Темные воспоминания. Страх огня - Джек Лэнс

Выходя из редакции, Рейчел сжимала в кулаке желтый стикер с номером телефона, а также адресом Роя и Фрэнсис Декерс.

Она остановилась у входа, залюбовавшись открывшимся видом. Над головой уходило в вечность яркое голубое небо, и ее волосы бережно перебирал ласковый теплый ветерок. На другой стороне улицы начинался парк — свежескошенная трава на склоне искрилась изумрудной зеленью. Через небольшой пруд был переброшен каменный мостик. На противоположном берегу в лучах полуденного солнца купались дома. А над их крышами возносился высокий шпиль островерхой церкви, крытой красной черепицей и с белым крестом на макушке.

— О чем задумалась? — поинтересовался Джонатан.

— О тебе, — ответила она, поворачиваясь к нему.

— Обо мне? В чем я провинился?

Она прижалась к нему всем телом.

— Ты поддерживаешь меня. Это очень мило с твоей стороны.

Он растерянно заморгал.

— A-а, ты имеешь в виду то, что я сказал Чарли?..

— Да, это, — подтвердила Рейчел, спрятав лицо у него на груди, отчего ее голос прозвучал приглушенно. — И еще многое другое.

— Естественно, я хочу знать, что с тобой приключилось, Рейчел. Разве может быть иначе? Ведь я люблю тебя.

— И поэтому я чувствую себя самой счастливой девушкой в Британии.

Он улыбнулся.

— Мне очень приятно услышать от тебя такое. Ладно, что теперь? Мы будем звонить этим людям?

— Таков мой план. Следующий шаг — родители Полы. Но я немного нервничаю, потому что совсем их не знаю. — Она отстранилась и заглянула ему в глаза. — Однако я все равно сделаю это. Надеюсь, они расскажут нам больше, чем Чарли.

— Это будет очень кстати, — согласился Джон.

— Я могу еще раз позвонить с твоего телефона?

Он протянул ей мобильник, и она набрала номер Декерсов. Ответила какая-то женщина.

— Здравствуйте, меня зовут Рейчел Саундерс, — представилась девушка. — Это миссис Декерс? Фрэнсис Декерс?

— Да, это я, — ответила женщина.

— Я — близкая подруга Дженни Дугал, журналистки, которая недавно брала у вас интервью. Она ведь навещала вас, не так ли?

— Да, она была здесь, — подтвердила Фрэнсис.

— Миссис Декерс, — начала Рейчел. — Я должна сказать вам кое-что.

— Что? — после короткой паузы спросила женщина.

— Речь идет о Дженни, — продолжала Рейчел. — Она… — девушка помолчала, подбирая слова и не зная, что сказать дальше. Она решила придерживаться официальной версии, потому что придумать другую не могла. — …Она неожиданно погибла, миссис Декерс.

— Что?! — вскричала Фрэнсис.

— Это был несчастный случай. Она сорвалась с обрыва, когда поднималась на гору.

— О боже, какой ужас, — сказала женщина. — Просто кошмар. Такая славная девушка! Когда это случилось?

— Около двух недель назад. Вы не могли бы сказать, когда Дженни приходила к вам?

— Не очень давно, где-то в конце мая, если мне не изменяет память. О господи, это ужасно! А я ничего не знала. Понятия не имела… Вы говорите, что вы ее подруга?

— Ее лучшая подруга.

Несколько мгновений Фрэнсис молчала.

Рейчел откашлялась и с нажимом проговорила:

— Миссис Декерс, я хочу продолжить дело Дженни. Ради нее и ради меня. Только так я смогу смириться с ее смертью.

Эти слова вырвались у нее словно против воли, но даже для ее собственного слуха они показались убедительными. Она поспешно продолжила, надеясь, что Фрэнсис поймет ее:

— Поэтому мы с моим другом Джоном хотели бы заехать к вам, чтобы поговорить, если вы не возражаете. Я хочу снова взять у вас интервью, как это сделала Дженни.

Рейчел услышала, что женщина подавила тяжелый вздох.

— Господи, я до сих пор не могу прийти в себя, — запинаясь, наконец выговорила она. — Разумеется, вы можете приехать. Мы будем ждать вас.

— Спасибо, — сказала Рейчел. — В котором часу вам будет удобно?

— Я бы хотела, чтобы при разговоре присутствовал мой муж, — заявила Фрэнсис. — А когда вы хотите приехать?

— Сегодня у вас найдется для нас время?

— Мой муж ушел на стадион, чтобы посмотреть футбольный матч. «Абердин» играет против «Матервелла», кажется. Где-то без четверти шесть он должен быть дома.

— В шесть тридцать вас устроит?

— Да, вполне. Нам придется отложить ужин, но это не страшно.

— Тогда до встречи. Благодарю вас, миссис Декерс.

Чтобы убить время, Джонатан повез ее обратно в центр города. Они оставили машину на подземной стоянке и пешком прошлись до закусочной «У Калстоуна» в торговом центре «Тринити», где Рейчел заказала чай и ячменную лепешку. Джон снова позвонил Джеффри — узнать, нет ли у него новостей. Закончив разговор, он спрятал телефон в карман и покачал головой.

— Ничего…

Рейчел понемногу откусывала лепешку, наблюдая за покупателями, которые расхаживали по белому зданию торгового центра. Те, кто спешил, быстро проходили мимо с бумажными пакетами, раздувшимися от покупок; другие же фланировали лениво и неторопливо. Вот на детском автомобильчике пронеслись двое малышей. За ними, в нескольких ярдах позади, проследовали родители (по крайней мере, так решила Рейчел — ведь женщина что-то крикнула малышам, после чего бросила полный отчаяния взгляд на мужчину рядом с ней). По движению губ женщины было нетрудно угадать, что она заявила: «Ну скажи хоть что-нибудь! Или я все должна делать сама?» Ее предполагаемый муж выразительно закатил глаза, но все-таки принялся делать выговор маленьким дьяволятам и потребовал, чтобы они были осторожнее.

Дети. Иногда Рейчел позволяла себе забыться и подумать о том, каково это — быть матерью. Она бы очень хотела когда-нибудь обзавестись детишками, а из Джонатана получился бы прекрасный отец. Но прежде, чем это случится, ей предстояло преодолеть еще несколько препятствий — и тут она совсем не была уверена, что сумеет это сделать. Прежде всего ей нужно впустить Джона в свою жизнь до такой степени, какой она и представить себе не могла. А ведь Рейчел так этого хотелось! Он стал для нее главным и единственным мужчиной на свете. С ним ей было настолько легко и комфортно, что она принимала все как должное. Это и есть любовь, напомнила она себе. Тем не менее этого было недостаточно, и Рейчел понимала: проблема в ней, а не в Джоне. Довериться другому человеку настолько, чтобы отдать ему всю себя без остатка, открыто и безо всяких условий… А способно ли ее сердце вообще испытывать к кому-либо подобное доверие?