В смертельной опасности - Сергей Майдуков

Вадим с филигранной точностью выбрал момент для поворота. Он также правильно просчитал действия преследователей, которые должны были инстинктивно повторить опасный маневр.

В результате одна машина противников была выведена из строя вместе с живой силой, находившейся внутри. Но «Хюндай, двигавшийся в правом ряду, не рискнул пересечь дорогу перед носом грузовика и сделал это позже, когда колонна замедлила ход.

Он увидел это, когда выкатился из «Ниссана» и приподнял голову над зелено-желтой бахромой травы. Первым побуждением было усадить Ксюшу за руль и попытаться вытолкать автомобиль на ровную поверхность. Этого требовал инстинкт самосохранения, поэтому Вадим поступил иначе.

Не поднимаясь во весь рост, он стал пробираться навстречу преследователям, двигаясь на корточках и помогая себе свободной рукой. Пистолет он держал стволом вверх, чтобы не забить сором дуло.

Дальнейшее зависело от того, как близко сумеют подъехать седоки «Хюндая», и от того, сколько их. Если трое, то пяти патронов может хватить, а может, и нет, в зависимости от расторопности врагов, их меткости, сообразительности, решимости и других боевых качеств. Если четверо, то Вадим успеет в лучшем случае уложить двоих или троих, после чего продырявят его самого.

Гадать было некогда. Вадим быстро продирался сквозь травяные заросли, заботясь лишь о том, чтобы не обнаружить себя раньше времени. Когда он увидел двух врагов, бегущих навстречу, он прополз еще немного и замер, опасаясь выдать себя шевелением стеблей. За ним осталась полоса примятой травы, но он не думал, что преследователи обратят на это внимание. Уж очень они спешили.

— Телка! — выкрикнул один из них.

Оглянувшись, Вадим увидел Ксюшу, не усидевшую на месте, как ей было велено. Ее растрепавшиеся волосы мотались на ветру. Она смотрела в его сторону, пытаясь понять, что происходит. Если окликнет, номер с засадой провалится. Пистолет у Вадима был чуть опаснее травматического и бил наверняка только с очень близкого расстояния.

Оценив взглядом дистанцию, Вадим побежал вперед, пригнувшись, отсчитал пять шагов и выпрямился.

Дальше оставалось только принять бой, и будь что будет.

Парень, бежавший первым, не ожидал, что Вадим вынырнет из травы так близко. Держа свой пистолет в вытянутых руках, он прикрывал лицо и частично грудь, так что стрелять пришлось в живот.

Так Вадим и поступил, после чего изо всех сил рванул навстречу противникам.

Первый, сгорбившись и наклонив голову, палил куда-то себе под ноги. Вадим оборвал его агонию выстрелом в череп и продолжил бег, не стреляя, чтобы не тратить оставшиеся три патрона впустую.

Второй преследователь не стал торчать на виду, а проворно упал набок и, скрытый травой, открыл огонь из положения лежа.

Промедли Вадим хотя бы секунду, одна из выпущенных пуль непременно задела бы его. Однако он тоже упал на землю и ящерицей прополз пару метров в сторону, где оказался вне досягаемости для выстрелов.

Пока что вне досягаемости.

Стрелков разделяло каких-нибудь пять метров. Они не видели друг друга, однако могли вести огонь на шум и даже наугад. Вернее, такая возможность была только у противной стороны, тогда как Вадим был вынужден экономить патроны. Сохраняя неподвижность, он должен был рано или поздно попасть в сектор обстрела.

Стащив с ноги кроссовок, Вадим метнул его в направлении противника. Это сработало.

Услышав рядом шорох, парень стал палить туда, выдав себя с головой.

Оставалось вскочить на ноги и поразить эту голову.

Не ограничившись одним выстрелом, Вадим послал во врага еще две пули, приблизительно определяя положение тела по шевелению зелени.

Когда он приблизился, незадачливый стрелок умирал, шумно дыша и глядя на победителя одним глазом, выглядывающим из кровавой кляксы.

— Больно, — пожаловался он, пытаясь нащупать пятерней оброненный пистолет.

— Я думаю, — согласился Вадим.

Во время боевых действий в Африке он повидал немало умирающих и сделался равнодушным к этому зрелищу.

— Падла ты, — сказал парень, подцепив скобу пистолета корявым, грязным пальцем.

Вадим наступил ему на кисть руки.

— А вот тут я с тобой не согласен, — сказал он, завладевая пистолетом.

Ксюша стояла на прежнем месте, ветер колыхал ее блузку, как знамя. Вадим посмотрел в сторону дороги, где машин собралось столько, что движение застопорилось. Среди машин, стекающихся в низину, пока что не мигали маячки полиции и «скорой», но это был вопрос времени, причем очень небольшого. Вокруг пылающих обломков копошились человеческие фигурки.