Нумерат - Анна Кондакова

* * *

По каменному лицу Дениса ребята догадались: за те десять минут, что он был в своей комнате, произошло нечто серьёзное.

– Собирайте вещи, уходим, – скомандовал Денис, не тратя время на объяснения.

На лице Вики застыло недоумение.

– Тимошин, что-то случилось?

– Что за шутки? – спросил Арсений, вставая со своего любимого кресла-качалки.

Денис исподлобья глянул на встревоженную Асель и вздохнул.

– Шутки закончились. Все наверх, собирайте вещи. У нас проблемы с координаторами. Я только что видел Пифагора.

Он коротко пересказал весь разговор со связным, упустив лишь один-единственный момент, – не стал говорить о том, что в Асель разрастается тень дефектора, чтобы не настраивать остальных против «слабого звена».

– А что мы такого сделали? Зачем они на нас своих гончих хотят наслать? – задал резонный вопрос Арсений.

– Пифагор нарушил нейтралитет и обратился за помощью к нам. Он дискредитировал нас. Теперь мы координаторам враги, – пояснил Денис, подумав, что на самом деле основная причина их стремительного бегства – уберечь Асель от гончих.

– Молодец Пифагор, ничего не скажешь. Удружил старикан, – помрачнел Макаров.

– Ты уверен, что дело в Пифагоре? – нахмурилась Асель.

Денису было всё равно, кто виноват в том, что им придётся скрываться, – Пифагор или Асель. Возникла проблема, которая требовала немедленного решения.

– Как только покинем дом, то сразу же закроем метки вот этим. – Он раздал товарищам широкие браслеты.

– А куда мы пойдём? – спросила Вика.

Денис медлил с ответом, хотя уже знал, куда отправится их беглый легион.

– Ко мне домой.

– Куда? – хором переспросили Вика и Арсений.

– Ко мне домой, – повторил Денис, понимая растерянность и удивление друзей, ведь им строго запрещено приближаться к бывшим местам проживания. – Отец в воскресенье уехал в командировку. На неделю. А того, кто сейчас изображает меня, скорее всего, отправили в Москву на олимпиаду по математике. Как минимум, дней на пять. По крайней мере, я туда собирался.

– Ты предлагаешь поселиться в твоей двухкомнатной квартире? Всем вместе? – уточнила Вика, не забыв при этом скептически скривить губы.

– Да, именно это я и предлагаю, – отрезал Денис. – И сейчас мы теряем время. Выходим через полчаса.

Спорить никто не стал. Все ринулись наверх по своим комнатам. Денис же решил больше не медлить, а переговорить с Асель. Выждав минут пять, он поднялся на второй этаж, прошёл по мягкому ковру до двери с табличкой «3» и постучал.

Через несколько секунд приоткрылась дверь.

– Тебе чего? – спросила Асель, спешно вытирая влажную щеку рукавом клетчатой рубашки: пыталась скрыть слёзы.

– Обсудить один вопрос. – Денис обернулся на другие комнаты: Вика и Сеня были заняты сборами и шумели не меньше, чем группа детского сада.

– Входи. – Асель впустила Дениса в комнату. – Ты всех торопил, а теперь решил побеседовать? Зачем? На это же нет времени. – Она плотно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

Разговаривать Асель была не расположена.

Чтобы не растрачивать драгоценное время, Денис сразу приступил к главному вопросу:

– Что у тебя с тем уколом, который сделала старуха?

Асель прижалась к двери плотнее и напряжённо застыла, как нашкодившая кошка.

– Ничего, – хрипло выдавила она.

Денис подошёл ближе и угрожающе навис над девушкой. Та сжалась, но не отошла и глаз не отвела. В них затаился страх.

– Дай посмотреть руку! – потребовал Денис.

Намеренно грубо, чтобы она не оставила себе выбора и беспрекословно выполнила приказ. Чего скрывать, Денис частенько использовал этот приём в разговорах с людьми.

Помедлив, Асель выставила правую руку с меткой – мол, на, смотри. Денис даже не взглянул.

– Мне нужна твоя левая рука, – строго произнёс он. – Не эта.

Асель закусила губу и медленно убрала левую руку за спину.

– Да не бойся ты, я знаю про тень, – сказал Денис тоном директора. – Просто покажи руку. Покажи мне её. Мы теряем время. Ну? – Он коснулся левого предплечья Асель, отчего та вздрогнула, словно её ударили, и инстинктивно втянула голову в плечи.

Денис тут же отдёрнул руку.

– Прости… я… – Он отступил от неё на пару шагов и нахмурился. – Ты что, боишься меня?

Это неприятное открытие пронзило болью до глубины души. Неужели Асель считает, что он может её обидеть? Денис отошёл ещё дальше, на середину комнаты.

Девушка наконец оторвалась от двери.

– Это не я боюсь, это тень боится, – призналась она. – В любом случае, мы покидаем дом из-за меня, ведь так? – В голосе её послышалась горечь. – Ты ненавидишь меня?

Денис с мольбой глянул на потолок. Ну почему пресловутая женская логика грубо и без разрешения вмешивается не в своё дело?

– Да что ты такое несёшь, Асель? Я всеми силами тебя спасти пытаюсь. Неужели ты ещё не поняла?.. Надежда есть. Выживем.

Вот же зараза! Кажется, именно эту фразу говорила Вика, когда всё стало очень и очень плохо. Она произнесла: «Выживем» – и жизнь пошла наперекосяк. Как заклинание какое-то…

Асель опустила голову.

– Мы все – твоя обуза, а не команда.

– Зря ты так. Вы мои друзья.

Девушка помолчала с минуту, а потом вдруг подошла и… обняла Дениса, прижавшись мокрой щекой к его груди.

– Помоги мне, если такое возможно, – прошептала она. – Я не хочу умирать. Не хочу становиться такой же, как та старуха. Придумай что-нибудь… ты же можешь, я знаю. Найди какое-нибудь решение. Найди. Пожалуйста.

Денис вдохнул аромат её волос. Теперь он точно был уверен: пахло лесной земляникой. Обнимая Асель, он подумал о том, что готов пожертвовать чем угодно, лишь бы она оставалась рядом.

Успокоив слёзы, девушка мягко отстранилась.

– Значит, тебе во что бы то ни стало надо увидеть тень?

Денис молча кивнул, стараясь взять себя в руки, чтобы окончательно не размякнуть от проникновенных объятий Шахерезады. Всё же он не только нумерат, он ещё и человек. Причём не железный.

– Тень выглядит мерзко. – Асель принялась расстёгивать пуговицы на рубашке, чем смутила и без того смущённого Дениса – он невольно отвёл глаза в сторону.

Девушка стянула рубашку, оставшись в белой спортивной майке, и повернулась левым плечом к свету лампы.

– Ну вот… смотри… – только и смогла выдавить она, перед тем, как глаза её снова наполнились слезами.

Денис вытаращился на поражённое тенью плечо. От локтя до самой шеи кожу покрывали чёрно-бордовые тонкие нити, больше похожие на мелкие сосуды и капилляры. Они непрерывно пульсировали и шевелились. Выглядела рука так, словно на неё пролили тягучую маслянистую нефть, а потом размазали по коже.