Газетчик - Александр Молчанов

– Ничего я не знаю, – неожиданно сердито сказал Пшеницын.

– Смотри.

Пшеницын обернулся. Лодки пристали к берегу. Рыбаки с баграми вышли на берег.

– Они ничего не нашли, – сказал Андрей.

На берегу больше было нечего делать.

Андрей хотел идти в школу и попробовать разыскать там Алексея Зуева, но тут к нему подошел Ситников и сказал, что его белую «Ниву» угнали от гостиницы и бросили рядом с гаражами на окраине поселка. Пшеницын, который старался держаться поблизости, услышал и вызвался проводить Андрея к гаражам.

– Боишься, что я увижу что-нибудь лишнее? – усмехнулся Андрей.

– Береженого бог бережет, – неопределенно сказал Пшеницын, – а небереженого конвой стережет.

– Терпеть не могу весь этот лагерный фольклор.

– И меня тоже терпеть не можешь?

Андрей остановился и посмотрел на Пшеницына. Тот смотрел насмешливо, но в глазах его горела самая настоящая ненависть. Андрей чувствовал, что Пшеницын ищет повод, чтобы сорваться.

– Павел, успокойся, – сказал он примирительно. – Все на нервах, я понимаю.

– Ничего ты не понимаешь, – сказал Пшеницын. – Ничего ты не понимаешь и не поймешь никогда.

– По крайней мере, постараюсь.

Пшеницын махнул рукой и пошел вперед. Андрей поплелся за ним.

«Нива» с открытой дверцей действительно стояла у гаражей. Андрей хотел закрыть дверцу, но Пшеницын придержал ее ногой.

– Нужно посмотреть, не осталось ли каких-нибудь следов внутри.

– Да ладно, – сказал Андрей, – ты что, хочешь искать угонщика?

– Может, и хочу.

Андрей сделал приглашающий жест рукой, и Пшеницын залез в машину. Пока он осматривал сиденья и приборную панель, Андрей осмотрелся.

Темнело. Тяжелое северное небо нависало над соснами. Снег приобрел синеватый оттенок. На этом снегу рядом с машиной Андрей увидел какие-то черные точки. Он наклонился и понял, что точки не черные, а красные. Капли крови.

– Павел, – позвал Андрей.

Пшеницын вылез из машины. Андрей молча кивнул на кровь. Теперь уже одновременно они увидели длинный глубокий след. Его невозможно было принять за что-то другое. Кто-то тащил тело по снегу. След вел к гаражам.

Пшеницын достал пистолет и приложил дуло к губам – тишина. Дверь одного из гаражей была приоткрыта. Пшеницын потянул дверь на себя, и она открылась со страшным скрипом. Внутри было темно.

– У меня в машине есть фонарик, – шепотом сказал Андрей.

– Тихо, – сказал Пшеницын. Он провел рукой по стене и нашел выключатель. Раздался щелчок, и под потолком загорелась тусклая лампочка.

Посередине гаража стоял красный «Запорожец» со снятыми колесами. У стены на большом верстаке лежало что-то красное.

Андрей не сразу понял, что это.

– Твою мать, – сказал Пшеницын.

Это было тело Алексея Зуева, истерзанное, изрезанное, располосованное. Под верстаком была лужа крови.