Игра в прятки - Клэр Сэмбрук

Питер выбрал Джейсона Смита и Адриана Махуни. Терри позвал близнецов Макнелли. Ну, теперь уж скоро. В конце концов, я тоже считаюсь высшей лигой. После близнецов и меня выберут. Пяткой я ковырялся в земле, раскапывая дырку, случайно задел вторую ногу. Больно.

Питер выбрал Брайана Смита, у того нога была все еще перевязана, повредил на олимпиаде. Но ничего, его можно поставить в ворота. Следующий — Скарфи Мерфи. Какой от него толк? Потом, вы представьте только, он позвал Джошуа Бернштейна. Ничего себе.

Терри глянул на меня.

Я ткнул себе в грудь и кивнул.

Кто? Я?

Он покачал головой и указал рукой мне за спину.

Нет, он.

Кто? Свинка? Не может быть.

Терри выбрал Свинку, а не меня.

Да, Дэниэл пропал, но почему они все решили, что я больше не попаду ногой по мячу?

— Гарри Пиклз, ты что, оглох?

— Да, мистер Дональд. То есть нет, сэр.

Пацаны расхохотались, но быстро умолкли.

Что?! Вот это круто! Питер выбрал меня!

Я подошел к нему.

— Спасибо, Пит.

Он посмотрел на меня как на дебила.

— Можно я буду нападающим?

— Я подумаю, — ответил Пит, но по лицу его было видно, что думать он не собирается. — Вообще-то нам не помешают быстрые люди в защите.

Что ж, и на том спасибо.

— Питер Пачеко, ты команду набираешь или шашни крутишь? — крикнул мистер Дональд.

Питер вспыхнул, да так, что даже ноги побагровели. Ничего, я за него поквитаюсь. Мысленно я продумывал стратегию матча. Я буду как Дэвид Бэкхем, Питер Оуэн.

Мы победим. Мы самые лучшие.

Мяч у нас. Питер бьет по воротам. Бум. Мяч задевает планку, отлетает, Адриан головой посылает его назад, прямо в руки вратарю. Ничего, мы справимся. Нам бы только немного удачи. Санни бьет по мячу, и тот летит на нашу половину.

Я захватываю мяч, обвожу близнецов Макнелли, бегу к центру поля.

Крик Пита сзади:

— Пасуй мне, пасуй!

Санни выскакивает из ворот.

— Пасуй мне, — кричит Питер.

Я вспоминаю Дэвида Бэкхема. Вспоминаю, как он послал эффектный крученый мяч примерно с этого места на поле. Помнится, мяч пролетел над головой вратаря прямо в сетку.

— Гарри, пасуй!

Бэкхем же сделал, так неужели я не смогу?

— Гарри, дебил! Мазила хренов!

Да, не смогу.

Высокая подача в наши ворота. Мяч летит прямо на меня. Я стою у ворот перед вратарем. Я могу отбить его грудью. Я справлюсь. Отобью. Уведу угрозу от ворот.

— Гарри, не упусти! — кричит Питер.

А что, если?.. Да, отобью головой, будет здорово.

Ай, как больно.

Мяч лупит меня по макушке, отлетает.

Я волчком кручусь на месте. Терри завладевает мячом. Бежит к воротам. Брайан широко расставляет руки. Терри бьет.

Бум!

Брайан отбивает мяч. Больной ногой. Мяч рикошетит к Терри.

Бум!

Шмяк. Брайан отбивает мяч лбом.

— Молодец, Брайан! — кричу я.

Брайан оборачивается и смотрит на меня с ненавистью.

Мяч возвращается к Терри. Тот бьет и победно машет над головой руками.

— Успокойся, — кричит мистер Дональд. — Это не Кубок мира.

А то, что говорит мне Брайан, я лучше не буду передавать.

— Извини, Пит, — говорю я, когда игра окончена. — Не знаю, что на меня нашло.

Мы проиграли со счетом 3:0. Во всех трех голах виноват я.

— Ладно, все в порядке.

Но мышцы на лице Пита, которые напрягаются, когда он сердится, говорят, что все совсем не в порядке.

— Мой тебе совет, Пиклз. Никогда не извиняйся. Ничего не объясняй.

Терри пробегает мимо нас.

— Так завтра у меня?

Это он мне? Вот здорово!

— Конечно, Терри, я приду, — кричит Пит в ответ.

Значит, не мне.

Свинка, проходя мимо:

— Эй, Терри, я немного опоздаю.

Дальше я не расслышал.

— Гарри. — Теперь Терри окликнул меня.

— Ну?

— Это не твоя мама там стоит?

Он тычет пальцем на бомжиху у изгороди летнего кафе.

Точно, мама. Она открыла газету и спряталась за ней.

— Нет, мама сейчас в Ирландии.

— Понятно, — отвечает Терри. — Пока!

Питер оборачивается и смотрит на меня, но, похоже, мое вранье он не раскусил.

— Пока, — говорит он и бежит догонять мальчишек.

Выходит, в эту субботу Терри, и Пит, и даже Свинка заберутся на наше дерево и закричат «Эге-ге-гей»? А может, и много суббот до этого они уже так делали? Кого я обманываю? Какая там высшая лига? Я даже не кандидат на вылет в низшей категории. Я опустился ниже некуда. Я стал ничтожеством. Абсолютным ничтожеством.

Я смотрел им вслед. Терри увидел на дорожке камушек, поддал его ногой, изображая свой победный гол, задрал на голову футболку, замолотил по воздуху кулаками. Вся компания — Терри, Пит и даже Свинка — выбежала за ворота. Я досчитал до ста, на всякий случай — вдруг кто-нибудь из них вернется?

Мистер Дональд положил руку мне на плечо:

— Ничего, Пиклз.

Я мог бы сказать ему, что мы всё про него знаем. Его уволили из-за того, что он разбил колено? Ерунда. Адриан слышал от отца, а потом рассказал нам, что мистер Дональд повредил колено, не выполняя задание, а поскользнувшись на льду. Да и случилось это уже после того, как его уволили.

— Гарри, от твоей рубашки немного пахнет, — сказала мама громче, чем сама, наверное, хотела. — Иди-ка сюда, садись. Я взяла кое-что вкусненькое. Вот. Твое любимое.

Горячий шоколад. Без пенки. И сливовый пирог. Все, что любит Дэниэл.

— Классно, спасибо, мам.

— Скоро все изменится, — сказала она.

Она накрасила ногти, свои замечательные ногти. Теперь они были обкусанными, неровными и вдобавок ярко-красными. Она вымыла волосы. Сеченые кончики стали видны еще сильнее. Надела платье, которое когда-то носила, красивое платье. Только теперь оно на ней сильно болталось. Раньше, встречая меня из школы, она всегда принаряжалась. Но сейчас от этих ее стараний у меня только горло сжималось.

— Как прошла игра?

Я жевал пирог Дэниэла.

— Три — ноль.