Эпоха крови и пурпурных слез - Эдди Кан

От его слов Мирэ стало холодно и неуютно. Она обхватила себя за плечи и отвернулась, опустив взгляд на ворсистый ковер, где остались брызги крови и осколки стекла.

– Госпожа Мин и репортер Хван погибли не просто так, – продолжил Джин. Каждое его слово будто вгоняло Мирэ все глубже в землю. – Они оба имели непосредственное к тебе отношение. В день нападения жнеца ты в одиночку пошла на парковку. Саджа использовал репортера, чтобы выманить тебя. Кума поступил так же – он убил госпожу Мин и попал к тебе в руки, а после атаковал. – Джин повернулся к Мирэ. – Эти твари убивают людей не из жадности. Они все пытаются добраться до тебя, Мирэ.

В ушах звенело.

«Они все пытаются добраться до тебя…» – в мозгу раз за разом прокручивались эти слова, будто кто-то поставил их на повтор. Теперь Мирэ была не просто озадачена и напугана, она оказалась совершенно выбита из колеи.

– Но почему? – тихо спросила она, подняв глаза на Джина в поисках ответов. Мирэ готова была разрыдаться от отчаяния. – Что я такого сделала? Я ведь не имею никакого отношения к твоему миру! Почему эти твари терроризируют меня, что им нужно?!

Не меняясь в лице, Джин напоминал Мирэ картонную фигурку айдола. Она как фанатка рассматривала его лицо, пытаясь добиться ответа, но тот все молчал. В какой-то момент Мирэ захотелось вскочить с дивана и встряхнуть его за воротник, но собственные ноги показались ватными. Наконец Сонг вернулся с балкона в комнату и остановился напротив Мирэ. Она видела еще не запекшуюся кровь у него на пиджаке, шерсть Мочи на ткани, капельки пота на ключице. Шумно вздохнув, Мирэ опустила глаза в пол.

– Я выясню, – пообещал Джин.

«Конечно, ты выяснишь!», «Ты обязан…», «Будь так любезен», «Это твоя работа! Для этого я и заключила с тобой сделку…» – эти слова роем кружили в голове, но вместо шквала едкости Мирэ молча кивнула. Наверное, со стороны она напоминала перепуганную школьницу, но ей было откровенно все равно, что о ней подумает Джин. Не всякий в состоянии перенести встречу с кумой и остаться в живых. Мирэ имела право на слабость.

– Давайте приберемся, насколько это возможно, – подал голос Сон-Хо. – Я так понимаю, корейский детектив Коломбо[33] еще к нам заглянет.

Оглядевшись вокруг, Мирэ мысленно согласилась с Сон-Хо. Сердце все еще учащенно билось, спать не хотелось совсем, как и оставлять квартиру в таком ужасном состоянии. Она решительно поднялась на ноги.

Несмотря на то, что из-за тремора все валилось из рук, Мирэ поправила плед и подняла с пола подушки. Сон-Хо сходил за совком и принялся собирать веником горки стекол, затем в дело вступил пылесос. Джин подобрал с ковра рог Саджа.

– Почему кума вряд ли вернется? – решила спросить Мирэ, украдкой посмотрев на Сонга с надколотым рогом.

– Кума получил метку жнеца, – Джин опустил рог на поверхность журнального столика. – Не только смертные опасаются Чосын Саджа. – Его голос дал понять достаточно: кума побоится вернуться. Выходит, даже монстры не лишены банального чувства самосохранения. Мирэ тряхнула головой.

Как следует прибраться все равно не удалось: многие поверхности были поцарапаны или сломаны, стекло запуталось в ворсинках ковра, кровь Джина въелась в обивку дивана. Мирэ готова была завыть от мысли, сколько придется потратить на клининг и новый гарнитур, однако на выручку пришел Сонг, сверкнув черной картой.

– Если не могу использовать силу, пущу в ход эту пластинку, – объяснил Джин, после чего запихнул карту в карман домашних штанов, которые ему всучил Сон-Хо. Благо на этот раз обошлось без рисунка с ламами.

Мирэ успела принять душ и смыть с себя чужую кровь и стекольную пыль. Ее волосы все еще были влажными, когда в дверь постучали. Вот и Чон Сонмин. Выскочив из ванной комнаты, она пересеклась взглядами с Сон-Хо и Джином, мысленно скрещивая пальцы. Им нужно было только отвадить детектива, и этот бесконечный день можно будет считать завершенным, а завтра предстоял визит к Ли Хану.

Не дожидаясь, пока дверь выломают во второй раз, Мирэ открыла ее и впустила детектива в квартиру. Выглядел Сонмин потрепано: на куртке рваные дыры, туго зачесанный хвост небрежно растрепался и рассыпался взлохмаченными прядками по лбу, на щеке красовалась ссадина. Пришел черед Мирэ удивляться.

– Господин Чон… – начала она, но тот вскинул ладонь, молча прося не продолжать. Мирэ прикусила язык, отступая в сторону, чтобы пропустить детектива.

Шагнув в дом, Сонмин окинул помещение цепким взглядом и засмотрелся на диван, покрытый пледом. Мирэ сжала кулаки. Накидкой они прикрыли кровавый след на спинке сиденья, чтобы у детектива не возникло вопросов, однако он и без них прошел в гостиную и подцепил нижний край пледа. Конечно, Сонмин не мог не заметить, что во время первого его визита спинка дивана была без накидки!

– Что вас так потрепало, детектив? – в попытках отвлечь его Сон-Хо окликнул Сонмина и присел на подлокотник дивана, как ни в чем не бывало хрустя чипсами. Жаль, отвлекающий маневр не удался, и детектив спокойно откинул плед в сторону, открыв кровавый след. Кровь впиталась в ткань и напоминала абстракцию багряно-черного цвета. Сон-Хо тихо шикнул и потупил глаза.

– Вам не обо мне нужно беспокоиться, – неторопливо протянул Сонмин, обежав взглядом всех троих. Мирэ затаила дыхание. Детектив Чон в чем-то их заподозрил? Только этого не хватало…

Опустившись на корточки, Сонмин внимательно всмотрелся в поверхность ковра и аккуратно прошелся ладонью по ворсу, как вдруг его рука замерла. Именно в той части остался крошечный островок, по которому Сон-Хо не успел пройтись пылесосом.

Надев перчатки, детектив вытащил из кармана пробирку и удлиненное приспособление, напоминающее ватную палочку. Перехватив инструмент поудобнее, Сонмин поскреб что-то на ковре. Только прищурившись, Мирэ поняла, что он взял на анализ остатки слюней кумы. Проклятье… Если анализ выдаст совпадение образца с тем, что нашли в квартире госпожи Мин, проблем не избежать.

– Так что произошло в действительности? – Встав с корточек, Сонмин убрал пробирку во внутренний карман куртки.

– Не сочтите за наглость, детектив Чон, но в чем нас подозревают? – напрямую спросила Мирэ, понимая, что бессмысленные отговорки его все равно не убедят. Идти напролом она умела, оставалось прощупать выдержку и терпение детектива.

Без косвенных улик Чон все равно не мог ничего им сделать, а причин для переживаний у Мирэ хватало и без него. У нее было в запасе несколько дней, пока криминалисты проведут анализы над образцом из пробирки. К тому времени она успеет договориться с Ли Ханом и