Файлы фараонов - Джон Джойс

— Уверена, вы все выяснили. Я лично весьма довольна тем, что программа оказалась на высоте.

— Так и есть. Не могла бы ты повторить все, с момента взлета?

Огни за стеклом кабины самолета дрогнули и начали приближаться.

— Скорость — сто двадцать узлов, — прозвучал голос Пи-терса. — Вэ-один… вэ-два…

— Выходим на круг! — сказал капитан, и наземные огни куда-то провалились, на их месте вспыхнули звезды.

— Мы находимся в воздухе, — пояснила Мария. — С контрольной вышки сообщили, что под нами радиомаяк. Капитан Дэнверс разворачивает машину на северо-восток. Стандартный взлет в сторону захода солнца.

— Восемьдесят пятая секунда полета, — послышался в кабине голос Маргарет Сполдинг.

— Набираем высоту над городом, — продолжала Мария. — Шасси убрано, высота почти две тысячи футов, азимут — двести девяносто пять.

— Так, — раздался в наушниках голос капитана, — полный порядок, не правда ли? Маргарет, можешь выключить надпись «Пристегните ремни».

— Вот тут-то все и началось, — сказал Дэнверс.

Внезапно кабину залило тревожным красным светом. Пронзительный вой заставил сидевших за столом людей поднести руки к наушникам. Командир корабля, которого они видели перед глазами, прокричал:

— Господи, да мы падаем! Подними машину, Маргарет! Штурвал самолета резко отклонился назад, бешено закрутились стрелки приборов.

— Такого я не ожидал, — выдавил Дэнверс. — Это была чуть запоздалая реакция…

— Остановить на время демонстрацию, Тео?

— Да, Мария, пожалуйста. Изображение застыло, резкий вой пропал.

— Это был «Дедал», — объяснил Гилкренски. — Даже когда узел не задействован в управлении машиной, он регистрирует высоту, скорость и азимут. Вы слышали, как прозвучал сигнал тревоги, предупреждавший о потере высоты. Он срабатывает автоматически, когда самолет опускается ниже пятисот футов либо когда на его пути находится препятствие.

— Но мы-то уже поднялись на две тысячи! — негодующе бросил Дэнверс.

— Да. Не знаю, почему сигнал сработал. А ты, Мария?

— Не представляю, Тео. Я тоже озадачена. Машина набирала высоту. Небо безоблачное, гор вокруг Каира нет, как нет и других самолетов в воздухе.

— Вот от чего меня бросило в дрожь, — сказал Дэнверс. — Я был уверен: мы вот-вот во что-то врежемся, потому изо всех сил потянул штурвал на себя.

— Мария, продолжай, пожалуйста, — скомандовал компьютеру Гилкренски.

Кабина вновь ожила. На приборной доске перед первым и вторым пилотами засветились янтарные лампочки. Внезапно в наушниках раздался переливчатый звон.

— Это заглохли двигатели, — пояснил Дэнверс. — На тренировках я неоднократно бывал в подобной ситуации и по собственному опыту знаю: выйти из нее почти невозможно. Мне оставалось только одно: выпустить тормозной парашют.

Изображение перед глазами дернулось. Эль-Вассеф едва не подпрыгнул в кресле. В уши ударили вопли перепуганных пассажиров. Где-то за спиной послышался звук удара.

— Именно в этот момент пострадала Джулия, — сказал Дэнверс.

За стеклом кабины вновь возникли огни — они прыгали из стороны в сторону. В ушах стоял отвратительный перезвон.

— Аллах Всеблагий! — воскликнул полковник.

— Больше я ничего не мог сделать для их спасения, — угрюмо заметил Дэнверс.

Кабину развернуло вокруг оси, бросило в сторону. Послышался леденящий душу звук рвущегося металла, а затем… в наушниках воцарилась тишина.

— И все же вы спасли их, — подчеркнул Гилкренски. — Как профессионал.

— А что бы произошло, если бы самолетом управлял «Дедал»? — поинтересовался эль-Вассеф.

— Вплоть до момента аварии все было бы точно так же, — ответила Мария. — Капитан Дэнверс безукоризненно осуществил взлет.

— А далее?

— Утверждать чго-то определенное сейчас невозможно. В систему оповещения об опасно низкой высоте входят радар и особо чувствительные датчики. Сигнал тревоги мог поступить от любого из них.

— Что представляют собой эти датчики?

— На низких высотах «Дедал» измеряет расстояния с помощью системы лазерных лучей и высокочастотных звуковых волн. Из имеющейся информации я не в состоянии сделать вывод, был сигнал тревоги послан одним из датчиков или его инициировал какой-то другой узел.

— Но хотя бы в теории, Мария? — Гилкренски надеялся услышать более конкретный ответ.

Женщина в кресле второго пилота улыбнулась:

— Существует три возможности, Тео. В «Дедале» действительно произошел сбой, в воздушном пространстве над Каиром находился некий объект или же неизвестный фактор воздействовал на датчики самолета таким образом, что они восприняли это воздействие как препятствие. Для начала я рекомендовала бы провести эксперимент с подобным самолетом, оснащенным «Дедалом». Тогда я смогла бы проанализировать данные его компьютера и, возможно, установить истинную причину.

— Но если окажется, что «Дедал» тут ни при чем?

— Единственный способ узнать правду — повторить полет на такой же машине.

Вернувшись после долгого разговора с Дэнверсом и полковником эль-Вассефом в номер, Тео увидел там Билла Маккарти, сидящего в облаке ароматного табачного дыма. Гилкренски осторожно опустил «Минерву» на низенький журнальный столик, вытянулся во весь рост на кушетке и положил ноги на подлокотник кресла.

Билл мрачным взглядом скользнул по черному кожаному чемоданчику, вытащил изо рта трубку и четко произнес:

— Ты меня беспокоишь, Тео.

— Почему, Билл? Теперь мы твердо знаем, что не «Дедал» стал причиной авиакатастрофы. Эль-Вассеф согласился ускорить официальное слушание, а управление гражданской авиации полностью оправдает «РКГ», как только мы выясним, почему прибор подал сигнал тревоги. Пусть тогда Джессика созывает пресс-конференцию. Фунакоси придется пойти на попятную, и корпорация будет спасена! Ты еще пришлешь мне свои поздравления!

— Меня беспокоит совсем другое, и ты знаешь, что именно.

Гилкренски в недоумении посмотрел на друга:

— Понятия не имею. Просвети!

— Оставь, Тео! Все-таки ты имеешь дело с Биллом Маккарти. Мне известно, как тебя потрясла гибель Марии. Уж я-то знаю, каково это — потерять человека, которого любишь больше, чем жизнь, поверь. Такое я уже проходил. Но сейчас… Вся эта показуха… Мария — и интерфейс… Господи, Тео! Да прекрати ты себя мучить!

Гилкренски опустил руки и неподвижным взглядом уставился в потолок.

— Слушай, Билл, «Минерва» — не Мария. Мне это понятно. Это только оболочка справочной программы, которую я создал с помощью «Смарткарты» и нескольких фотографий для более продуктивного общения с системой в период ее отладки.