Хорошие девочки умирают первыми - Кэтрин Фоксфилд

– С ней все в порядке, так что можешь убираться! – рявкнул Клем. – Ты нам не нужен.

– Ну, с ней явно все в порядке, – рассмеялся Ноа. – А вот с тобой…

Клем с трудом поднялся на ноги.

– Держись от нее подальше, Пак, ты ее не интересуешь.

Ноа фыркнул. Он указал большим пальцем куда-то назад.

– Пора доставать шпагу и готовиться к дуэли?

Клем нервно переминался с ноги на ногу, покачиваясь взад-вперед, словно хотел замахнуться, но понимал, что это плохая идея. Все прекрасно знали, как стремительно работают кулаки Ноа.

Но почему-то Ава видела агрессию только со стороны Клема. Вдруг это чертово место уже изменило Ноа. Или, что более вероятно, Аву – и она уже не та, за кого он хотел бы драться.

– Я тебя раскусил, Пак, – выплюнул Клем. – Я точно знаю, что ты за человек.

– Тогда, может быть, ты просветишь меня, потому что я понятия не имею, – рассмеялся Ноа.

Клем сплюнул на землю. Бросив последний взгляд на Аву – с тоской или яростью, она толком не разобрала, – он умчался прочь.

Ава тяжело выдохнула.

– Это было нелепо.

Ухмылка Ноа исчезла.

– С тобой все в порядке?

Ава вспыхнула.

– Да, я в норме. Думаю, я слишком остро отреагировала на все это, а теперь чувствую себя идиоткой, к тому же…

Ноа нахмурился.

– Я слышал, как ты сказала ему, что он заставляет тебя чувствовать себя неловко, а он в ответ прижал тебя к стене.

– Он просто хотел поговорить, а я… – Она замолчала, не понимая, почему пытается оправдать Клема. Она настолько привыкла считать тревожные мысли своими глупыми выдумками, что теперь с трудом понимала, так ли это. Вздохнув, она вскочила на стойку для метания колец. – Не хотелось бы драматизировать, но, кажется, я схожу с ума.

– Похоже, этот остров предельно давит на психику.

Ава кивнула, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– Может быть, это место подбирается к нему. Я имею в виду, к Клему.

– Оно подбирается ко всем нам. – Ноа прислонился головой к деревянной стене и уставился в потолок. – Прошлой ночью мне приснилось, что я снова дерусь. И я сжимал зубы и продолжал бить, пока не осталось ничего, кроме крови и костей. Облажался, да? – Он посмотрел на нее.

– Похоже на какое-то испытание, – призналась Ава. – Кто бы за всем этим ни стоял, он в курсе наших самых больших слабостей и пытается превратить нас в тех, кем мы меньше всего хотим быть. Он прессует и прессует, чтобы посмотреть, не сломаемся ли мы.

– Сломаемся и переубиваем друг друга?

– Что-то вроде того. – Хотя не совсем. Они что-то упускали из виду. Ава нахмурилась, когда вспомнила прошлую ночь. – Вчера Тедди сказал что-то странное. «Кто из вас будет Единственным? Кто может продержаться дольше всех?» Может быть, тот, кто останется последним, и будет Единственным?

– Блестяще, – рассмеялся Ноа. – Мы все участвуем в смертельно опасном игровом шоу с призом, который, как я подозреваю, на самом деле никому не нужен.

Ава тоже невольно рассмеялась. Потом она вспомнила, что два человека уже погибли.

– Значит, побеждает тот, кто продержится дольше всех. Но как нужно продержаться?

– Ты умеешь хранить тайны? – спросил Ноа, нахмурившись. – Скарлетт не сумела, она призналась в своей тайне в первую ночь, а потом ее убили.

Ава медленно кивнула.

– А потом Тедди признался перед самой смертью. Тедди убил Скарлетт, а потом кто-то убил Тедди.

Признайся – и ты проиграешь.

Проиграешь и умрешь.

– Значит, следующим, кто сознается, будет убийца Тедди, – заявил Ноа. – Думаешь, это Клем?

Ава покачала головой.

– Нам нужно найти Олли, – предложила она. – И мне кажется, я знаю, где он.