Маэстра. Книга 3. Ультима - Л. Хилтон

Утро в Палермо переливалось всевозможными цветами в стиле барокко: оттенки розового и золотистого, слоновая кость и сиреневый. Даже красные граффити футбольных болельщиков на фасадах особняков на рыночной площади как будто переливались нежными оттенками зари в стиле Карраччи. В семь утра на площади Сан-Доменико уже кипела жизнь. В шесть утра я подорвалась, вскочила с постели, в которой накануне предавалась греху сладострастия, и пошла на пробежку до шумного рынка. Купила три килограмма свежих томатов, банку томатной пасты и бутылку крошечных фруктов в масле, перевязанную веревкой. Может быть, Сальваторе подскажет подходящий рецепт. Лотки с рыбой напомнили мне рынок на мосту Риальто в Венеции: жирная макрель и корзины с еще живыми крабами, кучи странных моллюсков в витых раковинах, контейнеры с совершенно инопланетного вида глубоководными созданиями, правильного названия которых я не знала. Я взяла два капучино с собой и парочку бриошей с ванильной начинкой.

– Завтрак подан!

Да Сильва еще лежал в постели. Потянувшись за телефоном, он взглянул на время и простонал:

– Ты зачем разбудила меня в такую рань?!

– Затем что у нас впереди замечательный день! Смотри, что я принесла! На завтрак в местный ресторан лучше не соваться. Солнце уже встало! Можно зайти? – спросила я и, не дожидаясь ответа, вошла в комнату и отдернула тяжелые бархатные шторы.

Да Сильва спрятался под одеялом, как вампир, которого застали врасплох.

– Да что с тобой такое? – возмутился он, но я оставила эту реплику без комментариев.

– Хочешь прогуляться до того, как мне надо будет идти в банк? – спросила я, вытирая ванильный крем с подбородка.

– Мне надо поработать с документами.

– А они не могут подождать? Ну пожалуйста!

Вот уж не думала, что буду умолять да Сильва составить мне компанию, но сейчас, наконец уехав с нашей фермы у черта на куличках, я была в таком приподнятом настроении, как будто мы прогуливали школу.

– Ну ладно, – согласился он и, по-моему, впервые с момента нашего знакомства искренне улыбнулся широкой белозубой улыбкой, которая поразила меня, но не в сердце, а скорее туда же, куда добрался прошлой ночью официант.

– Отлично! Я быстренько в душ!

Да Сильва постучался ко мне в ванную в тот самый момент, когда я элегантным движением снимала с себя спортивный бюстгальтер.

– Извини, мне нужно отправить имейл, но у меня ноут не включается, придется пойти вниз, извини!

– Да отправь с моего. Подожди секундочку! – воскликнула я, накинула халат, выбежала из ванной и быстро набрала пароль на своем компьютере.

– Уверена?

– Без проблем. Поверь мне, ничего интересного ты там не найдешь. Давай делай свои дела, я быстро.

Архив «Сосьете мутуале» находился не в главном здании банка великой испанской эпохи, а в подвале шестиэтажки семидесятых годов постройки за пару кварталов от банка. После прогулки по залитому ярким солнцем ветреному Палермо вдоль Конка-д’Оро да Сильва проводил меня до перекрестка, где уже поджидал дотторе ди Маттео. Он провел меня в архив, мы предъявили паспорта охраннику, который долго крутил ручку кодового замка на бронированной стальной двери, а потом спустились на лифте на три этажа вниз. Картины – где-то около сотни – были завернуты в плотное хлопковое полотно и расставлены в хронологическом порядке, а потом внутри каждой эпохи по фамилиям художников в алфавитном порядке. Также здесь имелся большой отдел «Неизвестные», куда я накануне вечером и предложила ди Маттео поставить нашу фальшивку. Во владении «Сосьете» находилась впечатляющая коллекция работ эпохи Возрождения, а также произведений XX века. Мне нужно было выставить на продажу на сайте «Джентилески» пять картин, чтобы убедить аукционный дом «Британские картины», что моя галерея все еще жива и продолжает работать – ничего слишком привлекающего внимание, стоимостью тысяч на сто. Перебрав картины, я выбрала довольно необычную работу Лины Брайанс, портрет женщины в красной шляпе-колпаке, пару набросков Уильяма Кентриджа и бело-серое произведение Лучо Фонтаны – широкие полосы масляной краски и горошек, решила тряхнуть стариной. Фонтана вообще был первым приобретением галереи «Джентилески». Ди Маттео проверил цены по списку, я попросила чеки на все работы, хотя на самом деле картины забирать не собиралась. Мне надо было лишь создать видимость, что я их приобрела. И тут мое внимание привлекло небольшое полотно.