Чужак - Стивен Кинг

– Вы привезете папу домой? – спросила Грейси.

– Не сегодня, но скоро, – ответил Хоуи, забирая у Марси портплед. – А туфли взяла?

– Господи, я такая растяпа.

Черные туфли вполне подходили, хотя их надо было почистить. Но время уже поджимало. Марси сунула туфли в пакет и вернулась в гостиную.

– Я готова.

– Хорошо. Шагаем бодро и не обращаем внимания на койотов. Девчонки, закройте дверь на замок и никому не открывайте, пока не вернется мама. И не отвечайте на телефон, если звонят с незнакомого номера. Ясно?

– С нами все будет в порядке, – сказала Сара. Но вид у нее был растерянный и подавленный. И у нее, и у Грейси. Марси подумала, возможно ли, чтобы девочки предподросткового возраста похудели за одну ночь? Нет, так не бывает.

– Ну, вперед, – энергично произнес Хоуи.

Они вышли из дома. Хоуи – с костюмом в чехле, Марси – с туфлями в пакете. Репортеры снова столпились на краю лужайки. Миссис Мейтленд, вы уже говорили с мужем? Что вам сказали в полиции? Мистер Голд, как Терри Мейтленд отреагировал на обвинения? Вы будете ходатайствовать об освобождении под залог?

– На данный момент у нас нет никаких комментариев, – сообщил Хоуи и с каменным лицом проводил Марси к своей машине под светом телевизионных прожекторов (в которых совершенно не было необходимости в этот ясный июльский день, подумала Марси). Выезжая на улицу, Хоуи опустил стекло и обратился к одному из двух полицейских, дежуривших у дома Мейтлендов:

– Девочки остались дома. Проследите, пожалуйста, чтобы их не беспокоили.

Полицейские ничего не ответили, только смотрели на Хоуи совершенно пустыми или враждебными глазами. Марси склонялась к последнему.

Облегчение и радость, которые она испытала, просмотрев тот сюжет – благослови, Боже, «Канал 81», – никуда не исчезли, но перед ее домом по-прежнему стояли телевизионные фургоны, и репортеры размахивали микрофонами. И Терри по-прежнему в тюрьме. В окружной тюрьме. В самой этой фразе было что-то пугающее, что-то из песен-кантри об одиночестве и тоске. Незнакомые люди обыскали их дом и унесли все, что сочли нужным. Но хуже всего были пустые лица полицейских, которые даже не удостоили Хоуи ответом. Это было гораздо страшнее телевизионных прожекторов и орущих репортеров. Бездушная машина, затянувшая в свой механизм ее семью. Хоуи говорил, что они выберутся из этой передряги целыми и невредимыми, но пока этого не произошло.

Еще нет.

14

Охранница с сонными глазами быстро обыскала Марси, велела ей высыпать все содержимое сумочки в пластмассовую корзину и пройти через рамку металлодетектора. Перед досмотром она забрала их водительские права, сложила в маленький прозрачный пакетик и пришпилила кнопкой к доске объявлений, к другим таким же пакетикам.

– Костюм и туфли, пожалуйста.

Марси отдала ей пакет и чехол.

– Когда я завтра приду за ним, я хочу, чтобы он был в костюме и выглядел идеально, – сообщил Хоуи, проходя через рамку, которая запищала.

– Мы обязательно скажем его лакею, – отозвался охранник, стоявший за рамкой. – А теперь выньте из карманов все, что осталось, и попробуйте еще раз.

Хоуи и вправду забыл достать из кармана брелок с ключами. Он отдал их охраннице и снова прошел через рамку. Теперь все было нормально.

– Я здесь бывал уже пять тысяч раз, если не больше, и каждый раз забываю достать ключи, – сказал он Марси. – Наверное, это что-то по Фрейду.

Она нервно улыбнулась в ответ, но ничего не ответила. У нее пересохло в горле, и она боялась заговорить.

Другой охранник провел их через дверь, потом – по короткому коридору к еще одной двери. Они вошли в комнату для свиданий, с коричневым ковролином на полу. Здесь играли дети. Заключенные в коричневых робах общались с женами, подругами и матерями. Крупный человек с большим багровым родимым пятном на одной щеке и заживающим порезом на другой помогал своей маленькой дочке расставлять мебель в кукольном домике.

Это сон, подумала Марси. Просто очень реальный. Сейчас я проснусь рядом с Терри и расскажу ему, что мне приснилось, как его посадили в тюрьму за убийство. И мы вместе посмеемся.

Один из заключенных, не скрываясь, показал на нее пальцем. Сидевшая рядом с ним женщина уставилась на Марси во все глаза и что-то шепнула своей соседке. Охранник, сопровождавший Марси и Хоуи, возился с магнитным замком на двери в дальнем конце комнаты для свиданий. Дверь никак не открывалась, и Марси не могла отделаться от мысли, что охранник специально не торопится. Ей казалось, что на нее смотрят все. Даже дети.

Наконец дверь открылась. За ней оказался небольшой коридор, в который выходили крошечные кабинки с перегородками из какого-то материала, похожего на матовое стекло. В одной из этих кабинок сидел Терри. Увидев мужа, утонувшего в коричневой тюремной робе, которая была ему велика, Марси расплакалась. Она вошла в кабинку и посмотрела на Терри, отделенная от него толстой перегородкой из оргстекла. Марси прижала ладонь к перегородке, и Терри тоже прижал ладонь к перегородке со своей стороны. В оргстекле были просверлены дырочки, расположенные по кругу, как в трубках старых телефонных аппаратов.

– Не плачь, милая. Иначе я тоже заплачу. И пожалуйста, сядь.

Марси села на скамейку, и Хоуи пристроился рядом с ней.

– Как девчонки?

– Нормально. Они за тебя очень переживают, но сегодня им уже полегче. У нас есть очень хорошие новости. Ты знал, что выступление мистера Кобена снимали для репортажа на сайте городского телеканала?

Терри растерянно моргнул, потом рассмеялся.

– Знаешь, кажется, та председательница что-то такое сказала в своей вступительной речи, но она говорила так долго и нудно, что я почти сразу же отключился. Охренеть.

– Я бы даже сказал, охренеть и не встать, – произнес Хоуи с улыбкой.

Терри подался вперед, почти коснувшись лбом перегородки.

– Марси… Хоуи… когда Кобен отвечал на вопросы, я тоже задал ему вопрос. Я понимаю, что вряд ли… Но может, у них сохранилась аудиозапись? Если да, то, наверное, можно как-то распознать голос. Чтобы они убедились, что это я.

Марси с Хоуи переглянулись и рассмеялись. Смех нечасто звучал в комнате для свиданий с заключенными из крыла особо строгого режима, и охранник, стоявший в конце коротенького коридора, поднял взгляд, нахмурившись.

– Что? Что я такого сказал?

– Терри, есть видеозапись, на которой ты задаешь свой вопрос, – сказала Марси. – Ты понимаешь? Есть видеозапись.

Кажется, на секунду Терри растерялся. Потом вскинул кулаки и потряс ими в воздухе у висков, как всегда делал на матчах, когда его команда выигрывала очко или отлично держала защиту. Марси, не задумываясь, повторила победный жест мужа.

– Вы уверены? На сто процентов? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.