Настоящая ложь - Эмили Локхарт

На банковских и инвестиционных счетах Имми хранилась внушительная сумма – восемь миллионов долларов. Джул запомнила номера счетов и пароли, телефоны банков и адреса электронной почты.

Она научилась подделывать петлеобразную подпись Имоджен с паспорта и внутренних клапанов суперобложек ее книг. Она скопировала почерк из блокнота Имми, заполненного каракулями и списками покупок. Создав электронную подпись, она нашла имя семейного адвоката Имми и сообщила ему, что она (Имми) в ближайшем году собирается много путешествовать по миру. Поэтому хочет составить завещание в пользу своей нуждающейся подруги, Джульетты Уэст Уильямс, тоже сироты, к тому же лишившейся стипендии в колледже. Часть средств она бы хотела передать Лиге защиты животных Северного берега и Национальному фонду почек.

Адвокат сказал, что формальности займут несколько дней, но пообещал все устроить. Никаких проблем. Имоджен Соколофф является совершеннолетней по закону.

Джул изучила стиль письма Имми в электронной переписке и Instagram: особенности построения фраз и выделения абзацев, подпись, слог и любимые словечки. Она закрыла все аккаунты Имми в социальных сетях. Все равно они находились в спящем режиме. Она постаралась удалить как можно больше фотографий Имми. Убедилась в том, что все кредитные карты Имми подключены к системе автоплатежей с ее банковских счетов. С помощью электронной почты Имми она сменила пароли.

Она просматривала местные газеты, но не находила никаких новостей.

Джул купила в супермаркете краску для волос и обесцветила пряди, воспользовавшись зубной щеткой. Она училась улыбаться, не показывая зубов. Морщиться от хронической боли в шее.

Наконец, адвокат прислал по электронной почте образец завещания. Джул распечатала его в бизнес-центре гостиницы. Она сложила документы в чемодан и решила, что ждала достаточно долго. Джул купила билет до Сан-Франциско на имя Имоджен. И выписалась из отеля, рассчитавшись за оба номера.

9

Вторая неделя сентября 2016 года

Кулебра, Пуэрто-Рико

За две с половиной недели до своего отъезда в Сан-Франциско Джул тряслась рядом с Имоджен на заднем сиденье «джипа» по ухабистой дороге из аэропорта Кулебры. Имми забронировала курортный отель.

– Я приезжала сюда с семьей моей подруги Битси Коэн, когда нам было по двенадцать. – Имми обвела рукой мелькающие за окном виды. – Битси после аварии на велосипеде зашили челюсть. Помню, она целыми днями пила только безалкогольные дайкири. Никакой еды. Однажды утром мы отправились на яхте к крошечному островку, Кулебрита. Там черные вулканические скалы, я в жизни ничего подобного не видела. Мы занимались снорклингом, но Битси с ее челюстью он был противопоказан, и она ужасно бесилась.

– Мне один раз тоже зашивали челюсть. – Джул сказала правду, но тотчас пожалела об этом. На самом деле история была не из веселых.

– Что случилось? Ты упала с мотоцикла одного из стэнфордских бойфрендов? Или тебя покалечил все тот же тренер-злодей?

– Это была драка в раздевалке, – соврала Джул.

– Еще одна? – Имми выглядела немного разочарованной.

– Ну, только на этот раз мы были голые, – сказала Джул, чтобы развеселить ее.

– Да ладно.

– После тренировки по бегу в десятом классе. Короче, битва нагишом, в душевой, трое против одного.

– Прямо как в порнушке про тюрьму.

– Не так сексуально. Мне сломали челюсть.

– Лошади, – вклинился в разговор таксист, показывая вперед. Так и есть: три лошадки с умильно косматыми гривами застыли посреди дороги. Водитель посигналил.

– Не надо их пугать! – воскликнула Имоджен.

– Они не боятся, – сказал таксист. – Смотрите. – Он снова нажал на клаксон, и лошади медленно двинулись в сторону, не выказывая особого недовольства.

– Ты любишь животных больше, чем людей, – заметила Джул.

– Люди – уроды, что лишний раз подтверждает история, которую ты только что рассказала. – Имоджен достала из сумки пачку салфеток и промокнула лоб. – Ты когда-нибудь видела лошадей-уродов? Или коров? То-то же. И не увидишь.

Таксист снова вставил словечко.

– А змеи?

– Они не уроды, – сказала Имми. – Змеи пытаются выжить, как и все остальные.

– А как же ядовитые? – возразил таксист. – Они же опасны.

– Змеи кусают, когда напуганы. – Имми подалась вперед. – Они нападают, чтобы защитить себя.

– Или если им хочется есть, – добавил таксист. – Хотя бы раз в день. Ненавижу змей.

– Мышке легче умереть от укуса гремучей змеи, чем, скажем, попасть в лапы коту. Кошки играют со своей добычей, – ответила Имми. – Дразнят, дают ускользнуть, а потом снова настигают.

– Выходит, и коты еще те засранцы, – подвел итог водитель.

Джул рассмеялась.

Они остановились перед отелем. Имми заплатила таксисту американскими долларами.

– И все-таки я за змей, – сказала Имоджен. – Мне они нравятся. Спасибо за поездку.

Таксист вытащил их чемоданы из багажника и укатил.

– Когда ты встретишься со змеей, вряд ли она тебе понравится, – сказала Джул.

– А вот и нет. Я бы полюбила ее и приручила. Носила бы на шее, как ожерелье.

– Ядовитую змею?

– Конечно. Я же привезла тебя сюда, верно? – Имоджен обняла ее одной рукой. – Буду кормить тебя вкусными мышками и другими лакомствами для змеек, позволю тебе лежать на моих плечах. А всякий раз, когда в этом возникнет необходимость, ты, голая, будешь душить моих врагов насмерть. Идет?

– Змеи всегда голые, – заметила Джул.

– Но ты – особенная змея. Большую часть времени ты будешь в одежде.

Имми проследовала вперед, в фойе отеля, волоча за собой два своих чемодана.

Отель, выдержанный в бирюзовых тонах, поражал своим гламурным шиком и привлекал толпы туристов. Все вокруг утопало в зелени и ярких экзотических цветах. Джул и Имоджен поселились в соседних номерах. Отель располагал двумя бассейнами и собственным пляжем, который тянулся длинной белой полосой с причалом на дальнем конце. В меню ресторана преобладали рыба, морепродукты и тропические фрукты.

Распаковав багаж, они встретились за ужином. Имми выглядела свежей и счастливой от обилия великолепной еды. Она не выказывала ни малейшего признака тревоги или чувства вины. Просто существовала в своем красивом мире.

После ужина они отправились вниз по дороге к местечку, которое в Сети описывали как бар экспатов. Большую часть помещения занимала круглая барная стойка в центре с барменом. Они взобрались на плетеные стулья. Имми заказала «Калуа» со сливками, а Джул предпочла диетическую колу с ванильным сиропом. Народ подобрался общительный. Имоджен тут же вступила в разговор с немолодым белым мужчиной в гавайской рубашке. Он рассказал, что вот уже двадцать два года живет на Кулебре.