Красный Треугольник - Антон Чиж

Тимур захрипел, прочищая горло, набрал в легкие воздуха – и тут же подавился: от дальнего угла отделилось темное пятно и двинулось прямо на него. Покрывал его черный плащ, а массивный шлем, наподобие каски, защищал голову. Самое удивительное – явившийся нес ярко светящуюся биту, буквально палку света, какое-то невиданное оружие, какому и названия не подобрать. Издалека Темнец внушал безотчетный страх. Дарт Вейдер какой-то с лазерным мечом…

Поддаваться панике было нельзя, испугался на улице – считай, кончен, Тимур это помнил, но что делать, если друзья-противцы, обещавшие быть поблизости, в самый опасный момент куда-то запропастились. Ни одного махобоя в тылу: бросили, гады, подставили, он один и должен выкручиваться сам. Вот и весь наказ – попросту сделали новичка наживкой. Спасибо и тебе, товарищ Салах.

Ужасное существо было в десяти шагах от него, орудие света ритмично дергалось в такт шагам. Крепко сжав последнюю надежду, Тимур почему-то медлил пустить мячик в дело. Не сейчас, еще немного, пусть подойдет, чтобы было надежнее…

Он ближе… Он еще ближе… Он рядом…

Черный незнакомец остановился на расстоянии вытянутой руки, помахал световым жезлом, как будто приветливо, и спросил:

– Вы звали меня?

Холодный свет загадочного предмета осветил полное личико, с румяными щечками, смешным носом картошкой и модными очками. Пришедший лоснился свежестью, пах изумительным букетом коньяка, сигарой и еще чем-то сладостно знакомым, вроде аромата лососины.

Тревожно оглядев черный плащ, роскошно спадавший до пят, под которым виднелся яхтенный джемпер с полагающимися к нему брюками, Тимур не нашел и следа Темнеца.

– Ты кто? – Он все еще пытался уловить опасность.

– Я? – Пухлый беззаботно улыбнулся. – Не узнали в этом костюме? Ну да, как надел, так сам себя не узнал. А ведь сколько мечтал примерить облачение Дарта Вейдера! Что ж – пусть смешно. Но что делать, если у меня слабость к «Звездным войнам». Вы же знаете, я об этом часто пишу. Вот и световой меч джедаев дали, забавно, правда? Включается на рукоятке. Кстати, помог пробираться тут в потемках, пока к вам шел. Не могу припомнить, где мы с вами познакомились?

Человек болтал без умолку и при этом нес полнейшую ахинею: какие джедаи, когда в любую секунду может появиться Темнец. Пока вроде было тихо, противцы попрятались, но наблюдали и ждали. И Темнец, может быть, выжидал.

В полной неразберихе Тимур смог только лихорадочно повторить:

– Ты кто?!

– Фу, как неприятно. Ну, я же Темнов, из «Тумбы»! Если знаете мой никнейм и читали мои рецензии на фильмы, то вы, наверное…

– Что знаю? – перебил Тимур, догадавшись, что случилось.

Человек беззащитно улыбнулся:

– Никнейм «Темнец». Я потому и пошел, что стало интересно: кто же это меня зовет по интернет-кличке. Признавайтесь, вы кто: «Ulf» или «Zomber»?

– Как ты здесь оказался?!

– Да как и ты, приятель! – Темнов помахал световым мечом. – Здорово придумали: вечеринка в костюмах любимых фильмов. Правда, стильно? Вижу, ты к советской классике неравнодушен. Дай угадаю: лейтенант из «Небесного тихохода»? Нет? «В шесть часов вечера после войны»? Я прав?

Первым делом разнес световой меч: стекло лопнуло сухим хлопком. Теперь они не так заметны. Оставаться на месте или спасать этого безмозглого? А вдруг это и есть – шанс?

– Дружище, откуда ты пришел? – дружелюбно спросил Тимур. – А то я перебрал малость и потерялся.

Погрозив пальчиком, Темнов заулыбался:

– Ах, хулиган, меч джедаев сломал… Да я сам брожу-брожу, никак не могу понять, куда делась вечеринка, столько народу, свет, музыка, фуршет, ничего не понимаю. И никого нет. Конечно, здорово на заброшенном заводе такие сейшены проводить, но надо хоть указатели ставить, а то вдруг кто заблудится… Я думал, меня ищут. А ты…

– У тебя есть мобильник или часы?

Все подтвердилось: у телефона кончилась батарейка, а часы встали. Темнов еще болтал о вечеринке, новинках фильмов, свежих бестселлерах, а Тимур лихорадочно соображал, что делать: рассказать правду, так ведь не поверит. Отвести к Чингизу? Его сразу пустят на мясцо. Самому отпустить, чтобы не мучился? Не хотелось тратить силы, ведь мог еще Темнец явиться. Как ни крути, но работать нянькой Тимуру было не по силам, к тому же ему ведь никто не помогал. Йежи не считается. А Машка – тем более.

– Заткнись. – Тимур легонько стукнул по грозному шлему, отдавшему хлипким звуком пластика. – Вот что, кинокритик, слушай и запоминай: ты крепко попал. Ты – в «Красном Треугольнике». Отсюда нет выхода, твоя жизнь – на паутинке, тебя могут отпустить, то есть убить, в любую секунду. Здесь ты – пришлец, прячься и спасайся, пока не поверишь и не поймешь, что тут к чему. Это все, что я могу для тебя сделать. А теперь беги и постарайся пережить Ночь. Найди нору где-нибудь в заброшенном цехе, отсидись. Будет трудно, тебе ведь даже пайка не дали.

Темнов растерянно улыбался:

– Это прикол такой?

– Твое дело, верить или не нет. Спасай свою жизнь, если сможешь. Пошел отсюда…

Человечек в костюме рыцаря темной стороны силы высказал глубочайшее порицание хамству всяких сомнительных личностей, зачем таких приглашать на вечеринки, и обиженно поплелся во тьму.

И он, Тимур, был таким две Ночи назад. Теперь черед этого пришлеца хлебнуть, что суждено. Шансы его невелики. Но что интересно: оказывается, попасть в Треугольник можно разными путями. А выйти – ни одним?

Герой в черном плаще и шлеме удалялся, как вдруг с разных сторон к нему устремились тени. Тимур хотел закричать, остановить, но чья-то резиновая змея уже скользнула по основанию шлема. Тело, лишенное осмысленной опоры, покачнулось и шлепнулось пустым мешком.

Противцы окружили сраженного, грозный Салах держался поодаль. Никто не решался прикоснуться к голове, Чингиз тяжело дышал, словно проделал тяжелую работу, Мика поглядывал на соратников, Кортес равнодушно ждал, а Батый склонилась над шлемом, прикрывавшим лицо.

– Кажется… – неуверенно сказала она.

– Молчать, – оборвал Чингиз, дернул за щиток, шлем остался в его руке. Отрубленная часть Темнова уместилась лбом в случайную ямку, словно прятала глаза от стыда: под ней натекла черная лужица.

И тогда вождь противцев поднял добычу за волосы. Глаза критика закатились, челюсть отвалилась, словно он захлебнулся в восторженном крике, но не справился и выпустил весь дух.

– Это не он, – прошептала Батый.

Чингиз покрутил головой, как дыней на базаре:

– Откуда нам знать?

– Белого пятна нет.

– Ерунда! – огрызнулся вождь. – Мог как угодно измениться.

– Но ведь ты должен узнать…

Еще раз осмотрев часть жертвы, как придирчивый покупатель, он швырнул ее оземь так, что Мик отскочил, чтобы не запачкаться, и гаркнул: