Девушка из моря - Шалини Боланд

Мы провели в барном садике целый вечер, потягивали пиво, болтали и смеялись. С ним я чувствовала себя совершенно свободно. И главное, легко и спокойно. Ему удавалось смешить меня, и для разнообразия я перестала терзаться собственной неполноценностью. Небо постепенно потемнело, и один за другим начали зажигаться уличные фонари. Теплый воздух, однако, сгустился и потяжелел. Владелец паба прозвонил колокольчиком, призывая к барной стойке последних засидевшихся клиентов.

– По-моему, надвигается гроза, – заметил Джек, – вероятно, гребля завтра будет слишком опасна.

– Неужели? – удивилась я. – Когда я шла сюда, река выглядела совершенно спокойной.

– Ненадолго. Нам пора уходить, – сказал он, допивая пиво. – Уверен, что дождь хлынет с минуты на минуту.

Насчет грозы Джек оказался прав. Садик вдруг осветился зигзагом молнии. Все посетители ахнули и загомонили, смеясь и перебрасываясь шутками. Спустя несколько секунд над нашими головами прогремел громовой раскат. Мы последовали за остальными клиентами в паб. Некоторые еще медлили под крышей, допивая напитки, но большинство высыпало на улицу, где первые крупные капли дождя уже сбрызнули пыльный тротуар. Весь народ разбежался, но мы с Джеком еще заскочили в соседнюю чайную и стояли там на крытой террасе.

– Я провожу тебя до дома, – предложил Джек.

– Нет, я прекрасно дойду сама, – отказалась я, – мой дом всего в пяти минутах отсюда. А ты далеко живешь?

– За мостом, в Тактоне. Не намного дальше, но в другую сторону.

– Ладно, в общем, спасибо за чудесный вечер, – заключила я, уже жалея, что отказалась от провожатого.

– Ты уверена, что нормально дойдешь сама? – опять спросил он. – Не думаю, что тебе сейчас стоит бродить одной.

Вот он, мой шанс, но в последний момент я струсила.

– Да, честно, все будет в порядке. Хотя, наверное, придется пробежаться, учитывая, что близится дождь.

Словно вторя моим словам, загрохотал гром, и небо прорезали молнии, на сей раз одновременно. Дождевые капли участились, и внезапно тучи разродились мощной ливневой завесой.

– Ну я предпочел бы увидеть, как ты доберешься до дома, – сказал он, – но если ты уверена… Доброй ночи, Мия. Приятно было познакомиться с твоей новой личностью. – Он подался вперед и заправил мне за ухо выбившуюся прядь.

Прикосновение его пальцев, казалось, наэлектризовало меня, дыхание стало прерывистым и частым, я едва могла дышать. И я вдруг невольно потянулась к нему и поцеловала. Мне показалось, что между нами пробежала искра. Я уже не владела собой. Меня одурманили ощущения его тела, его запаха.

Но все закончилось слишком быстро.

– Мия, – сказал он.

Я потеряла дар речи. Сердце мое бешено колотилось, и мне лишь отчаянно хотелось опять прижаться к его губам.

– Мия, мы не можем просто…

Я опомнилась, пришла в себя. Он только что сказал мне, что мы просто не можем делать этого. Мне хотелось возразить ему, но я тупо молчала.

– Я совсем недавно расстался с женой, – добавил он. – Это неразумно для нас с тобой… Мне жаль, прости.

Меня охватило сокрушительное разочарование. Но я подавила чувства и кивнула.

– Конечно. Прости. Не знаю, что на меня нашло.

– Не пойми меня неправильно, – сказал он, – мне хотелось бы… но все произошло так недавно.

– Нет-нет, разумеется, я понимаю, – ответила я, – естественно. К тому же и мы с Пирсом тоже… совсем недавно… Я лучше пойду.

Я развернулась, быстро вышла с террасы на улицу и мгновенно задохнулась от обрушившегося на меня ливня.

– Мия. – Тоже выйдя под дождь, он решительно, но мягко взял меня за руку. – Мы же останемся друзьями? И продолжим наши катания на лодках? Не будет ни малейшей неловкости, я обещаю.

– Ладно, – вяло откликнулась я, мне отчаянно хотелось уйти, слишком живо и болезненно я ощущала свое унижение.

– Обещаешь?

– Конечно.

– Скажи это. Скажи, что ты обещаешь. – Он улыбнулся.

– Обещаю, – повторила я, чувствуя себя идиоткой.

– Отлично. Ладно. До скорой встречи. – Он отпустил мою руку и, развернувшись, пошел по улице.

Я вымокла до нитки. Сердце гулко колотилось в груди, я едва могла дышать. Я понимала, что мне надо бежать, чтобы скорее спрятаться дома от этого ливня, однако ноги почему-то отказывались быстро двигаться. Я брела еле-еле, точно во сне, не обращая внимания на стекающие по мне дождевые струи. Платье липло к ногам. Я промокла с головы до ног. Волосы хлестали по лицу.

Гром и молнии не пугали меня. Они соответствовали моему настроению. Мне почти хотелось, чтобы меня поразила молния. О чем я думала? Как я могла поцеловать его? Мы же едва знакомы, к тому же он сказал мне о том, что недавно расстался с женой. Чувства унижения и досады расцвели в моей душе махровым цветом, пока я брела по залитому дождем тротуару. Хихикая и повизгивая, мимо меня пробежала стайка молодых женщин, примерно моих лет. Они весело проклинали дождь, их шаги еще слышались за моей спиной, удалялись, отдаваясь эхом в моих ушах. Я вела себя как полная идиотка и теперь вообще не смогу даже носа показать в гребном клубе. Что, черт подери, он теперь должен думать обо мне? Я погубила единственное хорошее знакомство в моей жалкой, одинокой жизни.

Дойдя до Хай-стрит, я направилась к аббатству в тумане оцепенения, пьяная, подавленная и отупевшая от дождя. Мостовая блестела, сандалии скользили, и мне приходилось ступать осторожно. Я распахнула узкую калитку, пропуская меня, ее петли скрипели и стонали. Впереди гордо высились церковные стены, не подверженные влиянию ливней, незыблемо простоявшие здесь целое тысячелетие. Долговечная твердыня.

По опустевшему кладбищу в мою сторону идет одинокая женщина, ее светлые волосы насквозь промокли. Она выглядит сердитой. Может, она просто с кем-то поссорилась. Я замираю на месте. Я узнаю ее. Это женщина из моего сна. Та самая с моего балкона. Она подходит все ближе, ее лицо искажено от ярости. Но она выглядит далеко не просто разъяренной… она выглядит безумной. Опасной. Смертельно опасной.