Красный Треугольник - Антон Чиж

Ловкая загородка из куска мятой жести укрывала крохотный костерок, который пытался жарить кусочки мясца, насаженные на стальные прутья. Только вот хозяин шашлычков куда-то делся. Судя по всему, не лу`жник и не лизнец – они сырым мясцом не брезговали. Может, торбник тут обитает или живец?

Пламя слепило, обступила густая темнота.

– Эй! – позвал Тимур. – Кто здесь? Выходи, не бойся!

Ответила вязкая тишь.

– Кончай прятаться, это я, Тимур Лютый, ничего тебе не сделаю.

Местный обиталец упрямо затаился.

– Сюда иди, а то мясцо съем.

Страшная угроза не подействовала, но поблизости наметилось тихое шебуршение. Вытащив фонарик, Тимур накрутил аккумулятор и направил хилый лучик в темень. Голые полки, с которых свалили книги, громоздились застывшей бумажной лавой. Тысячи томов, сваленных без жалости в беспомощную кучу. Кругом, куда падал свет, лежали руины поверженных книг. Как в последний день цивилизации, когда накопленные знания будут оценены по достоинству: их соберут в огромный костер, который принесет немного тепла. Обо всем он, конечно, не думал, а просто хотел найти источник шума в макулатурных развалах. Вдруг мелькнул предмет, которому здесь было не место: посреди бумажных гор торчал пригорок зеленого плаща.

Тимур упер фонарик прямо в него:

– Вылезай, попался.

Холмик вздрогнул и постарался стать невидимым. Но у него ничего не вышло. Тимур дружелюбно пнул ногой в ту сторону, там оказалось что-то мягкое и податливое.

– Глухой, что ли?

В плаще образовалась щель и растянулась дыркой с перепуганным личиком.

– Димка! – обрадовался Тимур. – Ты чего придуриваешься? В прятки решил поиграть?

Дохлик был сильно напуган:

– Зачем вы меня нашли?

– И не думал я тебя искать, самому бы схорониться.

– Я вам не верю.

– Это почему?

– Глас был, вы… отпустили Темнеца.

Книги взывали к правде, Тимур напрягся и выложил:

– Никого я не отпускал. Да и не Темнец это был, а какой-то кинокритик по фамилии Темнов, попал сюда с вечеринки. Темнец – его никнейм.

Все еще недоверчиво поглядывая, Дохлик вылез из-под плаща:

– Кто его отпустил?

– Чингиз, а может, и Кортес, я не заметил.

Парень опять трусливо отшатнулся.

– Вы противец? – спросил Дохлик с таким отчаянным ужасом, как будто узнал, что старый знакомый – заядлый вампир.

Тимур поднял ладонь и торжественно сказал:

– Клянусь тебе, брат мой, я просто Тимур. Веришь?

В душе Дохлика боролись страх и любопытство. Победил разум. Парень успокоился.

Костер тлел из последних сил. Усевшись рядом с умирающим огоньком, Тимур вынул пачку евро и занялся бросанием купюры. Язычки набрали силу, быстро разрастаясь, евро горели с треском, как новогодние бенгальские огни. Он прощался с самым прочным основанием той жизни, в которую больше не вернется. К чему деньги, если на них не достать Тёплой Водицы или радость Машке? Деньги стоят ровно столько, сколько могут поддержать огонь, как это просто. Если бы он знал раньше. И ведь на самом деле никогда не испытывал такого удовольствия от денег, как сейчас, сжигая пятисотки одну за другой.

Дохлик притащил кипу книг:

– Варварство, но костер важнее.

– Почему ты боишься противцев? – спросил Тимур.

– Слышал разное…

– Говори как есть. Видишь, сколько денег за твой шашлык отдал.

Дохлик печально вздохнул:

– Говорят, они жестокие и беспощадные. Говорят, их водитель Чингиз Безжалостный может отпустить любого, даже своего. Они бывшие месрезы, но ставшие отдельным цехом. Они всех подозревают, им нельзя верить. Если к ним попадает пришлец, его сразу отпускают.

Слухи явно приуменьшили способности Чингизовой шайки, эти демоны были на все способны. Вот только знать всю правду Димке ни к чему, и так трясется от каждой ерунды. Может, кстати, он знает, почему эти отморозки так окрысились на Темнеца?

– Только слухи… – Дохлик смотрел на коптящий шашлычок. – Они считают, что Темнец принесет Треугольнику огромную беду, погубит всех. Они поклялись найти и отпустить его. И всех, кто с ним. Любой ценой.

– Темнец настолько страшен?

– Всякое говорят… От вас пахнет колбасой…

Вынув упаковку, Тимур протянул Димке три кружочка.

– Не успел поблагодарить тебя за спасение.

Димка обнюхал колбасу как настоящий обиталец и откусил крохотный кусочек. Долго смаковал его, в наслаждении закрыв глаза.