Мясная муха - Патрисия Корнуэлл

По телевизору показывают очередной вестерн. Два ковбоя слезают с лошадей, разговаривая по-польски. Из губы двигаются не в такт переводу.

— Последний шанс, — говорит Руди. — Где Джей Талли? Не лги, я все равно узнаю.

— Он посещал курс ФБР по анализу речи, — небрежно замечает Люси. — Был лучшим в группе.

Рокко отрицательно качает головой. Совершенно ясно, что если бы он располагал такой информацией, давно все рассказал бы. Рокко — эгоистичный трус, а в данный момент он боится их больше, чем Джея Талли.

— Предлагаем тебе сделку, Рокко. Мы не будем тебя убивать, — Люси протягивает пистолет обратно Руди. — Ты совершишь самоубийство.

— Нет, — его колотит, словно в приступе болезни Паркинсона.

— Все кончено, Рокко, — говорит Руди. — Интерпол объявил тебя в международный розыск Ты не сможешь скрыться, тебя схватят. Если повезет, закончишь свои дни в тюрьме на Сицилии, я слышал, там несладко. Но ты сам проверишь. Шандонне доберутся до тебя очень быстро и, скорее всего, тебе больше не представится шанса умереть достойно. Так что подумай.

Подойдя к кровати, Люси вытаскивает из кармана сумки сложенный листок.

— Вот, — она протягивает листок Рокко.

Тот не двигается.

— Возьми. Информация о твоем розыске. Тебя это заинтересует.

Рокко не отвечает. Кажется, будто у него даже веки дрожат.

— Возьми, — повторяет Люси.

Рокко берет листок, оставляя на нем свои отпечатки. Вряд ли он сейчас задумывается об этом.

— Теперь читай вслух. Думаю, тебе полезно узнать, о чем там говорится. Уверена, после этого самоубийство в симпатичной гостиничной комнате покажется тебе лучшим выходом, — говорит Люси.

В верхнем правом углу листа ярко выделяется герб Интерпола. В центре — большая фотография Рокко, сделанная совсем недавно. Будучи тщеславным эгоистом, Рокко любил, когда его фотографировали во время скандальных процессов.

— Читай вслух, — приказывает Люси. — Время рассказывать сказки.

— Особые приметы, — голос Рокко срывается. — Рокко Каджиано, — продолжает он, откашлявшись, — от рождения Питер Рокко Марино-младший.

Он замолкает, кусает нижнюю губу, на глазах выступают слезы. Затем продолжает читать информацию о себе, пока не доходит до обвинения. Узнав, что его разыскивают по обвинению в убийстве сицилийского и французского журналистов, он поднимает глаза к потолку.

— Господи, — тяжело вздыхает он.

— Да уж, — соглашается Люси. — Ордер на арест номер 72бО за бедолагу мистера Гуарино и 7261 за месье Ля-Флера. Выписаны двадцать четвертого апреля две тысячи третьего года. То есть два дня назад.

— Господи боже!

— Подарочек от твоего преданного клиента, Жан-Батиста, — напоминает Люси.

— Ублюдок! — бормочет Рокко. — После всего, что я сделал для этого вонючего куска дерьма!

— Все кончено, Рокко, — повторяет Руди, небрежно бросая листок на стол.

— Шандонне могут быть очень изобретательными, — произносит Люси. — Пытки. Помнишь, как Джей Талли любил связывать людей, а затем сжигать заживо, пока их кожа не обуглится и не почернеет. Они ведь были в полном сознании, те люди. Помнишь, как он пытался сделать то же самое с моей тетей, пока эта сволочь, Бев Киффин, его сообщница, держала меня на мушке?

Рокко опускает глаза.

Люси подходит ближе, еле сдерживаясь, чтобы не схватить свою дубинку и не забить Рокко до смерти.

— Может, тебе больше понравится утонуть?

Рокко вздрагивает.

— Нет, — произносит он умоляющим голосом.

— Помнишь двоюродного брата Жан-Батиста? Утонул. Не очень приятная смерть, — она смотрит на Руди.

Тот тщательно вытирает пистолет о покрывало, его лицо сосредоточено, в глазах решимость, которая на самом деле помогает ему подавить неожиданную жалость к Рокко, хоть он отлично знает, что этот человек недостоин жить.

Взгляды Руди и Люси встречаются, словно две искры.

Ее бледное лицо блестит от пота, волосы прилипли к вискам. Руди видит, что все попытки Люси казаться спокойной и остроумной, наиграны, потому что сейчас она исполняет самую ужасную роль в своей жизни.