятилетних, белые женщины, даже и на двадцать лет моложе, явно уступают им в этом. Он накрыл тело и впервые тщательно осмотрел комнату. Обычная одежда старшеклассника, на полках учебники по биологии, химии и анатомии, видео, а рядом множество дрянных дисков с записями рок-певцов. Рядом аккуратно подписанные тетради и полароидные снимки какой-то губчатой ткани, возможно снятой через микроскоп. В шкафу джинсы «джорданс», несколько пар легких туфель от Бикса и Гуччи. Это Америка. Даже те, кому это не по карману, стараются покупать вещи на уровне. Интересно, откуда для этого находились деньги? Почему девушка забилась в ванную? У парочки вроде бы все было в порядке, карьера обеспечена. Кому понадобилось их убивать? Кто осмелился?