Что скрывают мутные воды - Грегг Даннетт

Уэст уже слышала эту теорию от Роджерса раньше, но со временем та становилась все детальней и красочнее. Следовало признать, что зацепки, попадавшие к ним, полностью ее подтверждали.

– А ты разве не собирался съездить в Париж весной? – спросила Уэст, но Роджерс проигнорировал ее вопрос. Уэст решила, что, раз уж он отвлек ее от работы, она может поинтересоваться кое-чем еще. – Между прочим, с чего это ты свистел в душе с утра? У тебя вода не холодная, что ли?

Он поднял глаза с притворным удивлением, но не сумел сдержать улыбки.

– Холодная?

– Да.

– Нет.

– В смысле, «нет»?

– В смысле, она не холодная. То есть больше не холодная. Я позвал брата Томми посмотреть, что с водопроводом. Он сантехник. Так что да, теперь она даже, можно сказать, горячая.

– Томми? Кто такой Томми?

– Ну Томми! Знаешь, тощий такой, из патруля… Мы как-то вечером сидели с ним в баре, и я пожаловался на душ. Он сказал, его брат может посмотреть.

Уэст замолчала, слегка обиженная тем, что никто не вспомнил о ней. Но потом подумала, что сама держит всех на расстоянии.

– А можешь попросить его и мой починить?

– Я не знал, что у тебя проблемы с горячей водой. – Роджерс сделал изумленное лицо. – Я что, правда свистел?

Она пропустила его вопрос мимо ушей.

– У тебя остался номер того парня?

– Нет. – Роджерс пожал плечами. – Так ты меня слышала? Подслушивала, как я моюсь?

– Вовсе не подслушивала. Просто пошла в душ в то же самое время, ну и услышала, как ты свистишь.

– А стакан от зубных щеток к стене не приставляла, чтобы слышать лучше?

– Не будь идиотом.

Роджерс широко улыбнулся. Уэст покачала головой и отвела взгляд.

– Пошли, – позвал ее он.

– Куда?

– Время обедать. У меня уже в животе урчит.

Глава 34

Они поехали на машине, хотя до кафе было несколько минут ходьбы. Сели за свой обычный столик, и Роджерс, как всегда, впился зубами в сэндвич с индейкой. Уэст наблюдала за ним; куриный суп почему-то не лез в горло.

– Могу я задать тебе вопрос? – сказала она наконец.

– Не знаю. А что, можешь? – откликнулся Роджерс, не поднимая головы. Уэст уже привыкла к его сарказму и не стала обращать внимания.

– Если ты так уверен, что мы теряем здесь время, то почему согласился остаться?

Роджерс ответил не сразу. Взял со стола бумажную салфетку, вытер рот, потом свернул ее и подсунул под край тарелки. Посмотрел на напарницу.

– Кто говорит, что мы теряем время?

– Ты. Постоянно. Жалуешься на то, что у нас не появилось ни одной толковой зацепки.

– Так и есть.

– Тогда почему ты здесь?

Роджерс пожал плечами:

– Я уже говорил.

– Когда? – Уэст нахмурилась.

– В тот вечер. – Он метнул в нее короткий взгляд и сразу отвел глаза. Потом поспешно продолжил: – Я же говорил, я не тороплюсь вернуться домой, потому что там – моя бывшая жена. – На мгновение он задумался. – И может, ты кое-чему меня научила.

– Чему же?

– Ну как… Не сдаваться. Тому, что всегда есть шанс. Ты, похоже, в это веришь. – Уэст нахмурила лоб, и Роджерс рассмеялся. – Поняла наконец, что работа детектива не такая уж захватывающая? Совсем не как в кино. Заполняешь базы данных в надежде наткнуться на иголку в стоге сена. Вот наша работа. И она одинаковая везде – что тут, что в Нью-Йорке. По крайней мере, здесь я могу расслабляться, гуляя по пляжу. – Он улыбнулся: они оба знали, что на пляж он больше не выходил. – Серьезно. Я парень простой. Мне тут нравится. Нравятся люди. И за городом пожить приятно. Тем более вдали от бывшей жены.

– То есть ты считаешь, что дела не раскрыть?

Роджерс взял зубочистку и поковырял в зубах.

– Зависит от того, есть ли что раскрывать.

Уэст отвернулась.

– А что насчет тебя? Может, расскажешь, почему ты осталась?

Вопрос застал ее врасплох.

– В каком смысле?

– Тогда, на пляже, ты начала было мне рассказывать, а потом раз – и замолчала.

Она почувствовала, что краснеет.

– Вот и нет.

– Вот и да. Ты говорила, что собиралась стать пловчихой. А потом бросила тренировки и пошла в полицию. Не очень-то логично. А ты – самый упертый человек из всех, с кем мне приходилось иметь дело. Так что должна быть причина.

Уэст уже собиралась заявить Роджерсу, что он ошибается. Но потом передумала. В конце концов, будет справедливо проявить искренность по отношению к нему.

– Ну же, – подбодрил ее Роджерс, продолжая ковырять в зубах.

– Ладно, – медленно проговорила Уэст. – Если ты правда хочешь знать… Все случилось, когда мне было девятнадцать. Я добилась неплохого прогресса. Поехала на национальное первенство – в том году оно проходило во Флориде. Мы должны были выступать… – Уэст сделала паузу, глядя в стол. Роджерс прищурился, но торопить ее не стал. – Со мной была лучшая подруга, Сара. Мы выросли вместе. То есть буквально – никогда не разлучались. Вообще. Ходили в одну и ту же школу. Обе занимались плаванием. Поддерживали друг друга. Мы были… близки. Очень близки.

Роджерс ждал, когда Уэст продолжит.

– Сара Дональдсон. Не слышал это имя?

– А должен был?

– Возможно. Возможно, должен был. Она получила бы медаль в Пекине, точно.

Внезапно Уэст замолчала. Не стоило начинать. Слишком больно.

– Получила бы? А что произошло?

Несколько долгих секунд Уэст не отвечала. Она уже собиралась снова отмахнуться от него. Но знала, что, единожды начав, должна досказать, иначе Роджерс не оставит ее в покое.

– Мы жили с ней в одной комнате. Как всегда. Вечером перед соревнованиями Сара все носилась туда-сюда, полная энергии. Ее нормальная манера. Обычно она ходила выпустить пар в тренажерный зал или еще куда, но в том отеле тренажерного зала не было. И она решила отправиться на пробежку. Спросила, хочу ли я с ней, но я перед соревнованиями предпочитала отдыхать.

Уэст подняла глаза на потолок кафе, словно эта история до сих пор причиняла ей боль. Потом снова взглянула на Роджерса и продолжила говорить:

– Время было не позднее, ничего такого. И отель в приличной части города. Казалось бы, беспокоиться не о чем. Но когда спустя час она не вернулась, я начала волноваться. Сказала тренеру. Мы вместе ждали