Взрослые игры - Тереза Тотен

Крюгер сияла. Это было то же глупое сияние, какое вот уже несколько месяцев излучала Дрейпер. Крюгер, однако, была замужем. Но и она пыталась флиртовать, но… Вероятность того, что они спят вместе, наполняла черным ужасом. Крюгер знала всё, все мои жалкие неприятности, всю мою боль.

Кого еще он поймал в Сети? Дрейпер и Серена – наверняка. Серена с каждой минутой вела себя все более странно. У этого парня не было ограничений по возрасту. Редкин искал власти, информации и развлечений. Тройной выигрыш. Может быть, сейчас он будет слишком занят для Оливии. Я должна была держать ее как можно дальше от него. Будем смотреть правде в лицо: она была моим счастливым билетом и крышей над головой. Мне не было дела до того, кого он соблазнял раньше. Я не слишком следила за этим и особо об этом не беспокоилась. Но теперь, когда я изучала Крюгер, стало ясно, что его игровое поле располагается в опасной близости от моего.

Он полностью завладел моим вниманием.

Мне было жаль Серену, но я подавила это чувство. Жалость – признак слабости.

Я обернулась к своему куратору. Крюгер выглядела прекрасно. На ней была шелковая блуза с глубоким вырезом на спине. «Оскар де ла Рента», последняя коллекция. Она определенно повысила ставки в своей модной игре.

– Какой красивый шарф, Кейт. Это подарок? Я тронула шарф, накинутый на пальто сверху.

– Оливия.

Я надела его сегодня в школу не без причины. Все заметили, и Оливия была от этого в восторге. Она сегодня красовалась со своей сумкой цвета фуксии от «Хлоэ». Все это заметили, и я тоже была в восторге от этого.

Мы с доктором Крюгер обсудили каникулы, поболтали о Рождестве, подарках, школьной работе и о том, как я справляюсь со всеми «вызовами», брошенными мне в этом году. Похоже было, что говорить сегодня мы собирались только обо мне.

– Послушайте, это я. Я расцветаю при слове «вызов». И давайте смотреть правде в лицо: жить в пентхаусе с лучшей подругой – это довольно приятный вызов.

На Крюгер ответ не произвел впечатления. А должен был бы. Это было впечатляющее заверение. Но она листала страницы красной папки.

– А воспоминания, Кейт? Флэшбэки?

О. Под эту песенку мы не танцевали уже давно. Я пожала плечами, что было глупо. Так делают скучающие, ощетинившиеся подростки на всех этих телешоу, когда им задают неудобный вопрос. Соберись, Кейт.

– Под контролем, – наконец сказала я. – То есть действительно под контролем. Целиком и полностью.

Крюгер хлопнула в ладоши и склонилась ко мне. У нее был свежий маникюр. Не обычный «самоанский песок» от OPI, но бледный серо-голубой оттенок. Молодится? Переигрываете, доктор Крюгер. Он почует это.

– Кейт, мы обе знаем, что существуют триггеры: усталость, одиночество, напряженность…

– Ну, да, конечно, и я думаю, мы обе должны признать, что я хорошо справляюсь с ними. Не в последнюю очередь благодаря моей текущей ситуации.

– Да, Кейт. – Женщина улыбнулась и склонилась еще ближе. – Но стрессовые факторы появляются из ниоткуда. Как клинический психолог я не могу выписывать лекарств, но если вы чувствуете, что нуждаетесь в лечении, ну, я знаю нужных…

– Никаких таблеток. – Я подумала об Оливии. Время от времени я заставала ее врасплох и наблюдала, как она дрейфует, отстранившись от мира вокруг. В последнее время, возможно, реже, но я все еще могла наблюдать это. – Не заинтересована. Не нуждаюсь.

– Кейт, ваш отец…

– Да, мой отец. Рада, что вы подняли эту тему. Я думаю, что перенесу фокус моего выпускного эссе с проблем студентов на моего старика. Я имею в виду не его, а его проблему, в чем бы она ни заключалась. Что-то вроде криминалистического исследования, взгляда в прошлое. Это могло бы помочь мне. Ну, вы понимаете, катарсис и все такое. – Я знала, что ей это понравится.

Доктор Крюгер вскинула брови.

– Отличная тема, Кейт. И она действительно поможет вам продвинуться вперед. – Она обернулась к книжной полке.

Книжная полка. Я месяцами пялилась на дальнюю стенку ее кабинета, ее книги, ее запертый шкаф с папками, ее жалкие безделушки на полках, и меня осенило только сейчас. Она стояла там, взгромоздившись на три книги, что лежали плашмя на самой верхней полке: золотая чаша с путанным ближневосточным рисунком. Однажды я даже видела, как Крюгер кладет в нее ключи от офиса, и только теперь до меня дошло: ключ от шкафа тоже там. Ура! Теперь мне требовалось лишь немного времени в одиночестве.

Доктор Крюгер потянулась к своему «Диагностическому и статистическому руководству».

– Мне нравится ваше желание примириться с прошлым. – Она отдала книгу мне. – Боюсь, сегодня в вашем распоряжении будет меньше получаса, поскольку мне нужно скоро уходить, а в офисе остается только мистер Редкин. И, насколько я знаю, у него тоже скоро назначена встреча.

Могу поспорить.

– Круто. Я уже пробовала просматривать его, «Руководство» несколько сбивает с толку, когда речь идет о, хм, проблеме, которая была у моего отца. Так что, если вы не возражаете, я просто воспользуюсь компьютером мисс Шупер и для начала распечатаю свои интуитивные выкладки. И в следующие несколько недель после уроков мне так же будет нужен компьютер и «Руководство», я буду копать глубже.

Она поставила книгу обратно на полку, прямо под золотую чашу.