Изнанка реальности - Павел Ковезин

– Отсюда есть только один выход, – сказала Грейс, словно прочитав мысли. – Но он вам не понравится.

В этот момент стены комнаты задрожали, словно при землетрясении. Мы стали причиной несварения Ктулху. Я понял, про какой выход говорила Грейс и ужаснулся. Судя по лицу Тинки, он был напуган не меньше. По взгляду, полному презрения, я прочёл что-то вроде: «и всё это было ради чокнутой девчонки?»

– Мне, видимо, никогда не понять людей, – сказал чёрт.

Если лететь в желудок Ктулху было тем ещё удовольствием, то представьте, каково нам было ретироваться. Всё моё приключение свелось к тому, что Грейс не захотела возвращаться в реальный мир, а на нас с чёртом падали внутренности переваренных моряков, сломанные доски и остатки рыб. И в итоге нас выплюнуло в океан спермы. Мы были как две лягушки из притчи в кувшине с молоком, только взбить его в масло и выжить у нас не получилось бы.

Тинки, ругаясь на понятном только ему языке, смог наконец взлететь и подхватить меня. Липкие, вонючие и разочарованные в Аде, мы наконец оказались на берегу.

– Черта с два я согласился бы, зная, чем это обернётся, – сказал Тинки, стряхивая с себя сперму, словно собака после ванны.

– Странно слышать это от тебя.

Из бара вышли два «Ангела Ада» и, закурив, начали показывать на нас пальцами и ржать.

– Слушай, мне кажется, это была не твоя Грейс, – сказал чёрт, когда мы отошли подальше.

– А кто же ещё?!

– Она же сама тебе сказала – Дьявол.

Между нами повисла тишина, нарушаемая отдалёнными криками существ из океана.

– Дьявол может принимать любые обличия. И почти всегда – лжёт.

– А где тогда Грейс?

Тинки пожал костлявыми плечами.

– Где Грейс – я не знаю, но валить нам отсюда придётся. Ещё повезло, что нас так просто отпустили.

– Просто?! – я показал на свою заляпанную и промокшую одежду.

– Могло быть и хуже.

– И как нам отсюда выбраться?

– Думаю, что через лес, – Тинки поднял копыто в сторону моста и догорающего леса. – Есть только одна проблема, – он показал хвостом на «Ангелов».

Беспощадные типы в кожаных куртках курили у бара, облокотившись на свои байки. Общество считало, что они продают наркотики, краденое, насилуют и убивают людей, устраивают уличные беспорядки. И я боялся представить, что они сделают с нами, когда догонят.

– А ты быстро летаешь, Тинки?

Тинки, подхватив меня, пролетел через мост и направился в сторону леса. Справа был Ктулху, издавший такой рёв, от которого задрожала земля, а сзади нас преследовала толпа разъярённых «Ангелов ада».

– Когда был один Харон, наверняка было проще, – сказал я, но вряд ли чёрт меня услышал за звуком сотни рычащих моторов.

Мы пролетели мост и оказались в лесу. Дороге не было конца, и я не знал, куда мы летим. Не было ни ворот, ни портала. Если попасть в Ад проще простого, то выход из него не предусмотрен. Мне пришла в голову идея, но шанс, что она сработает, был один на миллион.

– Тинки, в Аду время идёт медленнее?! – крикнул я.

– В разы медленнее, чем на Земле! – он откашлялся от удушающего дыма.

– Если там проходит минута, то тут…

– Пару часов! – крикнул чёрт. – Ты правда хочешь об этом сейчас… кхм-кхм… поговорить?

По моим подсчётам я провёл здесь почти два часа. Значит, в любой момент Дэвид вернёт меня обратно. А Тинки, вцепившийся в меня, отправится со мной. Вот только когда этот момент настанет я не имел ни малейшего понятия.

«Ангелы Ада» были уже близко и размахивали цепями, пытаясь достать до нас. Один из них был уже под нами. Он смотрел вверх, ни на секунду не теряя управления.

– Отсюда не сбежать! – крикнул он.

– Лети! – умолял я своего нового друга. – Выше!

Руки соскальзывали со скользких копыт.

Наши дела стали ещё хуже, когда каким-то образом одному из «заместителей Харона» удалось встать на мотоцикл. Он прыгнул вверх, и ему почти удалось схватить меня за ногу. Я сжал колени и уже обрадовался удаче, как перед нами, судя по ощущениям, образовалась бетонная стена, в которую мы врезались и разбились в лепёшку.

Глава четвёртая. Грейс

– Ты живой! – крикнул Дэвид. – Живой!

Картинка плыла перед глазами, но я смог различить дефибриллятор в руках друга.

– Чувак, прошло больше минуты! Я не думал, что смогу вытащить тебя!

Он начал в спешке отключать меня от аппаратов и приводить в чувство. Я не мог выговорить ни слова, мне всё ещё мерещились пейзажи Ада и чёртов Ктулху.

– Что там было? Ты нашёл Грейс? Нашёл?

« – Нашёл, – хотелось ответить мне, – но лучше бы я этого не делал».

– Стоп… – сказал Дэвид, отшатнувшись и ударившись о стену, словно увидел Дьявола. – Как ты притащил сюда… это?

Прошло несколько дней, прежде чем судьба мне вновь преподнесла сюрприз, достойный сюжетного поворота книг Паланика или Уэлша.

Я встретил Грейс.

Через окно кафе, в котором мы часто обедали, я увидел, как остановился байк. Водитель снял шлем, и я узнал её. Это не могло быть ошибкой или видением. Это была она. В чёрной кожаной куртке, с рюкзаком, на который прицеплены значки, когда-то подаренные мной, она зашла в кафе и заказала кофе. Я хотел встать из-за стола, подбежать к ней и убедиться, что это правда, но меня словно приклеили к стулу.

И только когда она уже шла на выход, повернулась в мою сторону и одарила меня испуганным взглядом.

– Раф? – только и сказала она.

Она сидела передо мной. Живая. Настоящая. Не спрятанная в недрах морской твари. Вся её дерзость и азарт куда-то испарились, и Грейс начала оправдываться, как наказанный ребёнок перед родителями.

– Я понимаю, что тебе пришлось пережить, Раф, – сказала она. – Но я не могла по-другому.

Не знаю, говорила ли Грейс про Ад или про то, что я видел её смерть. Я уже ничего не понимал.

– Я видел твою оторванную голову, блядь! – выкрикнул я.

Когда на нас обернулись посетители кафе, пришлось снизить тон.

– Прости, – она опустила взгляд. – Но это была не я.

Грейс отпила кофе из кружки и продолжила:

– Тогда я дала байк подруге. Крис, помнишь? В общем, это она разбилась. У неё был мой шлем и байк, – по её щекам потекли слезы. – Ты же видел только шлем, да?

Шлем. Вытекшие из-под него мозги. Разбитый мотоцикл. Оцепившую место аварии полицию.

Я кивнул.

– Но…

Грейс подняла ладонь, прося помолчать.

– Сначала мне было больно. Безумно больно. Но потом я поняла, что это мой лучший шанс сбежать.

– Сбежать?!

– Мы никогда друг друга не понимали, Рафаэль. Я думала, если исчезну для тебя…

Когда она назвала меня Рафаэлем, я почувствовал, что снова стою перед Дьяволом. Но у того был уверенный, холодный взгляд, а девушка напротив готова была разреветься и рассыпаться на осколки.

– Думала, если исчезну, так будет лучше. Лучше для нас.

– Я хотел убить себя, Грейс. Не находил себе места.

Она наконец посмотрела мне в глаза и после долгой паузы сказала:

– Но не убил же.

Грейс для меня умерла. Ещё там, на дороге. У нас не будет счастливого будущего. Мы не умрём вместе в один день. Дьявол был прав. Он говорил то, что давно хотела сказать Грейс, но не набралась смелости. Она хотела уйти от меня и выбрала для этого худший способ. Но прежде, чем разойтись навсегда, мы договорились провести последний вечер. Высказаться о наболевшем. Отпустить прошлое. Забыть обиды.

Квартира, которую я теперь снимал, за последнее время