Последнее оружие - Филипп Ле Руа

Увидев Музеса, выходящего из лифта, директор ФБР тотчас же прервал телефонный разговор.

– Ну что?

– Ничего.

– Не валяйте дурака, Музес. Вы двадцать минут пробыли наверху, а это отнюдь не «ничего».

– Элиана Кортес исчезла из ванной комнаты, не одеваясь и не выходя через дверь.

– Что еще узнали?

Они сели в поджидавший их лимузин. Следующей остановкой была штаб-квартира ООН. Им там назначила встречу Кэтлин Моргенсен, завернувшая в Нью-Йорк, чтобы переговорить с Генеральным секретарем.

– Похитители сработали под Санта-Клауса.

– Что?

– Залезли через каминную трубу. Если дымоход под стать топке, то даже Павароттл мог бы без труда туда протиснуться. Они залили огонь водой, проникли в хоромы, выдернули Элиану из-под душа, пока ее папик отмокал в ванной, и ушли тем же путем, каким пришли. Их ошибка в том, что слишком уж они там намочили, одна Элиана столько бы сырости не оставила. Папик заметил разницу.

– Кого это вы называете «папиком»?

– DR, кого же еще?

– Я вас, кажется, предупреждал! Никаких имен, никаких обозначений. Ваша гипотеза – полный бред. К чему столько сложностей, если Элиану Кортес можно было похитить в более доступном и менее охраняемом месте?

– А похитителям, похоже, нравится усложнять себе задачу. Еще не знаю почему, но это неоспоримо. Таково первое объяснение.

– А есть и другое?

– Вмешательство какой-то высшей силы. Вроде инопланетян.

– Что вы несете?

– Наша работа в том, чтобы всему дать рациональное объяснение. А контакты с внеземными цивилизациями замалчивали уже не раз.

– Яснее можете?

– Объявляли военной тайной показания пилотов и астронавтов, а остальные данные ставили под сомнение, выдавали феномены типа crop circles[15]за грубый розыгрыш – чтобы избавить население от глупых мечтаний и помешать ему выступать против установок, которые спускают с шестьдесят девятого этажа.

То есть против DR? Вы мне это пытаетесь внушить?

– Пока не имеем доказательств обратного.

Лимузин остановился перед вереницей разноцветных флагов, реявших в сером небе Манхэттена, обозначая границу между штатом Нью-Йорк и международным анклавом ООН.

Они прошли по эспланаде, ведущей к входу для публики, и оказались в приемном холле. Администраторша попросила их подождать в зале для делегаций, дескать, Кэтлин Моргенсен не замедлит к ним выйти. Пока они ждали, Музес написал в своем блокноте: «Мицубиси», Рокфеллеровский центр, ООН, Главное управление внешней безопасности Франции, Елисейский дворец, Белый дом. Подчеркнул одной чертой два первых названия и обернулся к своему начальнику, не отрывавшему от уха свой сотовый телефон. Решив, что расследование важнее, осмелился прервать его разговор:

– Какая связь между ООН и Рокфеллер-центром?

– Что?…

Не слишком ободренный ответом, Джеймс отправился за справкой к гиду; собиравшему на экскурсию группу туристов. Тот оказался приветлив не более чем рука, протянутая за чаевыми. Тем не менее, увидев значок ФБР, все же отбарабанил свой текст:

– Нельсон Рокфеллер убедил своего отца, Джона Дэвисона Рокфеллера, дать восемь с половиной миллионов долларов на покупку земли вдоль Ист-ривер и позволить Организации Объединенных Наций устроить свою штаб-квартиру здесь, а не в Филадельфии.

Музес как раз соединял черточкой Рокфеллер и ООН в своем блокноте, когда появилась Кэтлин Моргенсен в черном костюме, который придавал ей строгий и при этом сексуальный вид. Ее сопровождал Гордон Райлер, отец Галан и начальник департамента миротворческих сил ООН. Они устроились в отдельном помещении, куда им подали кофе.

– Я попросила Гордона присутствовать при нашем разговоре, – сказала Моргенсен, – поскольку нам выпало одинаковое испытание.

Музес удивился: как можно ставить на одну доску исчезновение дочери и сотрудницы.

– Как вам положение в мире? – спросил он у Моргенсен.

Вопрос поднял три пары бровей.

– Я только что добилась подписания исторического мирного договора на Ближнем Востоке. Даже Билл о таком не мечтал.

– Билл?

– Клинтон.

– Извините, я не очень-то следил за международными делами в последние дни. Голова была занята совсем другими происшествиями.

– Два из них связаны между собой, мистер Музес. Кто-то оказывает давление на силы добра, похищая тех, кто ему служит.

– Ось добра против оси зла?

– Я ошибаюсь, или в вашем тоне ирония?

– Похищены две высокопоставленные сотрудницы, одна из «Мицубиси», другая из «Чейз Манхэттен банка». Не уверен, что эти предприятия относятся к силам добра.

– Боб, что вы об этом думаете?

Билл и Боб. Музес подумал, что у госсекретаря, наверное, чертовские связи. Тот, к кому обратились, его босс, взял слово:

– Агент Музес хороший работник, но ему не хватает широты кругозора. Нельзя тем не менее упрекать его за то, что он не принадлежит к высшим кастам. Я устроил эту встречу, потому что хотел узнать вашу точку зрения. У меня впечатление, что похитители плетут паутину, центральную точку которой нам и предстоит определить. Короче, можно ли установить, какая имеется связь между кругами, к которым принадлежат жертвы?

– Мне, может, и не хватает широты кругозора, но я уже установил связь между Рокфеллерами, «Мицубиси» и ООН.

Он бросил свой блокнот на низкий столик и пояснил, как пришел к такому выводу. Гордон Райлер дал свой анализ:

– Чем выше поднимаешься в сферы власти, тем малочисленнее актеры и тем теснее они связаны между собой, образуя некий всесильный клуб. Франция и США – две политические силы, которые являются также постоянными членами Совета Безопасности ООН. Япония – вторая после США экономическая сила в мире и собирается получить постоянное место в этом совете. Упомянутые вами организации, как и та, которой руководит супруг миссис Моргенсен, являются членами Международной торговой платы, которая только что подписала договор о партнерстве с ООН. Что касается госсекретариата, то он нуждается в поддержке ООН, и в частности, ее департамента миротворческих сил, чтобы как следует решать свои задачи.