Тайна «Libri di Luca» - Миккель Биркегор

Катерина отперла дверь и вышла наружу. Небо было ясное, но магазин находился в тени соседних зданий, и девушка ощутила уколы холода. Впервые с весны она увидела, как выдыхаемый воздух превращается в пар, и, чтобы согреться, ей даже пришлось некоторое время попрыгать по тротуару перед заколоченной витриной. На часах было одиннадцать, и «Libri di Luca» уже давно следовало открывать, однако жалкий вид фасада наверняка отпугивал всех потенциальных покупателей.

Оставив входную дверь открытой, Катерина принялась наводить порядок в магазине. Книги, обычно выставленные на столах на улице перед витриной магазина, сейчас кое-как были сложены на полу в глубине зала, поэтому она начала с того, что отыскала стол, где их можно было разложить. Не в состоянии рассортировать тома в соответствии с названиями или авторами, она просто складывала их на стол высокими стопками.

Весь остаток дня она провела за уборкой и в ожидании посетителей, всего один раз отлучившись, чтобы наскоро перекусить в ближайшей пиццерии. Только двое завсегдатаев решились преодолеть баррикады и заглянуть внутрь, однако видно было, что окружающий беспорядок их смущает, и они так и ушли из лавки, ничего не купив.

Йон появился к концу рабочего дня. Под глазами у него залегли черные круги, и он, похоже, утром не брился. Костюм, тем не менее, сидел на нем безукоризненно; правда, Йон, войдя, тут же снял галстук и расстегнул верхнюю пуговицу голубой рубашки.

— Трудный денек выдался? — спросила Катерина, когда они обменялись приветствиями и Йон с тяжелым вздохом опустился в кресло.

— Что ж, можно и так сказать, — ответил он, прикрывая глаза. — А здесь как? Какие-нибудь проблемы?

Катерина поведала ему обо всех событиях дня, что, впрочем, заняло у нее не больше минуты.

— Что ж, — сказал Йон и открыл глаза. — Надо бы вставить здесь новые стекла. Завтра попытаюсь связаться со стекольщиком.

— От Кортманна что-нибудь слышно? — поинтересовалась Катерина.

— Он звонил мне как раз перед моим отъездом. Собрание состоится… — он взглянул на часы, — через полчаса.

— Здесь?

— Нет, где-то на Эстербро.[25]В какой-то библиотеке, — ответил Йон и с усмешкой добавил: — Разумеется, где же еще?

Библиотека находилась на Эстерброгаде напротив американского посольства. Большие окна выходили прямо на улицу, так что прохожие могли с тротуара рассмотреть книжные стеллажи и большие ящики с комиксами. Еще находясь снаружи, Йон и Катерина увидели, что, хотя до закрытия оставалось всего десять минут, в библиотеке было довольно много народа.

Катерина провела Йона по пятиметровому коридору к двери, ведущей собственно в зал. Сама она уже давно не бывала в библиотеках. Ее способности превращали каждое такое посещение в тяжкое испытание. И хотя Катерина научилась пропускать мимо себя многое, однако все эти впечатления накапливались, и она ощущала их как не стихающее ни на мгновение жужжание. Сами книги здесь удовольствия ей не доставляли. Корешки их часто были ламинированы, а обложки — однотипные и безликие.

Рядом с входной дверью находилась кафедра-стойка, у которой библиотекарша обслуживала последних читателей. Это была женщина примерно пятидесяти лет, с длинными светлыми волосами, в больших круглых очках, слишком выделяющихся на фоне худого, бледного лица. Катерине она показалась знакомой; когда они встретились глазами, библиотекарша улыбнулась и слегка ей кивнула. Миновав кафедру, они прошли к книжным стеллажам.

Справа от стойки был отдел периодики — стеклянный аквариум, вдоль стен которого были выставлены разные газеты и журналы. В центре его помещались столы со стульями, где читатели могли просмотреть свежую газету или полистать подшивку журналов.

— Кортманн, — прошептал Йон и глазами указал на мужчину, расположившегося спиной к ним за одним из столов. Приглядевшись, Катерина увидела, что мужчина сидит в инвалидном кресле.

— И что теперь? — тихо спросила она.

— Думаю, все начнется, когда библиотеку закроют, — вполголоса произнес Йон. — Давай разойдемся.

Катерина кивнула и медленно двинулась вдоль стеклянной стены отдела периодики к отделу детской литературы. Йон пошел в противоположном направлении. Снаружи стемнело, и огромные окна, отражая свет закрепленных под потолком ламп дневного света, превратились в непрозрачные экраны из черного стекла. У Катерины, проходящей вдоль ящиков с комиксами, возникло такое впечатление, что из темноты за ней кто-то наблюдает. Чтобы скоротать время, девушка стала листать комиксы, одновременно краем глаза поглядывая на прочих посетителей. В отделе художественной литературы какой-то человек лет сорока уткнулся в толстый том — «Имя Розы», насколько она могла судить по кратким отрывкам, которые уловила. Катерина как можно осторожнее постаралась активировать свои способности и сконцентрироваться на мужчине, и у нее возникло отчетливое впечатление, что тот также лишь убивает время. Когда она повернула голову, чтобы лучше его рассмотреть, он сразу же оторвался от книги, и Катерине показалось, что в глазах его мелькнуло понимание. Мужчина тут же отвел взгляд и пошел вдоль стеллажей.

Двигаясь дальше, Катерина обошла все помещение библиотеки и обнаружила еще несколько человек, которые пришли сюда явно не за книгами. Помимо сорокалетнего мужчины у края одного из стеллажей стояли, неторопливо беседуя, еще двое — на вид немногим старше тридцати лет. В отделе комиксов Катерина увидела девочку-подростка, а по секции научно-популярной литературы прохаживался человек азиатской наружности. Книги, которые эти люди брали с полок, нисколько их не занимали; время от времени то один, то другой бросал внимательный взгляд на окружающих.

Незадолго до закрытия библиотекарша обошла залы и объявила, что посетителям пора уже определяться с выбором книг. Никто из тех, на ком Катерина заострила свое внимание, никак не отреагировал на слова служащей библиотеки, а читатели, которые действительно пришли за книгами, направились к кафедре. Катерина тихо пошла в сторону отдела периодики, отметив про себя, что остальные последовали ее примеру.

Йон уже был внутри стеклянного помещения. Он двигался вдоль одной из стенок, и со стороны казалось, что его интересуют журналы о рыбалке. Катерина подавила искушение узнать, о чем на самом деле думает Йон.

Проводив последнего посетителя, библиотекарша заперла входную дверь.

— Что ж, можем начинать, — объявила она и погасила свет в помещениях, окружающих отдел периодики.

Прочие участники собрания постепенно подходили к стеклянному залу, покидая читательские места и проходы между книжными стеллажами. Они приветствовали друг друга легким кивком и мимолетной, но в то же время многозначительной улыбкой. Один за другим они занимали места за читательскими столами в центре отдела периодики; вскоре многие уже были увлечены оживленной беседой. Последней вошла светловолосая библиотекарша, однако не успела она прикрыть стеклянную дверь, как со стороны входной двери раздался громкий стук.